Невинная для палача - Ая Кучер

– И что? Да, нравишься мне такой. Но ты должен моему отцу понравиться!

– Не, конфетка, я не по таким делам. Меня девки интересуют. Одна конкретная.

– Дурак!

Фыркает, но успокаивается.

Прячет галстук в бардачок.

Нервничает, крутится.

Только уселась, снова начинает оглядываться.

К её дому ехать двадцать минут, а она как юла вертится.

Всё время.

– Угомонись, – опускаю ладонь на её бедро. – Всё нормально будет. Порешаем с твоим батей всё.

– Угу, – недовольно шмыгает носом. – Знаю я, как вы всё решаете. Мне важно, чтобы папа понял и принял мой выбор.

– А иначе? Папочка пальчиком погрозит, и ты тут же к нему убежишь?

Отвлекаюсь от дороги.

На девчонку смотрю.

Считываю.

Мне это нахуй не упало. С прокурором брататься и улыбаться, будто мне приятно с ним общаться.

Гнида же.

Может, не продажная, как я считал.

Но закон нарушал.

То, что брату моему жизнь похерил, я не забуду.

Но ради Александры придётся постараться.

Как там базарят?

Брак это компромиссы?

Ну вот.

Раз решил, что девчонка вписывается в мою жизнь навсегда, то нужно сделать, чтобы и ей было комфортно.

А дальше увезу подальше.

Пусть свои статейки из загородного дома строчит.

Поглаживаю тонкие пальчики, резко напрягаюсь.

– Кольцо где? – рявкаю, сжимая ладонь. – Нахрена я его покупал?

– Я решила не шокировать так сразу, – улыбается примирительно.

– Шокируй. Натянула сейчас же. Ты будешь моей женой. Заканчивай с этими выкрутасами.

– Валид, ну я… Я забыла его. Не обижайся только! Я ещё не привыкла. И дома ведь не ношу пока. Мыла руки у тебя, сняла и оставила на полочке.

– Суперклеем намажу.

Угрожаю.

Я вообще не планировал, что когда-то семью заведу.

Одному охуенно было.

Тем более, не планировал, что это будет прокурорская дочка.

Бедовая малолетка.

Которая из меня верёвки вить пытается.

Торможу на светофоре, а Александра тут же пользуется возможностью. Отстёгивает ремень безопасности.

Ко мне бросается, виснет на шее. Целует в подбородок и губы, куда успевает дотянуться.

– Прости, – повторяет, улыбкой жжёт кожу. – Я случайно. Не обижайся, правда. Я сейчас всё-всё папе расскажу. Никаких больше тайн. И кольцо не сниму. Ладно?

– Дохуя ты хочешь, лапуль, – хмыкаю. – А сама косячишь постоянно.

– Больше не буду. Вообще, мы меньше двух недель помолвлены. А ты меня уже ругаешь. Так нельзя.

– За разговором следы.

Но даже это не работает.

Замолкает, но взглядами стреляет.

Довольная, зараза.

Сама радуется тому, что с этой сраной конспирацией всё закончилось.

Я не пацан по углам ныкаться.

Тем более, от её папаши.

Но…

Компромиссы, бля.

– Так, – девчонка деловито оглядывается. – Цветы есть, тортик тоже. Мы ничего не забыли? Может, ещё что-то надо было купить? Оу, пап любит виски…

– Ты мне этим виски все уши прожужжала. В багажнике валяется.

– Отлично. Значит, всё готово. И пройдёт знакомство хорошо.

– Ты правда думаешь, что это прокатит? Вы меня посадили, я вас нахуй послал. А, ещё планирую до смерти ебать вашу дочь. Держите тортик, он с ягодами.

– Не обязательно всё так опошлять. Я не надеюсь, что у вас всё хорошо пройдёт. Просто лучше, если у папы будет меня поводов для придирок. Пожалуйста. Ради меня.

И ресницами хлопает.

Глазами своими блядскими поглядывает.

Сука, эта сталь нахрен прожигает.

Сжимаю руль, киваю.

Ради тебя, лапуль.

А ты мне потом каждую секунду этого вечера отработаешь.

Во всех позах.

Забираю все взятки, следую за девчонкой в подъезд. А после…

Охреневаю.

Александра разворачивается, обнимает меня. Скользит ладошками по груди, поглаживает спину.

Шарит руками так, будто решила стресс с помощью секса согнать.

– Захотела облапать, лапуль? – ухмыляюсь. – Не там трогаешь.

– Нет, я просто… Проверила, вдруг ты с собой взял оружие. Всё чисто, супер.

– Заебись. Отца так же проверять будешь?

– Он не носит пистолеты с собой. У него они в сейфе лежат.

Охуенно.

Я безоружный, а прокурор шмалять будет.

Дорого ты мне обходишься, Александра.

Пиздец.

И не сделаешь же ничего.

Скрутила так, что даже рациональная часть мозга молчит.

Привыкает.

Ну, хана тебе Хасанов, подумаешь.

Зато эта девчонка твоя.

Равноценная сделка.

– Я хорошо выгляжу? – переспрашивает у двери. Крутится в своём коротком чёрном платье. – Нормально?

– Заебись.

– Валид, а чего ты хочешь? Ну… Желание какое-то? Услугу?

– За что ты торгуешься, лапуль?

– Можешь не материться так? Я уже привыкла, тебе даже своеобразно идёт. Но не нужно при моих родителях. И не без твоих блатных словечек. Сделаешь?

– Да как нехуй нахуй, ломать проблемы не буду.

Александра жмурится.

Тихонько пищит.

Я усмехаюсь.

Забавная же.

Моя.

– Буду предельно вежливым, – исправляю, насладившись тем, как девчонка краснеет. – Давай, звони.

– Нет. Я своими открою. Не сразу шокирую.

– Перед смертью не надышишься.

– Не доказано.

Александра звенит ключами, медленно открывает замок.

Вообще дышать перестаёт.

Не, нахрен.

На семейные посиделки мы точно таскаться не будем.

Девчонка неуверенно заходит в свою же квартиру, мнётся на пороге.

– Пап! – зовёт, прижимая к себе упаковку с тортом. – Мам. Я привела парня познакомиться, как обещала. Вот.

– Ну, с парнем ты погорячилась, Саш, – первой появляется мать семейства. Проходится по мне оценивающим взглядом. – Мне кажется, где-то я вас видела.

– Где-то, да, – хмыкаю, получаю тычок по рёбрам от лапули. – Этот букет вам, держите. Вы прекрасно выглядите. Рад с вами познакомиться.

– Спасибо. Какой воспитанный.

Шепчет Александре, но я слышу.

Та незаметно пытается закатить глаза, но я уже ухмыляюсь.

Приподнимаю бровь, что нечего на меня наговаривать.

Я воспитанный, бляха.

Вот только семейная идиллия не длится долго. Из глубины квартиры появляется Лащенов.

Замирает.

Улыбка превращается в оскал, после медленно исчезает.

Глазки-то забегали.

С меня и на Александру, потом обратно.

Помрачнел.

Но стоит отдать должное, двинулся прямиком на меня.

А не попытался съебаться от опасности.

– Ты что тут забыл, мразь? – повышает голос. – Как проник? Снова через мою дочь решил действовать, сука? Саш, отойди от него.

– А ты мне за маты предъявляла, Александра, – усмехаюсь. – У нас одинаковый лексикон.

– Нахуй из моего дома свали, – продолжает, достаёт телефон. – Срок сняли? Так я новый организую. Проникновение на чужую собственность, угрозы…

– Не советую.