Измена. Лёд и пепел - Лена Тэсс

Сиюминутная обида, бл*ть!

Я трясущейся рукой вставила ключ в замок зажигания. Мой недавно спасенный «Хёндэ» флегматично заурчал и послушно тронулся с места. Я давила на газ, пытаясь оставить позади и школу, и его кабинет, и это удушающее чувство собственной незначительности.

Ведь раньше так не было?

Раньше он всегда… что? Был любящим и заботливым. Ответственным. Небезразличным. Внимательным.

Или мне так казалось.

Я стала вспоминать все, что могло выдать в нем непримиримого тирана и манипулятора, и вдруг поняла, что многое просто не замечала. Когда мне хотелось на отдых в горы - он настаивал, что лучше для семьи и Вари поехать на море. Когда собралась повышать свою квалификацию с медсестры до врача и потратить на образование несколько лет жизни - убедил, что дочке нужна мама, а его заработка хватит на то, чтобы содержать семью. Когда я предложила отдать Варю на танцы (ведь она просто обожала кататься под музыку, пока я готовила обеды и ужины), Леша настоял на гимнастике. Строго, спортивно, престижно.

Черт!

На светофоре я ударила по рулю от злости и обиды. Это частности. Но их было так много! Так чертовски много!

Сорвавшись с места я практически сразу заглохла. Я безуспешно крутила стартер, пока аккумулятор не начал подавать признаки жизни. Машина встала наглухо на пустынном участке дороги, ведущей из промзоны к городу.

“Клаас, - с горькой иронией подумала я. - Просто прекрасно”. Я достала телефон. Первой мыслью было набрать мужа, но… зачем? Чтобы дать ему повод примчать словно супермену и со снисходительной улыбкой решить эту проблему.

Нашла номер эвакуатора, но самым оптимистичным прогнозам диспетчера, он мог быть только через час. Авария на районной трассе - столкнулись пять машин, все заняты.

Я опустила голову на руль, чувствуя, как накатывает волна полнейшей, абсолютной беспомощности. И в этот момент в зеркало заднего вида ударил свет фар.

К моему изумлению, машина притормозила и аккуратно припарковалась впереди. Из скромной, но надежной на вид иномарки вышел мужчина в темной спортивной куртке с нашивкой хоккейного клуба. Он двинулся к моей машине решительной, немного раскачивающейся походкой человека, привыкшего к льду.

Он постучал в стекло костяшками пальцев - резко, нетерпеливо. Я машинально опустила его, и в салон ворвался холодный воздух вместе с его голосом. Низким, с удивительно знакомой хрипотцой.

- Ну, конечно, кто же еще мог в этой дыре сломаться, - произнес он, и в его тоне не было ни удивления, ни радости. Только едкая, намеренная язвительность. - Как поживаешь в своем идеальном мире, Оля?

Я замерла, вжавшись в сиденье. Это был не призрак из прошлого. Это был Артем Касьянов - настоящий, взрослый и очень раздраженный. Тот самый мальчишка, который когда-то умолял меня бросить все и уехать с ним в Москву, а потом, получив отказ, исчез навсегда. Тот, чью карьеру - взлеты, падения, скандальные драки - я порой украдкой отслеживала в новостях.

Он изменился. Конечно. Прошло сколько… восемнадцать, нет, девятнадцать лет. В уголках губ залегли жёсткие складки обиды, а во взгляде, некогда таком открытом, теперь читалось лишь холодное любопытство и глухая пустота.

- Машина твоегощедрогосупруга тоже решила, что с нее хватит? - бросил он, без приглашения открыв водительскую дверь, найдя рычаг и открывая капот. - Давай посмотрим, что этот перегонный аппарат сам себе сломал.

Он не предлагал помощь. Он просто делал, а я даже слово сказать не могла.

Это было как-то… неуместно.

Его движения были резкими, но точными - видно, годы в спорте и на бесконечных перегонах между городами научили его полагаться только на себя.

Я сидела, парализованная, глядя на его ссутулившуюся спину и понимая, что моя и без того перевернутая жизнь только что сделала новый, совершенно шокирующий вираж. И этот вираж обещал стать еще более опасным.

Глава 5

Артем.

Вернуться на двадцать лет назад - похоже на похоже на автогол в дополнительное время. Ты не просто проигрываешь. Ты собственными ногами приносишь победу своему прошлому, которое уже давно должно было остаться в раздевалке истории.

Да, я мог бы быть охренительным журналистом, если бы не был таким же гениальным спортсменом.

Гениальным.

Злым.

И безработным.

Формально, конечно, потому что только что я вышел из отдела кадров спортивной школы “Тайфун” своего родного города, там где я родился, вырос и вот наконец-то должен пригодится, несмотря на то, что никогда об этом не мечтал.

Меня приняли тренером хоккейного кружка.

Даже не команды, а кружка, мать вашу!

Вот как жизнь умеет ставить на место слишком зарвавшихся выскочек и раздавать подсрачники, чтобы не мнили себя неуязвимыми.

Руль вдавливался в ладони так, словно это он был виноват во всем. Во всем этом дерьме, в котором я оказался по уши. За окном моей Тойоты ползла унылая, казалось бы давно забытая, но внезапно знакомая до тошноты хмарь.

Те же кривые домишки на окраине и хрущевки в центре, те же покосившиеся заборы, та же серая дымка над промзоной. Несколько новых высотных спальных районов. Город каких много. Город, из которого я когда-то рвался как ошпаренный, на всех парах. И вот я вернулся. Победитель, бл*дь.

“Какого хрена я здесь?”- вопрос бился в висках тяжелым, тупым молотом.

Ответы в моей многострадальной и недолеченной башке выстраивались сами, четкие, как аптечные склянки с ядом.

Меня “отменили”. Модно и безжалостно.

Контракт с клубом? Разорвали. Контракты по рекламе? Расторгли. Не то чтобы за один прокол - этот просто стал последней каплей. Срывов хватало и раньше: неявки на тренировки, скандалы в раздевалке, парочка разбитых камер с папарацци. Но всё это удавалось замять деньгами и связями. А тут... Тут я попал в поле зрения всех. И всё полетело к чёрту.

Меня выбросили на свалку за пару едких заголовков и статей, в которых хронологично собрали не перечень побед, достижений и шайб, а скандалов и срывов, словно я какой-то псих.

И никому не нужен стал Артем Касьянов. Никому.

Осталось только пара действительно верных друзей и сын.

Ренат Ильясов, точнее его юристы выбили неплохую компенсацию за досрочное расторжение контракта - отступные, чтобы я не шумел (когда вокруг меня самого столько шумихи, вот ирония). На эти деньги я и купил квартиру в одной из новостроек с ремонтом. Двушка, площадью которая раньше была прихожей в моей доме на Рублевке.

В обломках оказался брак - жена хочет забрать дом, быть свободной и никогда не вспоминать обо мне.