Счастье по рецепту - Теона Рэй

Проблему с развешиванием белья решила так же, как и вчера – разместила все двадцать платьев на четырех кухонных стульях. Но что-то мне подсказывало, что Карла так не делала, и я отправилась на задний двор, чтобы еще раз внимательно его осмотреть.

В золотистых лучах заката изумрудная травка сверкала и переливалась всеми цветами радуги. Я прошлась по всему периметру двора, скрупулезно разглядывая каждую ямку в земле на предмет лунок от стоек для веревки. Такие нашлись неподалеку от колодца, но вот самих стоек, или хоть чего-то похожего на них, нигде не было.

Поиски веревки в доме увенчались успехом – моток нашелся в корзине с различным хламом на книжном стеллаже. Имея веревку, но не зная, на что ее натянуть, проблема с сушкой белья не была решена.

В надежде, что блондинистая гостья Тиммиона уже уехала, выглянула из кухонного окна. Экипажа у кузницы не было, и я поспешила перехватить соседа до того, как к нему приедет кто-нибудь еще.

– Тиммион? – крикнула у лестницы, ведущей на второй этаж.

У первого одна стена была почти полностью разрушенной, из-за чего первый этаж дома представлял собой навес. С улицы хорошо просматривался вход на бывшую кухню и в баню, и пока я ждала Тиммиона, все думала, чем он руководствовался, когда из жилого дома сотворил такое. Впрочем, все дома на этой улице были двухэтажными, но первые этажи занимали лавки. Одна только я жила едва ли не как королева, имея и кухню, и баню, и даже гостиную.

– Тиммион! – позвала снова, так как мужчина не отвечал.

Мужчина появился наверху лестницы неожиданно.

– Давно ждете? Прошу прощения, не слышал.

– Нет ли у вас лишних длинных палок? Я хочу вбить их в землю, чтобы натянуть бельевую веревку.

– Карла всегда развешивала белье на заднем дворе, – задумчиво проговорил сосед.

– Да, я обнаружила лунки из-под столбиков, но их самих нигде нет.

– Посмотрите вон там, – Тиммион указал на груду металлических прутьев.

Мужчина вновь скрылся за дверью в спальне, а я полезла рыскать в его хламе. Все, что так или иначе подходило на роль столбиков, отложила в отдельную кучку. Ладони испачкались в ржавчине и пыли, платье, и без того грязное из-за пролитого супа, окончательно пришло в негодный вид.

Уставшая, но довольная, поволокла домой две железных трубки. Каждая из них была метра по полтора высотой, достаточной для моих целей. Оставалось вбить их в землю, но и молотка я не нашла. Карла, судя по всему, совсем не занималась мужской работой по дому. Но кто за нее это делал, если ни мужа, ни сыновей у нее не было?

С ростом метр шестьдесят мне пришлось сильно попотеть, прежде чем столбики встали, как надо. Я втыкала их в землю, долбила поленом по верхушке, вытаскивала, когда они вставали криво, и вновь втыкала. Хотелось бросить все это дело, но куча мокрых платьев требовала не сдаваться.

К моменту, когда я все же наконец натянула веревку между металлическими столбиками, а после развесила все платья, руки мелко тряслись от напряжения. Следовало поискать и прищепки, но ветер не казался мне достаточно сильным для того, чтобы разнести одежду по соседним участкам. Понадеявшись, что ночью город не настигнет ураган, вернулась в дом. Переоделась в пижаму, платье бросила в баню, чтобы позже постирать, и отправилась на кухню.

Выполнив огромную работу за день, я чувствовала себя по-настоящему полезным человеком. Взглянула через открытую форточку на звездное небо и со злорадством подумала: “Вот видишь, мама, я все могу, когда никто не говорит мне под руку, что я безнадежна”.

Обида на родных, вновь захлестнувшая сердце, мгновенно прошла. Я растопила печь, заварила чай и долго-долго сидела у окна, любуясь звездами. И все бы ничего, но я совсем забыла, что обещала Тиммиону принести ужин и приготовить завтрак.

Впрочем, он сам об этом напомнил, когда я уже мыла чайную чашку и собиралась идти спать.

ГЛАВА 5

Мужчина появился в окне как раз в тот момент, когда я потянулась к столу, чтобы поставить чашку на полотенце. Увидев бледное лицо в слабом свете фонаря, вскрикнула, и чашка полетела на пол.

– Не разбилась? – встревоженно спросил Тиммион, переваливаясь через подоконник. Со своим ростом мужчина вполне мог просто перешагнуть его и оказаться на моей кухне.

Я вернула чашку на стол, усмехнувшись.

– Крепкая посуда, однако.

– Северный фарфор, – со знанием дела проговорил Тиммион. – Этот сервиз Карле подарили на ее пятидесятилетие, с тех пор на нем еще ни скола. Кажется, в наборе шесть тарелок и столько же чашек.

– Я нашла только пять чайных пар. Шестая, видимо, все же разбилась.

– Могу я войти?

– Вы и так наполовину в доме. Входите уже.

Мужчина скрылся в темноте, а через мгновение его шаги раздались в гостиной. На кухню Тиммион вошел, улыбаясь.

– Простите, если отвлекаю, – мужчина выжидающе глянул на кастрюлю. – Я ждал вас, но уже почти полночь.

На месте Тиммона, я бы меня тут же уволила. Оплату забрала, а работу не выполнила.

– Замоталась с делами, совсем из головы вылетело. Садитесь, поужинайте супом, а я пока приготовлю для вас макароны и мясной соус.

– А сырники?

– Сырники лучше есть горячими, сделаю их завтра.

А про себя добавила: “Микроволновок же вы еще не придумали”

Пока Тиммион, довольный, как кот, поглощал суп, я быстро отварила макароны. На сковороде обжарила лук, кусочки мяса, добавила специи, муку и воду, и закрыла крышкой, чтобы потушилось. Мужчина с интересом наблюдал за тем, как я машинальными движениями, почти не глядя, готовлю, и все же задал мучивший его вопрос:

– Кто вы?

Деревянная лопатка в моей руке рисковала сломаться – так сильно я ее сжала. Не хотелось мне начинать новую жизнь со лжи, но и правду сказать не могла.

– Когда-то я работала в одной богатой… – призадумавшись, быстро вспомнила правильное слово: – аристократической