Всё не случайно - Асия Шаманская

запекаться. Собирая волю в кулак, иду до ванной и умываюсь. Смотрю на живот, где начинают проявляться синяки. Слёзы щиплют глаза, и больше я их не сдерживаю. Падаю на кровать, начиная горько плакать в подушку, когда раздаётся звонок телефона. Это Тимур. Прости, но я сейчас не в том состоянии. Однако, следует второй и третий звонок, и утерев слёзы я рвано отвечаю:

— Да?

— Вика, привет. Ты звонила, что-то случилось?

— Нет, просто потеряла тебя, думала вдруг есть какие-то бумаги.

— Ты что, плачешь? Что-то случилось?

— Нет, — придаю бодрости голосу. — Нет, всё в порядке. Просто спала.

— Прости, что разбудил, — вроде как верит Тимур. — Завтра заеду, так что как раз расскажешь как дела в заведениях.

— Хорошо.

— Спокойной ночи, — тихо говорит.

— Спокойной.

После разговора становится ещё обиднее. За себя, за Руслана, за Антона. Проливая слёзы, не замечаю, как засыпаю.

Глава 8

С утра выгляжу не самым лучшим образом, но не самое важное. Одеваюсь максимально просто. Чёрные джинсы и белая футболка. Макияж так же минималистичен. Спасибо ребятам, хорошо постарались, губы красить не надо.

Заезжаю в ресторан, вызывая к себе менеджера. Быстро уточняю как дела, какая посадка на вечер сегодняшней пятницы, и уезжаю в клуб.

— Здравствуйте, Виктория Андреевна, — здоровается охрана. Славные ребята, ходят по пятам, охраняя. Жаль не около моего дома. — Тимур Рустамович в кабинете. Просил зайти, как приедете.

— Здравствуй, хорошо, — пытаюсь улыбаться людям, но губа болит. Урод, блин.

Быстро беру по пути кофе в баре, и поднимаюсь в кабинет.

— Здравствуйте, Тимур Рустамович, — всегда сохраняю официальные отношения при посторонних, а сейчас в кабинете была менеджер-Алина, которая принесла ему завтрак.

— Здравствуй, — что-то он какой-то довольный. Правда, пока не натыкается на разбитую губу. Нравится?

Алина выходит, а я падаю на кожаный диван.

— Что с губой? — серьёзно спрашивает.

— Не поверишь. Дома вчера убиралась, полезла за шкаф, ну а губы на шкаф. Спасибо, хоть не глаза, — стараюсь я придать лёгкости и беззаботности голосу.

— Глаза, видимо, тоже без особой пользы, раз не видишь.

— Видимо. Давай к отчёту, — говорю я, отпивая кофе.

Быстро рапортую всё, что было за две недели и пару предложений от себя. Если честно, я очень рада его видеть, поэтому изображать веселье не так сложно.

— Вот статистика выручки за месяц, — кладу я бумаги перед ним на стол, собираясь сразу отойти, но он берёт меня за руку. Непонимающе смотрю на него. — Тимур?

Он встаёт со стула, возвышаясь надо мной и аккуратно проводит большим пальцем по разбитой губе. Я же стою и даже не дышу, кажется. Тимур аккуратно приближается ко мне, собираясь поцеловать, но давая мне право выбора. Я не отстраняюсь, но продолжаю смотреть широко распахнутыми глазами, когда он наконец целует меня. Аккуратно и невесомо сначала, постепенно углубляя поцелуй. Я отвечала ему, испытывая непонятные ощущения. Всё же четыре года прошло. Руки кладу парню на грудь, а он свои мне на талию, притягивая ближе некуда.

В данную секунду я забыла даже о том, что у меня болит живот и все внутренности от вчерашних ударов.

— Тимур, мы не в отношениях, — шёпотом напоминаю я, делая рваные вдохи.

— Это мне не мешает хотеть тебя поцеловать и, собственно, поцеловать, — хрипло говорит, снова приникая к моим губам.

Мне в общем-то тоже. Поэтому я с готовностью и удовольствием отвечаю, пока Тим резко не подсаживает меня на стол. Я машинально дёргаюсь, вскрикиваю и кладу руку на живот.

— Что такое? — обеспокоенно спрашивает, отстраняясь Тимур.

— Нормально, — отвечаю сдавленно, ловля звёздочки в глазах.

Бесоев всегда совал свой нос туда, куда было интересно, а в данный момент — это под моей футболкой. Аккуратно убрав руку, которой я держалась, он задирает одежду вверх и взбешённо спрашивает:

— Интересно, а это ты где ударилась? На чей кулак напоролась?

Хлопаю глазами, а потом опускаю футболку, пытаясь слезть со стола, но сильные руки мне не дают этого.

— Я задал вопрос, — рычит, еле сдерживая себя.

— А я сейчас с Бесом разговариваю или с Тимуром? Если с первым, то не хочу, — говорю, наконец отталкивая парня и быстро спрыгиваю со стола, пытаясь уйти.

— Вика, стой, — уже спокойно говорит Тим, придерживая за руку — Скажи кто, и я разберусь. Никита?

— О, Боже, нет. Я уже и думать забыла о его существовании.

— Тогда кто? — вот что за упрямство? Тебе так нужны мои проблемы?

— Да просто какие-то хулиганы, — вру, ненавидя себя. — Я убежала. Просто ночью не надо в магазин ходить.

— Не ври, — сузив глаза, говорит Тимур, но продолжить мы не успеваем, так как звонит мой телефон. Мой второй телефон.

Тимур отпускает и я достаю, отвечая Антону. Днём в будни мы никогда не созваниваемся, значит, что-то случилось, и я сразу же холодею, забывая, что я не одна в помещении.

— Да? Что-то случилось?

— Вик, Руслану хуже. У него температура уже 38,9. Местные врачи говорят в центр везти, у него горло краснющее. Что делать?

Ни Никита, ни вчерашние головорезы не напугали меня так, как Антон сейчас.

— Я выезжаю, — судорожно говорю.

— Будь осторожна. Не привези хвост, — тихо говорит Антон. Он боится. Я его понимаю.

— Не переживай, обещаю, я осторожно.

Положив трубку, я хватаю сумку и вспоминаю, что я здесь не одна.

— Тимур, мне надо уехать. Это срочно.

— Да что, блять, происходит, Вика? Что за вечные тайны? Что случилось?

— Мне надо уехать, — с полными глазами слёз говорю и ни о чём, кроме Руслана не могу думать.

— Куда?

— Я в понедельник буду, — обещаю я. А что если что-то серьёзное? А если не успею? А если…

— Я еду с тобой, — говорит уверенно.

— Нет, — в панике говорю, но, видимо, мой вид сильно его напугал, поэтому он непреклонен.

— Это не обсуждается.

У меня нет времени спорить. Узнает — отлично, хоть совесть от меня отстанет. Да и всё равно узнал бы со временем.

Молча разворачиваюсь и выхожу, а Тимур следом.

— На моей поедем, — заявляет он.

— Едь тогда следом.

— Нет, на одной поедем.

— Я хочу за рулём.

— Да какой руль? Ты вообще не здесь, в таком состоянии нельзя.

Я чувствую, что паника нарастает.

— Вик, что случилось?

— Я не могу сказать, — шепчу. — Сам увидишь. Я буду аккуратно. Можно, пожалуйста?

Тимур внимательно смотрит целую вечность, но потом протягивает ключи.

Оказавшись в машине, я быстро завожу и срываюсь с места. Вижу, как за нами едет охрана Тимура. Так даже лучше. Вряд ли кто-то рискнёт сделать что-то.

Выехав на трассу, я давлю педаль газа в пол,