Голос моей души - Ольга Куно

Лицо опустившего руку Андре приобрело пунцовый оттенок, брови гневно сдвинулись.

– Мы никого не сдаем властям, поэтому я не стану поступать так и сейчас, – продолжал Воронте. – Однако я не намерен принимать у себя человека, соблазнившего и опозорившего четырнадцатилетнюю девушку.

Сочтя, что он достаточно четко и резко обозначил свою позицию, граф вернулся на свое место и собрался сесть. Но болезненно приземлился на пол, поскольку стул оказался в последнее мгновение выбит из-под него одним ударом ноги Андре.

– Что вы себе позволяете?!

Вскочив на ноги, Воронте отчего-то устремил гневный взгляд именно на меня, словно требуя, чтобы я приструнила своего спутника. Я лишь пожала плечами, совершенно безразличная к его возмущению.

– А на что вы рассчитывали, Артелен, – поинтересовалась я, разводя руками, – когда подобным образом оскорбили дворянина? В принципе он мог бы заколоть вас мечом или, за неимением оного, по меньшей мере вызвать на поединок. Я даже удивляюсь, что он этого не сделал.

Говоря это, я на всякий случай вытянула руку в сторону Андре, намекая, что мои слова не стоит воспринимать как указание к действию.

– Это не мои домыслы, – проворчал в свое оправдание Воронте, потирая ушибленное место. Скажем так, низ спины. – Это известно всем.

Я презрительно фыркнула.

– Право же, граф! Вам ли не знать, насколько беспочвенными бывают обвинения, особенно если за них сажают в Мигдаль в течение последнего года.

Признаю, мои слова были несколько жестоки, но они возымели эффект. Воронте пристыженно отвел взгляд, а затем пробурчал:

– Ладно, если вы утверждаете, что обвинение было ложным, я готов принести свои извинения.

Было непонятно, обращается ли он ко мне или к Андре, но я поспешила ответить сама, отлично сознавая, что мой спутник сейчас несколько… не в настроении.

– Разумеется, обвинение было ложным, – заверила я. – Графа устранили для того, чтобы впоследствии беспрепятственно убрать и его подопечную. Что, собственно говоря, и произошло. Те, кто это устроил, отлично знали, что он будет защищать Антонию Сафэйра до последнего. И не смотрите с таким сомнением, Артелен. Граф Дельмонде не интересуется девочками-подростками. Он предпочитает более опытных женщин.

Совершенно откровенный намек, прозвучавший в моей последней фразе, быть может, кого-то и смутил, но не меня. Собственно говоря, как я теперь помнила, подобная выходка была вполне в моем духе. Зато теперь Воронте был в курсе, что ссориться с Андре невыгодно для него вдвойне.

Воронте и вправду шагнул в сторону Андре и сам протянул ему руку.

– Прошу прощения, граф, – сдержанно произнес он. – Мне не следовало разбрасываться обвинениями, основанными на лживых доносах.

На сей раз Андре повременил с ответом. Прошло несколько секунд, прежде чем он все-таки пожал руку Воронте.

– Ваши извинения приняты, граф, – не менее сдержанно ответил он.

Я сочла такое примирение вполне удовлетворительным; ожидать большего на данном этапе не стоило.

Когда все снова расселись, готовые вести продуктивный разговор, Воронте перешел к делу.

– Итак, вы хотели что-то со мной обсудить, – начал он, положив руки на стол. – Насколько я помню, вы, Кейра, что-то говорили о сотрудничестве.

– Сказать по правде, мы хотели бы попросить вас о помощи, – призналась я. – Однако есть причины полагать, что дело, ради которого мы сюда пришли, окажется и в ваших интересах. Более того, это может оказаться началом весьма плодотворного сотрудничества. Думаю, что в не слишком далекой перспективе оно станет взаимовыгодным.

– Что же вас интересует? – подался вперед Воронте.

– Есть две вещи. – Мы с Андре успели тщательно обдумать этот вопрос. – Первое: нам нужна вся имеющаяся у вас информация о Ниресском монастыре. Охрана, личные дела монахинь, уклад жизни – все, что удастся узнать до завтрашнего дня.

Воронте бросил быстрый взгляд на Андре, немного подумал и молча кивнул. Зная, что Антонию Сафэйра заперли именно в этом монастыре, сложить два и два было нетрудно.

– Хорошо, – кивнул он. – Это мы устроим. Что во-вторых?

– Люди, – ответила я. – Вдвоем все же трудновато провернуть такую операцию.

– С людьми посложнее, – поморщился Воронте. – Кто бы что ни думал, не так уж их у нас и много, особенно по-настоящему надежных, а вам, как я понимаю, нужны именно такие. Так что большого числа людей я вам дать не смогу.

– Много людей нам и не требуется, – вмешался Андре. – Мы не собираемся брать монастырь штурмом. Такая затея была бы в любом случае обречена на провал.

– Нам было бы достаточно, скажем, четверых, – подключилась я. – Обязательно надежных, об уровне секретности вы, полагаю, уже догадались. Равно как и о последствиях этой… мм… акции, – подобрала относительно нейтральное слово я, – для расклада политических сил в стране.

– Да уж, об этом я приблизительно догадываюсь, – задумчиво проговорил Воронте, казалось, пробовавший мысль об открывающихся перспективах на вкус, как вино.

– Необходимо, чтобы эти люди умели как следует обращаться с оружием и обладали мозгами, – продолжала я. – Желательно, чтобы эти два качества сочетались в одних и тех же людях, но, если они будут представлены по отдельности, тоже не беда. Дело, мягко говоря, непростое, и мозговой штурм, в отличие от обычного, нам потребуется. Но нас вполне устроит и тот вариант, в котором часть выделенных вами людей будут сопровождать нас исключительно в качестве охраны.

Воронте ритмично постучал костяшками пальцев по столешнице.

– Хорошо, – объявил он. – Четверых я вам выделить смогу. Хотите, чтобы я сам подобрал людей, или предпочитаете лично на них посмотреть?

Мы с Андре переглянулись.

– В целом я доверяю вашему суждению, – произнесла я. – Но, впрочем, если есть возможность предварительно на них взглянуть, то почему бы нет?

– Возможность есть, – сообщил граф. – Через полчаса, – он бросил беглый взгляд на настенные часы, – в этом доме состоится одно совещание. Присутствовать будут, естественно, не все, но большинство наиболее надежных людей с мозгами здесь появятся. На первую часть совещания я могу вас пустить. На вторую, простите, нет.

С этим никто и не думал спорить. Мы с Воронте и так достаточно серьезно раскрылись друг перед другом в целях последующего сотрудничества; глупо было бы ожидать, что кто-либо из нас станет выкладывать на стол все карты.

– Кейра, – обратился ко мне Воронте, – быть может, теперь, когда мы договорились об остальном, вы удовлетворите мое любопытство в одном вопросе?

– Слушаю вас, граф.

Я намеревалась по возможности ответить на его вопрос. Это было бы справедливо. Как-никак на данном этапе именно он помогал нам, взамен имея пока лишь эфемерную перспективу нашего последующего сотрудничества.