Бархатный ангел - Николь Фокс

Я киваю и сглатываю. — Хорошо.

— Потому что, если бы я это сделал, боюсь, мне пришлось бы взять тебя с собой. Ты или тот ребенок, которого ты держишь.

Холодный, мучительный страх пронзает мое тело. — Пожалуйста, Максим…

— Не надо, — перебивает он. — Умолять меня на этот раз не получится. Если я не выберусь отсюда живым, то и ты тоже.

Я смотрю на темную голову Джо. У нее все еще есть тот невинный, детский запах, которого я так жаждала по ночам, когда была за тысячи миль от нее.

Я знаю, что мне делать дальше.

Я просто не знаю, хватит ли мне на это сил.

— Возьми меня с собой, — слышу я свой собственный голос.

Максим делает двойной дубль. — Что?

— Исаак не причинит тебе вреда, если я буду с тобой. Используй меня, чтобы выбраться отсюда. Таким образом, ни один из нас не должен умереть.

Он сужает глаза. — В чем подвох?

— Пусть Джо останется здесь… с Исааком.

Он обдумывает это на мгновение. — Ты бы оставила ее?

— Да.

Я сделаю это для Джо. Для моей малышки. Я сделаю то, что уже делала однажды: оставлю ее, чтобы у нее была лучшая жизнь, чем та, которую я могу предложить ей.

Даже если мы никогда не сможем быть семьей, по крайней мере, у нее будет отец. По крайней мере, Исаак получит ее.

Это максимум, что я могу дать любому из них сейчас.

— Ты не хочешь ее, Максим, — говорю я ему. — Нам придется уехать из страны, а ты ведь не хочешь быть оседланным чужим ребенком, не так ли?

Кажется, это доходит до него. Он решительно кивает, как будто принято деловое решение. — Хорошо, — говорит он. — Я оставлю ребенка, а ты поможешь нам выбраться отсюда.

Я киваю.

Удовлетворенный, он открывает дверь и жестом приглашает меня идти вперед. Его люди расступаются, пропуская меня вперед всех.

Максим присоединяется ко мне на пороге двери. Я слышу, как войска Исаака собираются на другой стороне.

— У меня твоя жена, Исаак, — кричит Максим. — У меня твоя дочь.

Голова Джо дергается в мою сторону. — Мама, что он говорит?

Я поднимаю ее на руки. — Ничего детка. Не слушай его.

Она зарывается головой в мое плечо. Я крепко цепляюсь за нее, пытаясь усвоить этот момент, прежде чем мне придется ее отпустить. Возможно ли, что это будет последний раз, когда я ее увижу?

Это жестокий конец пути, который я проделала за последние несколько лет, но… я замираю, вспоминая, что сейчас у меня в кармане. Кое-что дала мне Никита, когда мы выходили из комплекса, чтобы прийти сюда. Последние слова, которые она когда-либо говорила непосредственно мне.

Женщина никогда не должна оставаться без выхода, сказала она мне, вложив его в мою руку.

Знание того, что у меня в кармане, придает мне новую смелость. Свежая надежда.

Может быть, я смогу спасти Джо и себя.

Возможно, у этой трагедии есть альтернативный конец.

Может быть, мы все вместе выберемся.

— Я хочу машину, — кричит Максим. — Прямо сейчас, черт возьми, или я отдам тебе пару тел.

Он хватает меня за руку и вытаскивает из дома. Мой взгляд останавливается на Исааке, который застыл в нескольких футах от меня. Тела усеивают землю. Я держу руку на затылке Джо, чтобы прижать ее лицо к своей груди.

— Не смотри вверх, ладно, детка?

— Хорошо, — отвечает Джо дрожащим от слез голосом.

— Если через минуту машины не будет, я воспользуюсь этим пистолетом, — клянется Максим.

Я чувствую его людей у себя за спиной, но решаю не беспокоиться о них сейчас.

Через несколько секунд подъезжает машина и припарковывается между людьми Исаака и небольшой разрозненной группой Максима.

Он пытается подтянуть меня к джипу, но я сопротивляюсь.

— Нет, ты обещал мне, — говорю я. — Джо.

— Господи, — рычит он. — Тогда опусти ее. Пусть соплячка сбегает к отцу.

— Джо, — шепчу я ей. — Детка, мне нужно, чтобы ты сейчас же отправилась к Исааку.

Она отодвигает лицо ровно настолько, чтобы посмотреть на меня. — Нет, я не хочу оставлять тебя.

На ее щеках следы от слез, и от этого мое сердце разрывается. — Я знаю любовь. Я знаю. Но Исаак должен вытащить тебя отсюда.

— Домой?

— Да.

— А тетя Бри будет там?

— Я позабочусь о том, чтобы она была. Поверь мне, моя дорогая. Я тебя люблю. — Я выпрямляюсь.

Исаак внимательно наблюдает за всем этим обменом мнениями. — Камила…

— Исаак, это единственный способ. Просто доверься мне, хорошо?

Богдан движется вперед и хватает Джо. У меня даже нет возможности по-настоящему насладиться ее весом в моих руках, прежде чем она исчезнет.

Потом Богдан отступает обратно в строй с моим малышом на руках… Пока я делаю все возможное, чтобы не развалиться окончательно.

Исаак делает шаг вперед, но Максим направляет пистолет прямо на меня. — Это была сделка, Исаак. Ты получишь ребенка. Я получаю женщину. Мы сейчас уйдем.

— Это моя жена, — рычит Исаак.

— Больше нет, — говорит он, хватая меня за руку. — Теперь она будет моей шлюхой. Ты получил то, что хотел. Ты получил Братву. Но я не уйду с пустыми руками.

Довольный этими напутственными словами, он ведет меня к джипу.

Вот когда я бью.

Я даже особо не прицеливаюсь. Моя рука отчаянно дрожит, когда я раскачиваюсь в воздухе. Но я прослежу, чтобы лезвие пронзило его плоть. Я закапываю его ему в живот, и когда его глаза расширяются от шока и боли, я на всякий случай пинаю его в пах.

Глаза Эндрю встречаются с моими. Он подносит пистолет к моей голове.

Но прежде чем он успевает выстрелить, раздается еще один выстрел. Он смотрит вниз, и я вижу, как кровь растекается по его животу. Через мгновение он падает.

Хорошего гребаного избавления.

Я чувствую, будто из меня выбили воздух, когда кто-то хватает меня за талию и дергает в сторону. Подняв глаза, я смотрю в его голубые глаза.

— Исаак…

— Ты в порядке? — настойчиво спрашивает он.

— Я… я так думаю.

Его глаза рыскают по моему телу, выискивая любые признаки травмы.

— Я убила его? — Я спрашиваю.

Исаак оглядывается через плечо. — Не совсем.

— Тогда ты можешь закончить работу за меня, — говорю я.

Он кивает и подходит к телу Максима. Другой Воробьев харкает кровью, глядя на своего кузена.

— Я дал тебе два шанса уйти, — говорит Исаак голосом палача. — Два шанса на жизнь. Ты отверг их обоих.

Максим