Сломленная истинная - Ивина Кашмир

Я часто стала размышлять о наших отношениях. О том, как я относилась к нему, и как он — ко мне.

Да, инициатором был Рейнард, но я позволила, хотя прекрасно понимала, что мы вылеплены из разного теста.

И всё же ему удалось вытащить меня из того болота, в котором я тогда барахталась.

Правда, чуть позже я снова туда погрузилась, но уже из-за него.

Хотя, если честно, никто не сможет вытащить меня из болота, если я сама этого не захочу.

Такова правда жизни.

Глава 73

Мне понадобилась неделя, чтобы признать очевидное: я всё ещё его люблю. И эта любовь затмевают и обиду, и доводы рассудка. Как бы сильно он меня ни ранил, как бы я ни старалась оттолкнуть его — сердце, увы, имеет своё мнение на этот счёт.

В какой-то момент Рейнард уловил мой душевный раздрай.

Его поведение изменилось. Не кардинально, но заметно.

Он всё ещё маячил рядом, конечно. Но делал это… мягче. Спокойнее.

Я постоянно ловила на себе его задумчивый взгляд.

На прошлом занятии мы держались за руки добрых сорок минут. Я ощущала его горячую, широкую ладонь и втайне млела от удовольствия.

Он стал меня хвалить, хотя, признаться, из-за громкого стука сердца я почти никогда не слышала о том, что он говорит.

Несколько раз замечала, что он жадно слушает каждое моё слово, даже если я говорю не ему.

Я прекрасно осознаю, что у Рейнарда тактика такая — разрушить стены моего упрямства.

Он будто решил: если подойдёт слишком близко — спугнёт.

Если отойдёт слишком далеко — потеряет.

Вот и держит ту самую золотую середину, от которой у меня то сердце сжимается, то ладони становятся влажными.

Он смотрит на меня не как хищник, а как человек, который терпеливо ждёт, когда я сама подойду. И от этого становится только сложнее.

В общем, Рейнард мной одержим. А моя решимость вычеркнуть его из своей жизни тает с каждым днём.

***

Сегодня ночью я почти не сомкнула глаза. Всему виной Рейнард и его горячие ладони, которыми он водил по моей спине всё вчерашнее занятие.

Теперь я не выспавшаяся и злая.

Как назло, его занятие стоит первым.

Кларисса с Лэндом отправились в мини-путешествие. Вроде решили пожить в горном домике. А Эш ещё вчера ускакал по своим делам.

Я долго стояла около зеркала, рассматривая себя.

Зелёные глаза горят. Щёки румяные. Пухлые губы растянуты в нервной улыбке.

Я ведь и вправду хороша собой.

И как я раньше не замечала?

Кларисса, опасаясь, что я буду голодать, купила целых два огромных мешка хлопьев. С запасом, будто я собралась зимовать в академии без доступа к еде. Теперь мешки стояли в углу кухни, и я не могла решить, смеяться или плакать, глядя на это изобилие заботы.

Набрав немного хлопьев в тарелку, я залила их молоком и спокойно позавтракала. Потом открыла портал.

В аудитории я появилась раньше всех.

Рейнард уже был на месте — сидел вальяжно в кресле, словно это не аудитория, а тронный зал.

Как только заметил меня, его губы растянулись в ехидной улыбке.

И именно тогда мои последние сомнения растворились.

Пора выбить почву из-под его ног.

Подхожу ближе. С каждым шагом его смоляные брови ползут всё выше.

— Майя... — хрипло произносит он, хмурясь, когда я встаю почти вплотную к нему.

Я наклоняюсь, обвиваю его шею руками и впиваюсь в губы поцелуем.

Одного я не учла, когда строила свой коварный план: почву выбило и из-под моих ног тоже.

Мы целовались, как сумасшедшие, забывая обо всём на свете.

Его руки скользили по моей спине, прижимая меня так близко, что я чувствовала стук его сердца. Или, может, это билось моё сердце?

В этом безумии было что-то горькое и сладкое одновременно, заставляющее терять связь с реальностью.

Я вцепилась пальцами в его волосы, не зная, хочу ли я оттолкнуть его или притянуть ещё ближе. Наверное, второе.

Почти месяц он меня так жутко раздражал, но сейчас, обнимая его, я хотела только одного: чтобы это сладкое мгновение не заканчивалось.

Как бы я ни бегала от своих чувств к нему, они никуда не делись.

— Майя, я тебя хочу.

Эти слова должны были отрезвить, но вместо этого вселяют во мне странную решимость. Вместо ответа, я просто прижимаюсь к нему сильнее, ну и Рейнард, конечно же, тут же всё понимает.

Он встаёт с кресла вместе со мной на руках и открывает портал.

К щекам приливает кровь, когда я понимаю, что он перенёс нас в незнакомые покои. Но остановиться уже не могу, с меня словно запрет на поцелуи сняли.

Я притягиваю его к себе, обнимаю за шею и со всей страстностью отвечаю на его горячие поцелуи.

— Люблю тебя, — он отрывается от моих губ и начинает покрывать поцелуями шею. — Я жить без тебя не могу. Ты моя вселенная, Майя. Даже час вдали от тебя кажется пыткой...

Он говорит что-то ещё, но я уже не слышу, полностью растворяясь в этих сладких ощущениях.

Как же приятно. Просто обнимать его. Быть с ним. Чувствовать его аромат.

В какой-то момент ловлю в его зелёных глазах своё растрёпанное отражение и краснею.

— Я больше никогда не причиню тебе боль, Майя. Обещаю.

Я подаюсь вперёд и целую его в плечо.

— Хорошо, Рейнард, — шепчу, ощущая, что сердце готово выпрыгнуть из груди. — Мы попробуем снова, но учти, что... — осекаюсь, млея от того, как нежно он начинает покрывать моё лицо поцелуями, — ещё один малейший проступок с твоей стороны, и я вычеркну тебя из своей жизни.

— Хорошо, любимая.

И целует всё ниже и ниже.

— Майя, а ты готова...

— Да, — выдыхаю я, зажмуриваясь.

Стоит произнести это слово, и всё вокруг растворяется.

Тепло. Трепет. Ощущение, будто мы падаем в пустоту, но падение оказывается мягким.

Где-то в животе вспыхивает огонь, который медленно разливается по всему телу.

Есть боль — короткая, резкая, но она уходит, оставляя после себя только тепло и тихое, обволакивающее блаженство.

Дыхание сбивается. Мир сужается до его рук, губ и тяжёлого, прерывистого дыхания над моим ухом.

Когда всё заканчивается, я лежу на его груди и пытаюсь дышать ровно. Его сердце стучит в такт моему — сбивчиво, слишком быстро.

Я не уверена, где заканчиваюсь я и где начинается он.

Ну а потом, как