Из моего окна - Ариана Годой

Просто пригласить трех греческих богов, рабочая схема. Даже музыка затихла, но не думайте, что это какой-то волшебный трюк или что-то в этом роде, нет, просто моя тетя Хелена отвечает за смену песен и ослеплена тремя парнями, которые стоят передо мной. Нужно время, чтобы привыкнуть к таким красавчикам. Я понимаю, что пора нарушить тишину.

– Спасибо, что пришли, ребята, – говорю я от всей души. Я не могу отрицать, что удивлена видеть здесь Артемиса, не думала, что он придет.

Аполлон одаривает меня сладкой улыбкой, и я слышу, как Камила вздыхает позади меня.

– Не стоит благодарности, спасибо, что пригласили.

Моя тетя Кармен, конечно, не может смолчать.

– Ракель, крошка, где твои манеры?

Тот неловкий момент, когда нужно представить своего прекрасного парня и его братьев своей семье.

– Аполлон, Арес и Артемис, это мои тети Кармен и Мария и мои сестры: Сесилия, Камила, Дженни, Ванесса, Лилия и Эстер.

После знакомства и обморока моих сестер братья Идальго присоединяются к Даниэлю, брату Дани, и другим ребятам. Мои сестры взвизгивают.

– О, ради бога, Ракель! Твой парень… Это невыразимо.

Сесилия молчит. Тетя Кармен тоже ничего не говорит. Тетушки уходят, чтобы поговорить в другом месте, оставляя большую компанию девушек одних. Камила вздыхает.

– Аполлон… Даже имя красивое. – Она хватает меня за плечи. – У него есть девушка?

Я переглядываюсь с Дани, которую, кажется, расстраивает заинтересованность Камилы.

– Думаю, у него точно есть девушка.

Камила надувает губы.

– О нет, ну конечно же у него есть девушка. Как у такого нежного и красивого не будет девушки?

Дженни делает глоток фруктового напитка с небольшим количеством алкоголя, который мы приготовили.

– Девушка? К черту отношения, я бы отдала все, чтобы трахнуть старшего.

Сесилия выплевывает свой напиток.

– Дженни!

Я не могу сдержать улыбку. Ванесса дает Дженни пять.

– Ты читаешь мои мысли, прошу лишь об одной ночи с любым из этих парней.

Я поднимаю бровь.

– Что?

Ванесса смеется.

– Успокойся, не с твоим, с другими.

Дани вмешивается:

– У Аполлона тоже есть девушка. Помните?

Ванесса смотрит на нее.

– И что?

Дани не может скрыть своего раздражения.

– И что? Ты бы связалась с парнем, у которого есть девушка?

Ванесса фыркает.

– Я не хочу выходить за него замуж, одной ночи, нескольких часов было бы достаточно.

Все посвистывают от откровенности моей сестры. Стоит признаться, она напоминает мне прямолинейностью Ареса. Видимо, в каждой семье есть такой человек. Дани смотрит на нее с недоверием.

– Ему шестнадцать.

Дженни и Ванесса пожимают плечами.

– И что?

Дани не может в это поверить.

– Вам все равно, что о вас скажут?

Ванесса качает головой, улыбаясь.

– Детка, оглянись, неужели ты все еще веришь в эту патриархальную чушь, будто мужчине нормально встречаться с девушкой, которая намного младше его, но если мы так сделаем, это будет неправильно.

Дженни кивает.

– Точно, мы же не говорим о педофилии. Он подросток, осознающий свои желания. Если оба хотят, в чем проблема?

Камила переводит взгляд.

– Заткнитесь обе, Аполлон мой.

Дженни пожимает плечами.

– Как хочешь, меня интересует старший, у него такая сексуальная щетина.

Ванесса игриво хлопает ее по плечу.

– Тебе придется иметь дело со мной, потому что он мне нравится.

Сесилия заговорила впервые за долгое время.

– Вы говорите так, будто у вас есть шанс с этими парнями, пожалуйста, спуститесь на землю.

Камила скрещивает руки на груди.

– Если Ракель добилась успеха, а в ней нет ничего особенного, то и у нас получиться.

– Эй! – возражаю я, дергая ее за волосы.

Камила уворачивается.

– Без обид.

Мои глаза находят глаза Ареса, он пьет из пластикового красного стакана. На его губах пляшет хитрая улыбка, когда он опускает стакан.

– Сейчас вернусь, – говорю я и иду к Аресу.

Я не могу отвести взгляд, чувствую себя в плену его голубых глаз. С каждым шагом мое сердце начинает биться чаще, я прижимаю руки к бокам и чувствую, что они слегка вспотели.

Один за другим люди вокруг меня исчезают, есть только он и я.

Греческий бог и ведьма.

Неуравновешенный и преследовательница.

Я останавливаюсь перед ним, улыбаясь, как идиотка.

– Арес.

Он улыбается мне в ответ.

– Ракель.

– Что ты чувствуешь после того, как тебя мысленно изнасиловали все мои сестры?

Он берет себя за подбородок, будто размышляя.

– Чувствую себя немного использованным.

Я фыркаю.

– Ну конечно, будто ты не привык к такому.

Арес поднимает бровь.

– Ревнуешь?

– Пф-ф-ф-ф, умоляю.

Арес широко улыбается, проводя большим пальцем по моей щеке.

– Ты такая сексуальная, когда ревнуешь.

– Я не ревную.

Его большой палец опускается и гладит край моих губ, я перестаю дышать.

– Не могу смотреть на тебя в этом платье.

Я сглатываю.

– Почему?

Он убирает руку с моего лица.

– Ты знаешь почему.

Тетя Кармен проходит мимо.

– Ракель, мама зовет, она на кухне. – И идет дальше.

Я вздыхаю.

– Надо помочь. – Я разворачиваюсь, но Арес хватает меня за руку и поворачивает к себе.

Он подходит так близко, что я чувствую запах его парфюма, и наклоняется, чтобы шепнуть мне на ухо:

– Твоя семья думает, что ты такая невинная, если бы они знали, как ты стонешь и просишь еще, когда я вхожу в тебя.

Мои глаза распахиваются.

– Арес!

– Или как сильно ты течешь, когда я тебя целую.

Святая покровительница пресса, помолись за нас, аминь.

Арес отпускает меня, а я кладу руку ему на грудь, сохраняя спокойствие. Я убегаю от него как можно быстрее. Черт. Как он может возбудить меня словами? У Ареса определенно есть дар. Я обмахиваюсь руками и иду в дом. Мама ждет меня на кухне с подносами.