Аромат ландышей - Светлана Алексеева

– Алло, Лена, говори! – вырвав ее из размышлений, прозвучал голос Палладина. – У тебя что-то случилось?

– Да, – ледяным голосом произнесла женщина и тихо всхлипнула. – Наташа попала в аварию. Ее жизнь висит на волоске. Мы в районной больнице, в Бородянке. Ночь она провела в реанимации. Врачи говорят, что ее состояние стабильно тяжелое. Мне надо срочно перевезти ее в Киев. Нужен реанимобиль. Ее надо хорошо обследовать, сделать КТ, МРТ. В районной больнице этого, к сожалению, нет.

– Я все сделаю, Лена. Я помогу, успокойся, – тихо ответил Палладин. – Натка для меня как родная дочь. Ты где?

– Я в Бородянке.

– Я сейчас же еду к тебе. Не переживай, слышишь? – строго произнес Владимир. – Все будет хорошо.

– Угу, – шмыгнув носом, протянула женщина. – Да, Вов, в Феофании есть врач – Билоус Леонид Иванович. Пожалуйста, договорись с ним. Говорят, он гений. Он людей по косточкам может собрать.

– Я записал. Все сделаю. Через час я буду у тебя, – ответил Палладин и положил трубку.

Лена облегченно вздохнула.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила она и, опустив голову, вышла в коридор.

Поднявшись со стула, Ищенко быстро подбежал к ней.

– Ну? – коротко поинтересовался он.

– Все хорошо. Палладин будет здесь через час. Сказал, что поможет, – ответила женщина и, смахнув слезы, пристально глянула на соседа. – Анатолий Александрович, огромное вам спасибо за все! Я бы без вас пропала. Пожалуйста, езжайте домой. Вам на службу пора. Езжайте! Скоро приедет Владимир. Он меня не оставит, он настоящий друг.

– Лен, перестань, – возразил мужчина и опустился на стул. – Садись возле меня, отдохни. Пока не приедет твой бывший, я никуда не уйду. Все!

Закрыв глаза, Лена устало прислонилась к стене.

– Леночка, побудь здесь немного одна, я сбегаю в магазин. – Потерев покрасневшие глаза, Ищенко потряс ее за плечо. – Я куплю себе сигарет. Кончились. Пачку выкурил за ночь. Тебе купить что-нибудь? Может, булочку или сок?

– Нет, – скривившись, ответила женщина. Подняв голову, она с болью посмотрела на него. – Как я могу есть, если не ест моя дочь? Нет.

– Ленка! – крикнул Анатолий Александрович. – Возьми себя в руки. Так нельзя. Посиди здесь, я скоро приду.

Закрыв глаза, женщина кивнула:

– Хорошо.

Медленно, словно в старом кино, перед ней пронеслась вся ее жизнь. Мама, папа, она. Сочи: вокруг высокие горы, а она весело плещется в огромном море. Переливаясь на солнце, брызги летят в разные стороны. Вокруг столько счастья! Затем Лозоватка: баба Мария, ее добрые глаза, коза Белочка. На улице дождь, грязь, а Лена вприпрыжку бегает по лужам и радостно кричит! Неожиданно Лена увидела маленький огонек зажигалки. В полутьме на нее смотрят встревоженные карие глаза. А потом смех: «Кто ж так на помощь зовет?» Это Гриша! Он кормит ее клубникой, впервые целует в губы, несет на руках завернутую в бушлат. Потом боль. Окутавшая, страшная, невыносимая. Кажется, ее нельзя пережить. И вдруг как солнечная вспышка. Наташка! У нее дочь! Маленькая, красивая, копия своего отца. Натка пошла в первый класс. Огромные белые банты закрывают полголовы. А она смеется! Дочка выросла. Наташа целует ее в щеку: «Я с Ритой еду в Бородянку, я к вечеру вернусь!» Улыбаясь, девочка захлопывает дверь. Темнота. Окровавленное лицо. На голове бинты.

– Натка! – Завыв, Лена испуганно поднялась.

Не оглядываясь, женщина быстро побежала по лестнице вверх. Остановившись возле двери реанимации, несколько раз дернула за ручку. Дверь была заперта.

– Пожалуйста, откройте, – с мольбой, прижавшись к стеклу, попросила Лена и постучала ладошкой. – У меня здесь дочь!

Открыв дверь, выглянула медсестра.

– Что случилось? – с тревогой всматриваясь в ее заплаканное лицо, спросила девушка.

– У меня здесь дочь, Наташа Бондаренко. Я уже два часа ничего не знаю о ней. Скажите, пожалуйста, как она?! – схватив сестричку за руки, попросила женщина. – Умоляю, скажите мне хоть что-то о ней!

Девушка растерянно опустила глаза:

– Я не имею права ничего говорить. Вашу дочку сейчас осматривают врачи. Подождите немного, я попрошу, чтобы после обхода они вышли к вам.

Лена испугалась еще больше:

– Осматривают? Ей хуже, скажите, хуже, да?

– Успокойтесь, нет. Состояние ее тяжелое, но стабильное. Ночью она спала. Сейчас врачи советуются о том, как ее перевозить в Киев. Понятно? – повысив голос, спросила молоденькая медсестра и, слегка улыбнувшись, добавила: – Только я вам ничего не говорила. А то меня будут ругать!

– Спасибо, – кивнув, ответила женщина и села на корточки возле стены.

Опустив взгляд, Лена бессмысленно смотрела в пол. В этот момент снизу послышались торопливые легкие шаги. Подняв глаза, она увидела Палладина. Подбежав к ней, Владимир наклонился и, подняв, крепко прижал к груди.

– Леночка, не волнуйся. Реанимобиль приехал со мной. Билоус вас уже ждет. Успокойся, все будет хорошо! – поддерживая ее за плечи, сказал он.

Растерянно глядя по сторонам, к ним подбежал Ищенко.

– Лена, как ты меня напугала! Смотрю, а тебя нет. Я подумал, что что-то произошло, – испуганно воскликнул он и посмотрел на Владимира. Палладина он знал хорошо. – Вы уже здесь! Ну слава богу! Вы Леночке сейчас очень нужны.

– Да, да! – Владимир суетливо закивал. – Не переживайте, я никуда не уйду. Наташенька всегда была и будет для меня родной! Спасибо вам, Анатолий Александрович. Спасибо, что не оставили моих девчат!

Пожав руку, он искренне поблагодарил Ищенко.

– Анатолий Александрович, езжайте домой, – чуть слышно сказала Лена.

– Хорошо. – Ищенко сдержанно улыбнулся. – Держитесь, ребята! Мы с вами.

Опустившись на стул, Лена рассказывала Владимиру о том, что произошло. Внимательно слушая ее, Палладин крепко сжимал ее руку.

– Бедная моя, – все время повторял он.

Неожиданно открылась дверь и из реанимации начали выходить врачи. Затем началась непонятная суета. Лена напряглась. Вскоре, загремев, открылись железные двери лифта. Поправив на голове косынку, на лестничную клетку не спеша вышла санитарка.

– Кого тут будут в Киев везти? – громко выкрикнула она.

Лена мгновенно поднялась. Подбежав к стеклянной двери, внимательно посмотрела в глазок и быстро отпрянула назад.

– Наверное, Натку везут, – взволнованно сказала она и, прижав руки к груди, не оборачиваясь, попятилась.

Подбежал Палладин, поддержал ее под руку.

Интуиция женщину не подвела. Открыв широкие двери реанимации, на каталке вывезли Натку. Укрытая теплым синим одеялом, девочка казалась мертвенно-бледной. На щеке и губе у нее запеклась кровь. Глаза ее были закрыты, – наверное, она спала. Не останавливаясь, девочку завезли в лифт. Крепко зажав ладонями рот, Лена изо всех сил старалась не закричать.