Темный огонь - Бренда Джойс

Да, так путешествовать Джейн еще не приходилось. Она сжала руку графа. И ощутила ответное пожатие.

Они уже приближались к цели поездки. Лицо графа было напряжено, и Джейн прекрасно понимала, что он волнуется, что с трудом справляется с нарастающим беспокойством. Она наклонилась к мужу и поцеловала его в щеку. Он коротко улыбнулся ей и крепче сжал ее руку. И тут же отвернулся и посмотрел в окно, стиснув зубы так, что на них захрустел песок.

– Мне очень жаль, что тебе приходится нелегко, Джейн, – сказал он. – Железная дорога к «Ди-Эм», конечно, скоро будет достроена, может быть, уже этой весной… но пока что единственная возможность добраться до ранчо моих родителей – это дилижанс или карета от Сан-Антонио.

– Все в порядке, – мягко откликнулась Джейн, положив обтянутую перчаткой руку на его пальцы. – По крайней мере, это новые впечатления, в особенности для детей. Да и страна эта прекрасна.

Страна действительно была прекрасной. Равнина, поросшая шалфеем, с купами мескитовых деревьев, расстилалась до самого горизонта, переливаясь зеленью и пурпуром. Вдали вырисовывалась горная гряда – на фоне самого синего в мире неба. Джейн никогда не ощущала себя такой маленькой и незначительной, как здесь, среди бесконечных просторов. Она словно превратилась в незаметную мошку на ладони Господа. В этих землях чувствовались сила и величие, они были огромны, бесконечны…

И ее муж был их частью.

– Подъезжаем к «Ди-Эм»! – провозгласил возница.

И тут же Джейн, Молли и Чед принялись выглядывать в окна кареты, стараясь поскорее увидеть ранчо Брэггов. Один лишь граф сидел неподвижно. Джейн почувствовала разочарование, когда обнаружила, что перед ней – маленький, но оживленный городок. Карета прокатила по широкой грязной улице, и Джейн заметила витрины магазинов в первых этажах зданий, садики и белые изгороди из штакетника. Потом они остановились перед небольшой лавкой. На вывеске, косо болтавшейся на двух цепочках, значилось: «Остановка дилижансов».

Джейн посмотрела на неподвижного, притихшего графа.

– Но ведь это не ранчо, это город?

Ник попытался улыбнуться, но не смог. Он невыразительно смотрел на Джейн. На его лбу выступила испарина.

– Рет говорил, что ранчо выросло. Ничего подобного тут не было, когда я уезжал в шестьдесят пятом.

Джейн была не на шутку встревожена его тоном и выражением его лица. Она схватила его за руку.

– Милый, все будет отлично!

Он посмотрел ей в глаза. Они лишь раз всерьез говорили об отношениях Ника с отцом, сразу после их примирения, около двух недель назад, и больше не возвращались к этой теме. Ник молчал, а Джейн не хотела и навязываться, боясь, что для Ника по-прежнему слишком тяжелы воспоминания. Но теперь она видела неприкрытую тревогу в глазах мужа, и ее сердце рванулось ему навстречу. Она погладила Ника по щеке. Дверца кареты открылась, Чед выскочил наружу.

– Милый, все будет прекрасно, вот увидишь!

Молли, держа на руках Николь, выбралась из кареты; Ни-коль отчаянно протестовала против окончания путешествия. Ник стиснул пальцы Джейн.

– Ты думаешь?.. – хрипло пробормотал он.

– Я уверена! – ответила она, однако внутри ее тоже все сжалось от страха.

А потом вдруг они услышали зычный голос:

– Ты часом не Чед Брэгг?

– Не совсем так, сэр, – пропищал Чед. – Я Чед Брэгг, лорд Шелтон.

– Лорд! Ну нет… поверить не могу!

– Но это правда! Спросите моего папу!

Внезапно Чед завизжал, и Джейн, выглянув в окно, увидела, что огромный мужчина благородной внешности, лет около шестидесяти, подбросил мальчика высоко в воздух.

– А я дед Брэгг! – рявкнул он.

– Дерек! Ты же напугаешь его до смерти! Поставь его на землю и познакомься как положено! – послышался встревоженный и любящий женский голос.

Джейн повернулась к мужу. Он все еще держался за ее руку и был таким бледным, каким Джейн никогда его прежде не видела.

– Они пришли, – просто сказала Джейн.

Граф глубоко вздохнул: – Я слышу.

Они не могли вечно сидеть в карете. Да Ник этого и не хотел. Просто его слишком переполняли чувства – такие, каких ему еще не приходилось испытывать, и он был не в силах двинуться с места. Он не видел своих родителей больше десяти лет. Его обуревала радость, он горел любовью к ним, но он и боялся. Это был сильный и горький страх. Потому что, несмотря на то, что он вернулся в свою семью, его мучил вопрос, который требовал разрешения, и немедленного. И тогда он узнает правду, которую так долго боялся знать.

Он пытался сказать себе, что все это давным-давно не имеет значения. Он давно уже не ребенок, он взрослый человек, у него есть Джейн, дети, Драгмор. Так что неважно, что он не сын Дереку. Неважно, что дети Дерека – лишь Рет и Сторм, и он любит их, а не его. Конечно, Ник знал, что Дерек всегда заботился о нем, но ведь не мог же он любить сына человека, изнасиловавшего его жену. Но, как бы ни объяснял себе все это Ник, проблема состояла в том, что сам-то Ник по-прежнему любил Дерека как отца, потому что только этот человек был отцом в его сердце.

Граф медленно вышел из кареты.

Дерек, казалось, ни на день не постарел после их прошлой встречи. Он был таким же высоким, как и Ник, и плечи у него были такими же широкими, если не шире. Ник подумал, что Дерек немного похудел и, похоже, стал чуть-чуть ниже ростом, но по-прежнему оставался необыкновенно сильным человеком. С обычной для него свободой и раскованностью (он никогда не скрывал своих чувств и мыслей, за что Миранда его постоянно бранила) он во все глаза уставился на изящную руку Джейн, затянутую в дорогую перчатку.

– Это что такое? – проревел он и зашелся хохотом, обнажив белые ровные зубы. Потом оглянулся на свою жену, державшую Чеда за руку, – маленькую, стройную, элегантную женщину чуть за пятьдесят. – Бог мой, Миранда, она тебе никого не напоминает?

Смущенная Джейн тоже посмотрела на Миранду.

Миранда шагнула к ней и пожала руку Джейн.

– Извини его, он просто вне себя от радости. Но он хотел сказать тебе комплимент. Я думаю, он просто сравнил тебя со мной, вспомнил, какой я была, когда приехала на границу.

Джейн сжала руку женщины, они обнялись. А через мгновение Джейн очутилась в медвежьих объятиях Дерека, и ее ноги оторвались от земли. Когда наконец Дерек поставил ее обратно, Джейн отчаянно покраснела.

Ник сдержанно усмехался. Дерек любил свою жену, и Джейн, напоминавшая Миранду в молодости, конечно же, вызвала у него взрыв чувств. Но тут Дерек посмотрел на Ника, и Ник замер.

Но Дерек замирать не собирался.

– Сынок!

Когда отец обнял его, Ник закрыл глаза, с трудом справляясь с совершенно детским желанием расплакаться. Наконец Дерек отпустил его.