Невеста графа - Кэтрин Спэнсер

4 ноября, восемь часов вечера

В первый раз за всю их совместную жизнь Харви приехал в ресторан раньше жены и занял их любимый столик в углу зала. Диана оставила шаль у жизнерадостной гардеробщицы, улыбнулась милой беременной женщине, сидевшей в мягком кресле у входа, и устремилась к столику, где ожидал ее Харви. На столе в изящной вазе уже стояли двадцать восемь алых роз в честь ее двадцать восьмого дня рождения, а рядом лежала красиво упакованная коробочка.

— Я опоздала? — спросила Диана.

Харви встал, и она подставила щеку для поцелуя.

— Нет, это я пришел раньше времени. — Как истинный джентльмен, он подождал, когда его дама устроится, и только тогда сам сел напротив.

— Неужели никаких срочных вызовов? — улыбнулась Диана, радуясь, что они наконец-то вдвоем.

Все же Харви приложил усилие и не заставил себя ждать в ее день рождения. Он так часто в последнее время вскакивал и исчезал посреди ужина, или похода в театр, или даже секса. Так часто казался таким далеким, чужим, погруженным в собственные мысли. Иногда случалось, что он оставался ночевать в комнате для гостей, боясь нарушить ее сон, когда возвращался под утро.

Видимо, это была цена, которую должна платить жена такого талантливого кардиохирурга.

— Не сегодня, — ответил Харви. — Эд Джонсон меня прикроет. — Он вытащил из ведерка охлажденное шампанское, наполнил их бокалы и произнес тост: — С днем рождения, Диана!

— Спасибо, милый.

Шампанское было восхитительным. А ведь не так давно они могли позволить себе лишь самое дешевое красное вино и домашние спагетти. Сейчас на столе красными были только розы, и никто не посмел бы назвать их дешевыми.

Диана приподнялась и наклонилась к букету, чтобы вдохнуть сладкий аромат.

— Это для меня, да? — соблазнительно улыбнулась она, взглянув на мужа.

— И не только это. — Харви пододвинул к ней аккуратно завернутую коробочку. — Открой, прежде чем сделаешь заказ. Думаю, тебе понравится.

Как может не понравиться браслет из платины, бриллиантов и сапфиров! Не найдя подходящих слов от восторга, Диана поворачивала руку и так и сяк, чтобы посмотреть, как переливаются на свету драгоценные камни.

— Такой красивой вещи я еще в жизни своей не видела, — пробормотала она, когда к ней вернулся дар речи. — О, Харви, ты перешел всякие границы в этом году. Теперь я должна подарить тебе что-нибудь достойное на твой день рождения.

— Глупости, — улыбнулся он и протянул ей меню. — Что закажешь?

— Я разрываюсь между бараниной и лобстером.

— Бери лобстера, — посоветовал он. — Это же твое любимое блюдо.

— Хорошо. И еще, наверное, салат для начала.

Харви подозвал официанта, который ждал неподалеку.

— Моя жена заказывает овощной салат и лобстера.

— А вы, сэр? — почтительно спросил официант. Харви медленно покрутил в руках бокал с шампанским и лишь спустя секунду сказал:

— Мне достаточно шампанского, спасибо.

— Ты не будешь есть? — удивленно уставилась на него Диана. — Почему, дорогой? Ты себя плохо чувствуешь?

— Никогда еще не чувствовал себя лучше, чем сейчас, — заверил ее Харви. Затем достал из кармана кредитку и протянул Диане. — Дело в том, что я ухожу.

Диана не могла понять, почему по ее спине пробежал холодок. Но вся радость от этого вечера в момент испарилась.

Старательно делая вид, будто не понимает, о чем речь, Диана спросила:

— Ты хочешь сказать, что возвращаешься в больницу? Но я думала, ты…

— Нет. Я ухожу от тебя.

— Уходишь от меня… куда?

— Я разрываю наш брак.

О боже! Оказывается, это такая оригинальная шутка.

Диана рассмеялась:

— Здорово, Харви! Я практически тебе поверила.

На его лице не было ни тени улыбки. Он только с сожалением смотрел на нее.

— Я не шучу. И прежде чем ты начнешь задавать вопросы, я хочу кое-что тебе сказать. Я встретил…

— Другую женщину? — она издалека услышала свой голос.

— Ну, ясно, что не другого мужчину!

— Понимаю. — Очень аккуратно, чтобы не пролить ни капли, Диана поставила бокал с шампанским на стол. — Эта женщина… и как долго ты с ней…

— Уже некоторое время.

Когда Диане было шесть лет, она упала в бассейн и, если бы не ее отец, наверняка бы утонула. Но она до сих пор помнила то чувство, когда понимаешь, что тебе не хватает воздуха и страх парализует все тело. Двадцать два года спустя ее охватило то же чувство.

Она была готова ухватиться за любой шанс и поэтому пробормотала:

— Но у вас это не может затянуться надолго. Тебе вскоре надоест эта связь… А я не буду на тебя обижаться, все забудется… Я обещаю! Мы соберем наш брак по кусочкам и начнем все заново.

Так обычно поступают женатые люди, когда сталкиваются… с трудностями.

Харви взял ее за руки и слегка встряхнул.

— Послушай меня, Диана. Это не простое увлечение. Рита и я безумно влюблены друг в друга. Я связываю с ней свое будущее.

— Нет! — Диана напряглась, стараясь высвободить руки. Тон мужа, которым он обычно объявлял своим пациентам диагноз, сводил ее с ума. — Ты любишь меня! Ты говорил это сотни раз.

— Но не в последнее время.

— Мне плевать! — Она больше не могла контролировать свои эмоции. — Я не позволю тебе разрушить то, что мы так долго создавали! Я заслуживаю лучшего… мы оба заслуживаем.

Харви отпустил ее руки и резко выпрямился, словно желая отдалиться от нее как можно дальше.

— Прекрати, не закатывай истерику, — шикнул он.

Она замолчала, еле сдерживая рыдания, подступившие к горлу.

— Тогда к чему все это? Шампанское, розы?

— Сегодня твой день рождения, — пожал плечами Харви. — Ты же знаешь, что я очень тепло отношусь к тебе. Мне хотелось подарить тебе что-нибудь значимое, чтобы это событие запомнилось.

— И именно в этот день заявить, что наш брак не удался, конечно, тоже входило в твои планы!

Харви покачал головой.

— Перестань, Диана. Не могу поверить, что ты так сильно удивлена. В последнее время наши отношения были не те, что прежде. Что-то угасло между нами.

— Нет. Я чувствовала перемену только в тебе. Но я думала, что это из-за напряженной работы в больнице. — Диана взглянула на розы, на браслет, на обручальное кольцо и, наконец, на мужчину, с которым прожила восемь лет. Она снова рассмеялась, если этот жалкий писк, сорвавшийся с ее губ, вообще можно назвать смехом. — Не зря обычно говорят, что жена все узнает последней.