Нерешительный поклонник - Кэтлин Вудивисс

– Так вот как ты отплатил мне за то, что пытался тебе помочь! Негодяй! Подлый вор! Украл добродетель моей дочери за моей же спиной! Да я тебе все кишки выпущу!

– Папа, мы поженились! – выпалила Адриана.

– Ч-что? – недоуменно пробормотал Джайлз.

– Сегодня вечером нас обвенчал отец Гая Далтона. Сам архиепископ выдал лицензию на брак.

– Но… но почему вы не могли подождать… обвенчаться в церкви…

– На карету Колтона напали. Ему выстрелили в спину. Мы хотели быть вместе, и поэтому… Папа, свидетелями были Саманта, Перси, лорд Харкорт и доктор Крофт, так что все совершенно законно.

Джайлз, спотыкаясь, отступил, вытер со лба пот, все еще не в силах поверить происходящему.

– Вам следовало бы пожениться в церкви, в присутствии обеих семей, – упрямо твердил он.

– Но какая теперь разница? Преподобный Далтон велел нам подписать все документы. Он может подтвердить, что все сделано по правилам.

– Это моя вина, – вмешался Колтон, пытаясь утихомирить тестя, ибо понимал, что в подобных обстоятельствах разгневался бы не меньше. – Я боялся потерять вашу дочь, сэр, и не хотел рисковать. Это я уговорил ее стать моей женой сегодня.

– А сэр Гай все устроил, – вторила Адриана, умоляюще глядя на отца. – Пойми, папа, я тоже не желала ждать. Потому что люблю Колтона и хочу быть с ним до конца жизни.

Джайлз откашлялся и глянул на облегченно улыбающуюся жену.

– Ну, что скажешь, дорогая?

– Думаю, что они действительно женаты и нам остается только… пожелать им спокойной ночи.

Джайлз немного смутился, вспоминая, какими эпитетами награждал своего зятя.

– Ты, права, дорогая… только, к сожалению, мы уже успели разбудить весь дом.

– А где же вы были до сих пор, папа? – удивилась Адриана. – Мы послали сэра Гая, передать, что возвращаемся домой обработать рану Колтона. Почему же вы сразу не приехали?

– Мне было сказано, что ты уехала с Самантой и Перси, и я… предположил, что ты снова расстроилась из-за Роджера, – проворчал отец. – Но тут Алистер вывихнул ногу, и пришлось посылать за врачом. Тилли боялась перелома. Но ее доктора не было дома, а пока искали другого, прошло много времени.

Он задумчиво погладил подбородок и вдруг вскрикнул:

– Кажется, понимаю! Ведь это Алистер говорил с сэром Гаем! Похоже он просто притворялся, чтобы подольше задержать нас! Эти двое сговорились! Нехорошо… нехорошо, особенно со стороны Алистера!

– Пойдем, дорогой, – нежно позвала Кристина. – Придумываешь бог знает что о бедном Алистере! Его нога действительно распухла, и вряд ли он повредил ее только для того, чтобы сбить тебя с толку! А теперь дай Адриане и Колтону немного поспать! Бедняжки, они, должно быть, перепугались до смерти!

Смех, донесшийся с кровати, немедленно опроверг ее слова.

– По-моему, дорогая, они вовсе не так уж боятся.

Кристина, улыбнувшись, взяла его под руку.

– Вспомни, каким бесстыдником ты был в молодости, дорогой! И как часто мне приходилось бить тебя по рукам, чтобы охладить твой пыл до свадьбы!

Его рука властно легла на ее попку.

– У тебя и сейчас самый миленький задик, который мне когда-либо приходилось видеть, дорогая.

Заметив знакомую плотоядную улыбку на красивом лице мужа, Кристина шутливо нахмурилась.

– Надеюсь, он же и единственный, который тебе приходилось видеть за все эти годы, иначе я задушу тебя собственными руками! Есть вещи, которые я ни с кем не желаю делить, и одна из них – ты.

Утренний свет, пробившийся сквозь тюлевые занавеси, упал на постель. Колтон лениво приоткрыл глаза. Если не считать боли, снова напомнившей о ране в спине, он чувствовал себя куда более отдохнувшим и спокойным, чем за три предыдущих месяца. И всему причиной сегодняшняя божественная ночь! Трудно поверить, чтобы невинная девушка могла с таким пылом отвечать на ласки! Но она сгорала в пламени любви и увлекала его за собой.

Колтон, усмехаясь, слегка повернул голову и пригладил волосы. Какое счастье, что он жив… и наконец женат!

Его жена с готовностью отвечала на каждое его прикосновение. За холостяцкие годы Колтону в голову не приходило, что жена оседлает его в первую же ночь! Совсем недавно он думал, что не может любить ее еще больше, чем уже любит, но то, что испытывал теперь, свидетельствовало: дороже этой женщины для него на свете ничего нет!

Откинув длинную темную прядь волос, он нежно поцеловал Адриану в лоб, коснулся мягкой груди и сжал сосок.

– Пора просыпаться, моя милая соня!

Адриана недовольно покачала головой и теснее прижалась к мужу.

– Нельзя ли остаться здесь навсегда?

– Мне нужна ванна, и тебе придется меня искупать. Если, разумеется, не хочешь, чтобы я ослушался приказа доктора!

– Я еще ни разу не купала мужчину, – промямлила она. – Даже не знаю, с чего начать…

– А откуда ты хочешь начать? – поинтересовался он.

Адриана широко открыла глаза, но не посмела ответить из страха, что он посчитает ее бесстыдной.

– Если хочешь, я мог бы кое-что предложить, – объявил Колтон.

Адриана поежилась под его горящим взором.

– Что именно, сэр?

Он сжал ее руку и потянул вниз, к восставшей плоти.

– Вот это нуждается в серьезном внимании.

– До или после ванны?

– До, разумеется. Мне не терпится снова испробовать тебя на вкус.

– Ты ненасытен, – шутливо упрекнула она.

– Потому что изголодался по вас, дорогая, – выдохнул он, проводя губами по ее щеке. – Кстати, никто не говорил, что у вас очень милый задик?

– Никогда.

– Похоже, вы не меньше меня наслаждаетесь восторгами брачного ложа, мадам. Нет ничего приятнее этого маленького рая, – прошептал он, входя в нее. Адриана со вздохом сдалась. Странно, как быстро он пробудил в ней сладострастие, ведь всего минуту назад она так хотела спать!

Немало времени прошло, прежде чем в спальню внесли маленькую медную ванну, и Адриана принялась мыться под восхищенным взглядом мужа. Глаза Колтона вбирали каждую деталь, ничего не упуская. Скинув пеньюар, она опустилась с теплую душистую воду и стала намыливаться. Колтон по-прежнему не сводил с нее глаз, и Адриана, краснея, попросила его отвернуться, на что муж ответил откровенно похотливой улыбкой.

– Ни за что, дорогая. Я хочу узнать о тебе все, особенно о тех местечках, которые ты упорно желаешь спрятать. Повторяю, между женатой парой нет ничего запретного. Все, что у меня есть, – твое, но и ты моя. По-моему, это вполне справедливо.

Адриана, согласно кивнув, забыла о стыдливости, смело поднялась из воды, опрокинула на себя несколько кувшинов воды, чтобы смыть мыло, после чего ступила на большое, разостланное на полу полотенце и стала вытираться. Умастив тело духами, она надела панталоны, чулки и сорочку, лиф которой оставила не застегнутым по просьбе своего красавца мужа. Поверх сорочки она накинула легкий батистовый пеньюар, но Колтон попросил не стягивать его на груди.