Разожги мой огонь - Татьяна Май

Хмыкнул, отстранился чуть, — но не так, чтоб освободиться смогла, — руку мою схватил, всмотрелся.

— Хм, метка Огня Изначального должна была исчезнуть, а вот тут, — коснулся плеча, — сумрачная отметина появиться. — Выходит, не моя ты суженая, — вздохнул, но вот сожаления на лице его не отыскала. Можно подумать, и впрямь обрадовался.

— А я что говорила!

— Да если каждой девице на слово верить… — протянул Морок насмешливо.

— Метелице-то, поди, сразу поверил! Она ведь тебя надоумила?

Нахмурился, будто вспомнив о чем, но хотя бы отпустил меня наконец.

Едва свободу обрела, размахнулась да закатила охранителю сумрака оплеуху. Звук под сводами отозвался, а отпечаток пальцев моих ярким цветом на смуглой коже Морока расцвел.

— Виноват, признаю, — улыбнулся наглец. — Перед хозяином вулкана, опять же, неудобно вышло.

— Обратно меня верни, — велела, — к Редрику.

— За этим дело не станет. — Морок ближе подошел, руки раскинул, опять намереваясь меня в объятия заключить.

Отошла на шаг.

— Так неси. У тьмы руки длинные.

Усмехнулся.

— Это ты, Мелисса, хорошо сказала, потому как…

Договорить не успел — чертог его сумрачный до основания, казалось, сотрясся. Громыхнуло так, словно сотни сотен гроз в одно место ударили.

— Морок!!! — раздалось вслед за тем. Сердце застучало быстрее, когда голос Редрика услышала.

— А вот и супруг твой пожаловал, — подняв палец вверх, на котором кольцо с рубином алым полыхнуло, произнес Морок. — Да не один.

— Так чего ждешь?

Морок хмыкнул, рукой повел, из-под ладоней его поплыла ко мне тьма, обняла мягко. И понять ничего не успела, а уж через миг в зале стояла, где Редрик с Лютом решали, как лучше дальше поступить.

— Лисса! — хозяин вулкана меня враз приметил.

— Редрик!

Бросились друг к другу. Упала на грудь Редрика, крепко-крепко прижалась, вдохнула аромат смолы да тлеющих угольев. И вмиг сердце успокоилось.

— Обидел он тебя? — проговорил Редрик мне в волосы, а сам с такой силой обнимал, что захоти кто разлучить нас — не выйдет.

— Нет, Редрик. Нет. — Про поцелуй не стала говорить. Морок за то уже получил.

— Ты, Морок, недостойно поступил, — услышала голос Люта. Отняла лицо от груди Редрика, он, однако ж, из объятий меня не выпустил.

— Вот именно — я. А слуг-то моих почто мучаете? — лениво протянул охранитель сумрака.

В кольце огня посреди зала тени метались да мышь летучая — дух Морока — крыльями трепетала.

— Хозяин! — дух заверещал. — Пришли к нам, и давай свои порядки наводить! Это где же такое видано!

— Тише, Ворчун, тише. Недоразумение произошло. Девица твоя, Редрик, не моей оказалась, — криво усмехнулся. Приложил ладонь к груди. — Моя ошибка. Виноват. Умыкнуть ее пришлось, ведь иначе-то невозможно было проверить.

Редрик меня отпустил, руки в кулаки сжал.

— За ошибку и оскорбление отвечать придется.

— Иной раз с какой девицей поближе познакомишься, так решишь, что и одному не так уж плохо, — задумчиво Морок проговорил, будто не слыша. — А твоя супруга больно горяча.

Редрик зубы сжал, в один миг рядом с Мороком очутился, обрушил на него удар своего кулака пудового. Морок уклонился, да недостаточно ловко, прошелся удар вскользь, но все ж ощутимо. А Редрик позволил пламени соскользнуть с пальцев. Но Морок не так прост был — ускользнул, растворился в тумане, а облако тьмы Редрика накрыло. Он его огненными всполохами разогнал.

Морок уж в дальнем конце зала появился и плотный кокон густой тьмы на Редрика наслал. У хозяина вулкана из-под пальцев словно лава потекла, огненным валом прошлась по тьме, что Морок напустил, выжгла ее. Никогда такого яркого пламени не видела, да и в самом зале нестерпимо жарко стало.

Лют, сложив руки на груди, наблюдал за Редриком и Мороком.

— Вмешаться, может? — спросила его.

— Не стоит, — сказал. — Редрик так точно не рад такому будет. Дай им, Мелисса, пар выпустить.

— Какое вмешаться, ты что говоришь, девица! — возмутился голос позади. — Хозяин мой за то тебя не поблагодарит, уж можешь мне поверить.

Обернулась, чтоб увидеть, как тени и мышь летучая с интересом за сражением следят. Кольцо огня, в котором они заключены были, Редрик погасил, и теперь слуги и Ворчун поодаль за происходящим наблюдали.

— Развлечение это для вас, выходит?

Тени вдоль стены заметались.

— А то как же! — охотно Ворчун подтвердил. — Давно такой потехи не было!

Головой покачала и снова на Редрика и Морока взгляд обратила. Охранитель сумрака все новые тени на Редрика насылал. Хозяин вулкана в долгу не оставался. Метались по залу черные да огненные сполохи. Снова и снова. Снова и снова…

Потеряла счет времени, уже ногой в нетерпении притоптывала. Лют к стене прислонился и без прежнего интереса изредка взгляд на Морока и Редрика бросал. А сам забавлялся тем, что высекал пальцами искорки, да пускал их в стену. Они, ударяясь, причудливый узор на стене рисовали.

Только Ворчун да слуги Морока были потехе рады.

— Ну все, хватит!

— Всю забаву ты, девица, испортишь! — проворчала летучая мышь вдогонку. — Вот всегда с вами так! Потому-то хозяин и не торопится суженую искать!

Вышла в середину зала, встала меж Мороком и Редриком, сложила руки на груди.

— Ежели вы хотите еще седьмицу отношения выяснять, это и без меня можно. А я устала.

Столкнулись черные да ярко-рыжие сполохи, разлетелись. Замерли и Редрик, и Морок.

— Ну вот, а я только-только во вкус вошел, — хмыкнул охранитель сумрака, глядя на оседающий под ногами угольно-алый туман.

— Хвастун. — Редрик на Морока волком смотрел.