Разожги мой огонь - Татьяна Май

Хотела было Редрика позвать, но острая боль помешала — от ног поднялся и разлился по телу холод, словно ледяными руками кто обнял и по затылку студеными пальцами провел. Тело будто чужим стало. Упала бы, да Морок подхватил. Почувствовала, как несет куда-то, но не по Матери-Земле, а по воздуху, а вокруг тьма сгущается. Разглядела сквозь туман белое хищное лицо охранительницы снегов.

— Вея, Вея, — недовольно попенял Морок усмехающейся Метелице. — Твоя грубость излишня.

— Прости, Морок, не удержалась, — захохотала звонко. — Хотела Мелиссе показать, на что укус моей Снежи способен.

Последним, что увидела, была оскалившая зубки ласка Метелицы, сидевшая на плече охранительницы снегов. В следующий миг все в белой мгле потонуло.

Холод сковал тело злыми кандалами, подобрался к самому сердцу, только и успела прошептать:

— Редрик…

Глава 36

— Лисса! — Редрик так громко супругу позвал, что голос под сводами зала эхом разгулялся, разошелся в восковом мареве. Сердце зашлось стуком.

Не зря, ох не зря Морок на Лиссу взгляды свои бросал. И ведь подсказывало сердце, что не запросто так, да не прислушался. Дурень! Сейчас-то ясно намерения Морока разгадал. Воспользовался негодяй своей силой, чтоб Лиссу умыкнуть.

— Огневик! — позвал духа. Рванул было Редрик в сторону, туда, где двери в яблоневый сад вели, и только чудом от лезвия клинка уклонился, которое совсем рядом со свистом воздух рассекло. Редрик поспешно руками повел, приказывая огню вспыхнуть, разогнать белесый туман. — Снова ты! — произнес досадливо, Арвира увидев. Тот, оскалившись да лезвие меча перед собой выставив, наступал. Редрик, как морозный узор на лезвии приметил, смекнул, кто к тому причастен. Только сейчас почувствовал, что в зале холодком веет, и это в средине лета. Выходит, и тут без Метелицы не обошлось. Обещала отомстить и слово свое сдержала.

— Вот и встретились, — меч воздух рассек, — теперь-то на равных будем. Как тебе такое? А? — выкрикивал Арвир, красуясь с мечом. — Что молчишь? Сказать нечего?

— Мы и до того с тобой на равных были. А ежели позабыл, повторю: не нужна мне сила хозяина вулкана, чтоб тебя одолеть, — отозвался Редрик, Арвира обходя. Кружили теперь с ювелиром напротив друг друга. Тот только знай мечом помахивал, чтоб искры морозные сыпались. — Огневик, не смей! — приказал Редрик, приметив духа, что к Арвиру сзади крался.

Арвир поспешно крутанулся, опустил меч, но дух в сторону отскочил, затрещал недовольно. Меч по полу ударил, а там, где его лезвие коснулось, трещина в камне побежала.

— Да как же так, хозяин, они хозяйку нашу умыкнули, туману напустили, а теперь этот тут мечом размахивает, словно так и надо! — вспыхнул дух.

— За Лютом ступай, глядишь, не успел далеко улететь, — велел Редрик, не отводя от Арвира взгляда.

Огневик кивнул и бросился в туман, что еще осесть не успел. Редрик знал, что Люта дух отыщет. Праздники потому у хозяина вулкана и проводились, что он лишен был силы полета, в отличие от остальных охранителей.

— Что, струсил? — презрительно Арвир бросил. — На помощь зовешь?

— Ты не треплись, храбрец, а ежели хочешь драки — так давай. Некогда мне на тебя время тратить.

— Это ты хорошо сказал, — похвалил Арвир и скакнул вперед.

Огневик метнулся было в дальний конец зала, откуда самый короткий путь к выходу вел, да наперерез ему ласка Метелицы выскочила, ощерила острые зубы.

— А ну брысь, душегрейка шерстяная! Вот я тебе! — погрозил Огневик кулаком ласке.

Пролетел совсем рядом морозный вихрь, замер у трона.

— Не торопись, дух, побудь с нами, глядишь, и приказ выполнять не придется. Отдохни да посмотри на того, кто скоро хозяином твоим новым станет. — Охранительница снегов в вихре осыпавшихся снежинок возникла.

— Не бывать тому! — Огневик ласку по носу щелкнул, едва та к нему сунулась. Зверек зашипел, отскочил, но только лишь на миг.

— Давай, Снежа, покажи, что лед завсегда огонь победить сможет! — подначила Метелица.

Ласка тряхнула головой и с новыми силами на духа бросилась. Извернулась, клацнула зубами, стараясь Огневика за яркий бок ухватить. На излете прихватила-таки, у духа вмиг огненный бок обледенел.

— Вот я тебе, того-самого! — разозлился Огневик, вспыхнул всеми искорками разом, посыпался лед на пол, рванулось вверх пламя с прежней силой.

Ласка уже к новому прыжку изготовилась, размахивала пушистым белым хвостом. Но Огневик не стал ждать, покуда она опять его схватит. Послал в ласку залп огня, такой, что шкурка у зверька занялась. Ласка заверещала, закаталась по полу, пытаясь пламя потушить.

— Ах ты, маленький проныра! — разозлилась Метелица, закручивая меж ладоней морозную вьюгу.

— Проныра, того-самого, ласка ваша, а я дух огня! — протрещал Огневик и дал деру.

Взмахнула Вея руками, отпустила буран на свободу вдогонку духу. Да только Огневик шустрее оказался — рванул из зала огненным шаром, и был таков. Залп морозный вылетел в раскрытое окно, да там и сгинул.

— Снежа! А ну давай за ним! — велела Метелица.

Обгоревшая ласка пискнула недовольно, но ослушаться свою хозяйку не посмела — хромая на переднюю лапу, выскочила из зала. Метелица, недовольно губы поджав и нахмурившись, окуталась морозным сиянием и исчезла, чтоб через миг возникнуть там, где Редрик и Арвир не на жизнь, а на смерть сцепились.

Редрик злился. На себя. Все мысли только о Лиссе были. Не сохранил. Не уберег. Не защитил. А ведь обещание давал! И сон-предупреждение ему послан был! А он что? Разомлел, решил, что вот оно счастье, в руках уже, и никуда не денется. А