30 закатов, чтобы полюбить тебя - Мерседес Рон

– Вообще нет.

Совру, если скажу, что не почувствовал разочарования. Более того, я даже понятия не имел, о чем разговаривать с одиннадцатилетней девочкой… Разговор о машинах мог бы скрасить нам время на обратном пути.

Я закрыл багажник, и мы сели в машину. Она осматривалась вокруг, анализируя все. Я завел машину, и мы выехали на шоссе.

– Через несколько дней ты пойдешь в школу, – сообщил я после нескольких минут молчания. – Твой дедушка передал тебе, о чем мы с ним разговаривали?

Лилия не стала отводить взгляд от окна, когда ответила мне:

– Тебе одобрили одноместную комнату? – тихо спросила она меня.

– Да, – ответил я. – Мне пришлось сделать довольно крупное пожертвование, но в конце концов они все же согласились.

Она повернулась ко мне.

– Поэтому моя мама влюбилась в тебя? Потому что у тебя много денег?

– Лилия… мы с твоей мамой были очень молоды, когда впервые встретились…

– Мой дедушка говорит, что она безумно любила тебя, но ты ее бросил.

– Как я тебе уже сказал, мы были молоды. Я учился в колледже, твоя мама была хорошей девушкой, но мы виделись всего несколько раз.

– И от тебя забеременела девушка, с которой ты виделся всего несколько раз?

Я не отрывал глаз от дороги, когда ответить ей:

– Это была случайность.

– Я была случайностью?

– Я не это имел в виду. Просто иногда рождаются дети, которых пара не ожидала. Мы не ожидали тебя, потому что… Ну, мы были еще очень молоды и не совсем понимали, что делаем.

– Почему моя мама никогда не рассказывала мне о тебе?

Вот тут я, кстати, вообще без понятия.

– Скорее всего… она думала, что мне это будет не по силам. В какой-то мере я ее понимаю, но она была неправа. Ей нужно было сказать мне.

– Ты бы женился на ней, если бы знал?

«Господи, у нас не было бы этого разговора, если бы Нейт сидел на соседнем сиденье».

– Я бы позаботился о тебе, Лилия, – сказал я, на секунду взглянув на нее.

Она казалась безумно сосредоточенной на моих словах.

– Моя мама, да и, в общем-то, все остальные зовут меня Лили. – сказала девочка.

– Хочешь, чтобы я звал тебя Лили?

Ей даже секунды не потребовалось, чтобы ответить мне:

– Нет, – сказала она, глядя прямо перед собой, – ты зови меня Лилией.

Категоричность, с которой она заявила это, дала мне понять, что я не принадлежу к ее близкому кругу. Я не стал принимать это близко к сердцу, потому что, в конце концов, мы даже не были знакомы.

Когда мы почти доехали до Примроуз-Хилл, она заговорила снова. Ее голос дрожал, когда она произносила каждое слово.

– Если бы ты знал… – в этот момент я остановился на красный свет и, повернувшись к ней, увидел, что ее нижняя губа немного дрожит. – Если бы ты знал, что она больна, ты бы ей помог? Ты бы заплатил за ее лечение?

Я почувствовал, как мое сердце разорвалось на части, услышав боль в ее голосе.

– Я бы продал все, что у меня есть, чтобы спасти ее.

Лилия вытерла слезы правой рукой и молча кивнула.

Я продолжал ехать, пока мы не добрались до моего дома, затем остановил машину у подъезда и указал на улицу.

– Я живу здесь.

Она наклонилась, чтобы охватить взглядом дом. Мы вышли, я взял ее вещи, и мы вместе прошли через ворота. Мы поднялись по ступенькам, и я открыл дверь, чтобы пропустить ее.

Мой самый большой страх только что стал явью. Я, бесчувственный, серьезный, тот, кто ненавидел детей, потому что не мог их понять, тот, кто любил одиночество и домашнюю тишину, тот, кто поклялся себе, что никогда не станет отцом…

Я заметил, как Лилия вошла в дом и огляделась.

– Ты не проводишь здесь много времени, да? – спросила девочка, поворачиваясь ко мне.

Я поколебался, прежде чем ответить.

– Мне приходится много путешествовать по работе.

Лилия молча кивнула.

– Когда ты будешь путешествовать, я буду ночевать в школе? – поинтересовалась она.

Я увидел, что она дрожит, и поспешил подойти к термостату, который стоял у двери и включил отопление. Несмотря на то, что на дворе был еще только сентябрь, в Лондоне уже было довольно-таки прохладно.

– Ты будешь там в течение всего учебного года, а на каникулы будешь приезжать домой.

Лилия снова молча задумчиво кивнула.

– В таком случае, мне лучше не распаковывать свои вещи. Учеба начнется через несколько дней, так?

Я кивнул, и малая часть меня почувствовала укол вины за то, что так скоро отправляю ее в школу. Я даже не собирался провести с ней немного времени вместе или дать несколько дней, чтобы она смогла привыкнуть к переменам. Но именно этого я боялся больше всего: проводить с ней время.

Она ни в чем не будет нуждаться. Я поклялся себе в этом с того момента, как узнал о ее существовании, но я не был отцом.

– Я скажу Ханне, чтобы она проводила тебя в твою комнату. Она присмотрит за тобой и накормит тебя всем, что тебе захочется, – объяснил я как раз тогда, когда, вытирая руки о фартук, в комнате появилась служанка.

– Мистер Ленокс! Мисс Ленокс! – поздоровалась Ханна, широко улыбаясь.

Именно она распространяла радость в этом месте. Ханна воспитывала меня в детстве, и, когда я попросил ее поехать вместе со мной в Примроуз-Хилл, она согласилась, не раздумывая.

Лилия повернулась к ней и с ее губ слетела легкая улыбка. Я прекрасно понимал ее. Ханна всегда оказывала такое влияние на людей. Она была похожа на мультяшного персонажа: у нее было несколько лишних килограммов, маленькие глаза и радостная улыбка. Ей было уже за пятьдесят, но это никак не сказывалось на ее безупречном выполнении работы.

– Здравствуйте, – поприветствовала ее Лилия.

– Не желаете чего-нибудь перекусить, мистер Ленокс?

Я увидел, что девочка подняла взгляд, словно прося о моем разрешении.

– Уверен, что Лилия проголодалась. Отведи ее на кухню и приготовь для нее все, что она захочет. Я перекушу в кабинете.

Ханна улыбнулась, хотя и посмотрела на меня как-то странно.

Я попрощался с ними обеими и ушел в кабинет, сел в свое кожаное кресло, которое располагалось за массивным столом из тикового дерева, и включил компьютер.

В центре появилось уведомление, что, надо признать, меня порядком удивило. Каждая буква была разного шрифта и размера, тем самым имитируя вырезку из журнала. На экране высветилась всего одна фраза:

Ты тРуП, ЛенОКс.