30 закатов, чтобы полюбить тебя - Мерседес Рон

Оглядываясь назад, я вполне могу понять обе стороны. Мы были влюблены, и в то же время еще недостаточно хорошо знали друг друга, мы все еще были незнакомцами. Мы не знали, кем были за пределами того пузыря, в котором оказались с того самого момента, как впервые встретились.

Я не знала, кем был Александр Ленокс. Мне ничего не было известно ни о его жизни, ни о семье, ни о его прошлом. Я не знала о его страхах, сомнениях, вкусах или даже о его худших кошмарах. Несмотря на то, что он выяснил все о моих родителях, он видел только веселую, задорную, любящую и смеющуюся Никки. Я показала ему немного страха и неуверенности, но с тех пор, как мы встретились, прошло всего тридцать дней.

Некоторые говорят, что мы можем влюбиться в другого человека, просто взглянув на него. Другие верят во вторые половинки, в родственные души или даже в красную нить, которая связывает двух людей и приводит их к встрече… Я понятия не имела, был ли Алекс любовью всей моей жизни. В то время мне было известно только то, что я влюбилась, и в самый уязвимый момент на меня вылили ведро ледяной воды. Я все еще пыталась усвоить все то, что только что узнала благодаря ему.

С моей стороны было довольно эгоистично так разозлиться на него. Я поступила неправильно, отвергнув его подобным образом и возложив на него всю ответственность за свои чувства. Я винила Алекса в том, что он сорвал повязку с моих глаз, поскольку она обеспечивала мне безопасность и мирное детство, вдали от всего, что могло навредить мне. Пускай даже что я всю жизнь росла, полная сомнений, страхов и неуверенности…

Мы собрали вещи, упаковали чемоданы и попросили водителя отвезти меня в порт Санур. Никто из нас не проронил ни слова. Я была зла и обижена, и по мере того, как мы приближались к месту назначения, начала замечать, что мое желание плакать лишь усиливалось.

Прежде чем мы приехали, мне пришлось вытереть несколько слезинок рукой и попытаться успокоиться. Всю дорогу так и не переставала повторять себе, что мне нужно дышать и что скоро я буду дома.

Когда машина остановилась у здания на берегу моря, где мне нужно было купить билет, я подумала, что Алекс не выйдет из машины, но он это сделал. Он помог мне забрать чемодан, попросил водителя подождать его и проводил меня до порта. Алекс заплатил за мой билет, несмотря на то, что я настаивала на том, чтобы он этого не делал. Дойдя до места, дальше которого он уже пройти не мог, нам обоим пришлось столкнуться с реальностью. Настало время прощаться.

Пришло время положить конец месяцу, полному прекрасных и захватывающих моментов. Мне нужно было попрощаться с человеком, из-за которого мое сердце уже начало обливаться кровью, хотя мы еще даже не расстались.

– Никки, мне это не нравится, – тихо признался Алекс.

Он поднял мой подбородок, чтобы заставить меня посмотреть ему в глаза.

– Мы оба знали, что этот момент наступит, – сказала я, пожимая плечами в попытке притвориться, будто мне все равно, и все в порядке.

В глазах Алекса я увидела глубокую боль, которую он не пытался скрыть.

– Мне бы хотелось не уезжать и остаться еще ненадолго, чтобы прояснить ситуацию и помочь тебе понять…

– Алекс, мне не нужна твоя помощь, – серьезно сказала я. – Мне и так хорошо.

Но нижняя губа у меня дрожала, и я ничего не могла с этим сделать. Алекс проигнорировал то, какой холодной я была последние несколько часов, притянул меня к себе и заключил в свои объятия.

– Ты всегда можешь передумать, Никки, – прошептал он мне на ухо. – Если решишься, найди меня в Лондоне. Я буду ждать тебя, готовый помочь тебе во всем, что тебе только понадобится. Если это то, чего ты хочешь, я помогу тебе выяснить, что на самом деле случилось с твоими родителями, и помогу тебе доказать, что ты законная дочь Джейкоба Лейтона.

Я сделала шаг назад.

– Есть темы, которые лучше не трогать, Алекс. Я не собираюсь ничего доказывать или требовать… – я сглотнула. – Сейчас у меня только одно желание – мне просто хочется вернуться домой.

В его глазах снова промелькнуло разочарование, хотя на этот раз мне показалось, что в них смешались сострадание и жалость. Он обхватил мои щеки руками и посмотрел мне в глаза.

– Я буду скучать по тебе.

Я попыталась держаться твердо, но дрогнула, когда его губы нашли мои. Мне ничего не оставалось, кроме как закрыть глаза и заставить себя мысленно запечатлеть этот момент. Когда он отстранился от меня, я заметила, как это тронуло его.

Прежде чем я повернулась и отошла от него, Алекс снова приблизился и мягко взял меня за руку.

– Поговори обо всем этом со своим дядей, Никки, – сказал он мне, и я увидела отчаяние в его карих глазах. – Спроси его, знает ли он, кто такой Джейкоб Лейтон, и обрати внимание на его реакцию. Потребуй от него ответов. Тебе нужно знать, откуда ты родом и кем был твой отец.

Я взвесила то, о чем он меня просил, и кивнула.

– Так и сделаю. Я поговорю с ним.

Алекс, похоже, стал спокойнее.

– И не забывай, что я всегда буду на расстоянии одного сообщения, договорились?

Я кивнула, прикусив губу. Он улыбнулся в ответ, но радость не отразилась в его глазах.

– Спасибо тебе за эти тридцать дней, Никки, – сказал он, все еще не в силах отпустить меня. – Сама того не подозревая, ты помогла мне самым красивым из всех возможных способов. Благодаря тебе я вспомнил, что мелочи бесконечно прекраснее и ценнее, особенно когда рядом такой светлый человек, как ты.

Он наклонился, коснулся губами моего лба и отвернулся, не оглядываясь. Я наблюдала за тем, как Алекс сел в машину и исчез из виду.

У меня сердце кровью обливалось, а тело болело, когда наблюдала за тем, как он уходит. Я позволила слезам скатиться по щекам, наконец освободившись от них. Мне надоело так долго сдерживаться.

Я села на лодку, которая отвезла меня домой. Но