Ограниченная территория - Вероника Трифонова

— Растительные пептиды? Да, конечно, — кивнула я. — Складывай на столик…

Подойдя к находящемуся в центре секции низенькому журнальному столику орехового цвета, я положила том на скромно стоявшую возле цветка кипу журналов и книг, затем вернулась к стеллажу и начала медленно двигаться вдоль него, просматривая буквы английского алфавита, на которые начинались фамилии авторов. Где же эта «L»…

Хотя в последние годы с появлением интернета жизнь учёных относительно поиска необходимой литературы здорово облегчилась, всё же существовали источники, которые не всегда удавалось найти в электронном варианте, либо не всегда со всеми страницами. Поэтому я, составив список нужных мне материалов, отправилась в нашу местную библиотеку НИИ вместе с Валей, который ещё в пятницу вызвался мне помочь. В виду обширного разнообразия каталога библиотечного фонда, местные сотрудники предоставляли всем научным работникам возможность самостоятельно искать необходимую литературу в указанной картотеке секции. Такое занятие, как штудирование книг, действительно приносило мне удовольствие, так как, на мой взгляд, информация, выделенная из объёмного текста самостоятельно, запоминается и ценится куда больше, чем уже переработанная и «поднесённая на блюде».

— Антон сохранил всё, что у него было в компьютере. И ещё дома я нашла дубликат на флэшке. Так что научные журналы здесь можно не трогать — он сделал копии необходимых статей за последние двадцать лет.

Я задрала голову наверх, где оканчивался стеллаж и начинался деревянный ящик, похожий на тумбочку (может, ею он и являлся), который невесть как был поставлен на верхнюю полку. Затем усмехнулась про себя. Для женщины мой рост, конечно, выше среднего, но не настолько. Видимо, придётся искать стремянку.

— Я хочу обратить особое внимание на лонгитюдные исследования, — сказала я. — Рассортирую по степеням валидности, изучу. Сколько бы времени на это ни ушло.

— Конечно. Ты обязательно закончишь эту работу. Если что, всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — обнадежил Валя. — Я знаю, что начальник, Андрей Петрович, очень интересуется иммунологией. Попрошу ещё что-нибудь у него.

— Заранее спасибо тебе, — поблагодарила я. — Не знаю, что и сделать тебе взамен…

— Нет, нет, ничего не надо. Мне только в радость помогать тебе… просто так.

— В любом случае, я тебе признательна. Прости, наверное, сейчас мне нужно найти стремянку.

Валя сделал быстрое движение глазами влево, моргнул и вновь взглянул на меня.

— Катя, я как раз хотел предложить вам… тебе отдохнуть. То есть нам. Не только сейчас, и-и… в ближайшее свободное время тоже, если х-хотите. Если вам одиноко…

Парень опять засмущался.

— Может, сходим как-нибудь… куда-нибудь в парк или… в-в ресторан? Нет, не подумайте… не подумай… чисто по-дружески, ничего такого, как коллеги. Если не хотите, я н-не… не буду настаивать и прошу извинить.

Момент был неловким. Прежде чем заговорить, я несколько секунд тоже собиралась с духом.

— Валя… эээ… Спасибо за приглашение, — выдавила я, постаравшись улыбнуться. — Наверное, да. Но не на этой неделе. Дела… Может, потом?

Лицо лаборанта, вспыхнувшее румянцем, выглядело одновременно смущённо-грустным и полным надежды.

— Конечно. Когда захотите. То есть если… Ой! Мама звонит! — перейдя на громкий шёпот, он вынул из кармана халата зудящую трубку. — Я сейчас…

Когда Валя отошёл за стеллаж, я, выдохнув, начала тихо отходить к полкам. Почувствовав спиной твёрдую поверхность, я прислонилась к стеллажу и закрыла глаза. Занесла же меня нелёгкая… И чего я от растерянности отказалась? Может, стоило пойти поужинать с парнем — авось бы он в чём-то раскрылся?

Конечно, если он не хитроумный убийца.

Вспомнив прикол Тима в машине про «не давать Вале надежду», я нервно хихикнула.

Плохой я «агент под прикрытием». Кто-то даже замуж за объект выходит, семью с ним заводит — вон в роль как вживается.

Нет, всё-таки мне не хотелось верить, что Валя — этот славный и добрый на вид парень — преступник. На злодея он походил не больше, чем моя сестра.

А ещё он хочет помочь мне с исследованием, над которым трудился Антон. Неужели всё это игра и он — Химик?

— Испытания закончатся завтра, я тебе говорил, — вдруг послышался откуда-то сбоку низкий мужской голос. Я вздрогнула и открыла глаза. Судя по всему, кто-то говорил по телефону прямо за стеллажом.

— Хорошо, заканчивай. Выбирай новую жертву, — медленно, растягивая слова, говорил мужчина. — Так, давай сейчас встретимся и всё обсудим. Ты не так далеко от меня, чтоб надрывать телефон, это лишняя мера. Фото образцов жду от тебя сейчас.

Я судорожно нащупала правой рукой на блузке брошь в форме банта, пытаясь вспомнить, точно ли включила запись перед встречей с Валей. Вроде да… Только вот какое качество у звукозаписывающего устройства? Сможет ли он зафиксировать отделённый толщей шкафа с книгами звук голоса так, чтобы потом на записи его можно было расслышать? Или всё, что будет записано — это бешеный стук моего собственного сердца, перекрывающий остальные звуки?

— Галлюцинации не помеха, — некто испустил тихий, похожий на шелест смешок. — А в остальном доверься мне. Филину можешь не сообщать, его завтра не будет. Я тебя прикрою. Ну пока…

Наступила тишина. Я силилась услышать ещё хоть что-то — хоть звук шагов говорящего — но напрасно. Как появился из ниоткуда, он также бесшумно туда и вернулся. Должно быть, походка этого человека была лёгкой, а ковровые покрытия, которые застилали все полы в библиотеке, заглушили шаги.

Я постаралась выровнять дыхание. Этот человек говорил про ещё одну жертву… кого он имел в виду? Кого-то из нас или из других сотрудников НИИ вроде Нели и Эдика Котова? И с кем он говорил? Выходит, действует всё-таки группировка и преступников как минимум двое?

Рядом вдруг послышался скрежет. Поначалу не поняв, откуда он раздаётся, я не сразу догадалась посмотреть наверх. А когда обнаружила, было поздно.

Деревянная тумбочка-ящик, опасно накренившись над краем шкафа, приготовилась падать вниз. Прямо на то место, где стояла я.

В голове молниеносно пронеслась мысль, что нужно скорее отпрыгнуть. Но моё тело словно окаменело: я не могла пошевелить ни единой мышцей. Изнутри сковал дикий страх. В ушах, будто заложенных несколькими слоями ваты, послышался гул.

«Избыток норадреналина», — подумала я, ожидая, что в следующую секунду мой череп пробьёт тяжёлая штуковина. Но вместо этого я почувствовала резкий рывок влево и, вскрикнув, под оглушительный грохот упала на пол. Точнее, на что-то мягкое. Ошеломлённо повернувшись и посмотрев вниз, я увидела бледное лицо Вали, с широко раскрытыми от ужаса и беспокойства глазами. И тут же осознала, что он, тяжело дыша, сжимает меня в объятиях. А потом — что и сама я здорово дрожу.

— Что… — прошептала я, приходя в