Триумф экстаза - Юджиния Райли

— А именно?

Дэвид повернулся к ней, его глаза выражали страдание и страх.

— Эмили, я тебя умоляю, не настаивай. То, что ты хочешь узнать, может изменить всю. твою жизнь. И мою тоже. Пожалуйста, подумай, дорогая.

Она не думала. Не колебалась. Она требовала.

И Дэвид покорился. Он нехотя подошел к креслу-качалке, сел и, сжимая подлокотники и глядя невидящими глазами в пространство, монотонно начал:

— Оливия… кокетка, любила пофлиртовать и умела убеждать. Она совсем не была похожа на тебя, Эмили.

Он вздохнул, запустил пальцы в волосы и замолчал. Эмили терпеливо ждала.

— Это я убил Оливию, — наконец тусклым голосом произнес Дэвид.

— Ч-что?

— Я ее убил, — тупо повторил он. — Я мог бы с таким же успехом связать ей руки и бросить в реку.

— Дэвид, что ты говоришь? Смерть Оливии была несчастным случаем…

— Нет! — с горечью воскликнул он. — Это не был несчастный случай. Дядя… дядя вернулся домой из Сан-Хасинто и… застал… меня в постели с Оливией!

Эмили оцепенела и безмолвно смотрела на совершенно несчастного Дэвида.

— Это правда! Я лег в постель с женой моего дяди! Господи, Эмили, это было ужасно! Если бы ты могла видеть его лицо!.. Надо было как-то остановить его. Мне пришлось ударить дядю по голове вазой, а не то бы он… он собирался убить Оливию.

Выдержка оставила Дэвида. Отвернувшись и закрыв лицо руками, он разрыдался.

Эмили никогда раньше не видела рыдающего мужчину — жалкое, душераздирающее зрелище. Положив руки на его содрогающиеся плечи, она прошептала:

— Значит, ты ударил дядю, он потерял сознание, и Оливия убежала вместе с малышами?

Дэвид кивнул, не поднимая на нее глаз.

— Потом твой дядя пришел в себя, погнался за ними, и… — У Эмили перехватило дыхание.

Он снова кивнул. В подробностях не было необходимости.

— Сколько тебе тогда было лет, Дэвид?

— Шестнадцать.

— Шестнадцать?! И Оливия… Ох ты, бедняга!

— Дядя никогда не винил меня. Позже он объяснил мне, что Оливия принадлежала к тому типу женщин, которым необходим мужчина, и когда Эдгар уехал на войну, она… она…

— Соблазнила тебя? — подсказала Эмили.

— Да. Господи, Эмили, лучше бы дядя считал виноватым меня! Я чувствовал, что должен быть наказан. Было бы легче принять его гнев, чем видеть страдания этого сильного человека!

— Да, Эдгару было очень больно, когда Оливия предала его с Аароном, а потом так бессердечно использовала тебя.

Дэвид встал, с мольбой посмотрел на Эмили и взял ее за руку.

— Надеюсь, ты теперь понимаешь, Эмили, как твой муж нуждается в тебе. Я возлагал на вас обоих такие надежды этим летом. Дядя, казалось, заново родился. Потом, после фиесты, вы стали чужими друг другу. Почему?

Эмили печально улыбнулась.

— Почему, Дэвид? Из-за прошлого. Потому что появился Аарон Райс и всколыхнул его горькие воспоминания. О, я все теперь так ясно понимаю, Дэвид! Твой дядя меня ненавидит, он воспользовался мною, чтобы наказать Оливию! Разве ты не понимаешь, что наш брак безнадежен? Мы не можем изменить прошлое.

— Но, Эмили, если ты поговоришь с дядей…

— Нет, все кончено. — Она беспомощно развела руками. — Спасибо, что рассказал мне, Дэвид.

Они смотрели друг на друга, едва сдерживая слезы. Эмили сжала руку Дэвида.

— Но не позволяй тому, что произошло с Оливией, испортить тебе жизнь, Дэвид. Все это не твоя вина, ты слышишь? Ты не убивал Оливию, она сама себя убила. Женись на своей Марии и будь счастлив.

Потрясенный, Дэвид отпрянул.

— О нет, Эмили, я не женюсь, — страстно воскликнул он. — Посмотри, как я все испортил, испортил оба брака дяди. Нет, я причинил достаточно вреда.

— Чепуха!

— Но, Эмили, даже если бы я мог забыть то, что случилось с Оливией, как мне жить с тем, что я сделал с тобой? Я покинул тебя, оставил на милость дяди.

Эмили вздохнула и дрожащими пальцами потерла виски.

— Это неправда. Я теперь понимаю, что если бы действительно ненавидела Эдгара, то никакие силы не заставили бы меня пойти к алтарю. Запомни, Дэвид Эшленд: я не жалею ни об одном мгновении, проведенном с твоим дядей. И я… я отдала бы все будущее за один день в его объятиях. — Ее глаза наполнились слезами. — Но этого мне не суждено.

Дэвид положил ладонь ей на плечо.

— Эмили, я…

— Не думай обо мне! Иди к Марии сейчас же и расскажи ей о своих чувствах. Ты так нужен ей, Дэвид! Я даже передать тебе не могу, как сильно ты ей нужен. Для нас с твоим дядей уже слишком поздно. Но у тебя еще все впереди. Скажи Марии, что любишь ее. Она тоже тебя любит.

— Любит? — изумленно переспросил Дэвид.

— Да, это же написано у нее на лице! Неужели ты слепой? — Она грустно рассмеялась, вспомнив слова Сэма Хьюстона на фиесте. — Да, конечно, ты слеп — слеп от любви. Закупай припасы и немедленно отправляйся домой.

— Хорошо, дорогая, я поеду. — Дэвид, окрыленный, уже надевал пальто. — Но ты уверена, что ни в чем не нуждаешься?

Эмили энергично замотала головой.

— Поезжай к Марии, немедленно! Забудь о прошлом и о своей гордости. Не повторяй ошибок, которые сделали мы с твоим дядей.

Дэвид закутал шею шарфом и с надеждой спросил:

— Что-нибудь передать дяде?

Эмили встала на цыпочки, поцеловала его в щеку и распахнула дверь.

— До свидания, Дэвид.