Фарфоровая принцесса - Ронда Гарднер

Эдгар с интересом наблюдал за ней. Заметив как она от него отшатнулась, он решил, что принцессе неприятен запах пота, и от мысли, что он отталкивает ее физически, ему вдруг захотелось ее шокировать. Прижать к себе изо всех сил, чтобы она надолго запомнила его тело.

Черт! Что за бредовые мысли! От нее надо держаться подальше. Он имел несчастье связаться со светской штучкой, с него хватит! А эта, может, еще и причастна к преступлению! Злясь на себя за то, что Бетти, несмотря на доводы разума, его волнует, Райли шагнул назад и язвительно спросил:

— Чем еще могу вам услужить, принцесса? — Слово невольно сорвалось у него с языка, и он еще больше разозлился: — Может, мне извиниться за то, что я выполняю свой долг? Или раскаяться в том, что сразу не поверил в ваш выдающийся дар ясновидца?

— Мне не нужны извинения, я пришла к вам как к профессионалу… — Она запнулась, заметив, что он уходит. — Куда же вы? — упавшим голосом спросила она.

— Принять душ, чтобы не ранить ваши утонченные чувства. Можете присоединиться. Вам как психологу содержимое моей ванной комнаты наверняка небезынтересно. — Он вошел в ванную и закрыл за собой дверь.

У Бетти возникло искушение пнуть ногой дверь, но она сдержала себя, прошла в гостиную и устало опустилась в кресло. Никогда в жизни она не встречала человека, который с такой легкостью мог бы вывести ее из себя, она даже забыла рассказать ему о письме! Бетти сидела, про себя репетируя предстоящий разговор с великим детективом, и разглядывала комнату.

Признаться, она никогда бы не подумала, что здесь живет одинокий полицейский. Мебель, портьеры, ковер и обои в бежево-коричневых и Голубых тонах — все подобрано с любовью и вкусом. Бетти встала, чтобы получше рассмотреть фотографии на стене, и заметила на одной из них знакомое лицо. Рядом с Райли стоял, широко улыбаясь, тот полицейский, что находился у него в кабинете, когда она впервые пришла в участок. Только на снимке оба были явно моложе.

— Нашли что-то интересное? — раздался за спиной голос Эдгара.

— Увы, ничего! — По выражению его лица Бетти не без злорадства отметила, что попала в цель.

— Что-то не похоже, раз вы до сих пор тут. Выкладывайте, в чем дело. Или вы решили отравить мне весь выходной?

— А почему бы и нет? Мой ведь уже испорчен. — И она достала из сумочки письмо и показала Эдгару.

— Когда вы его получили? — спросил он, стараясь не выдать волнения. Возможно, это и есть долгожданная зацепка?!

— Сегодня днем. — Порывшись в сумочке, она извлекла и конверт. — Кто-то опустил его в мой ящик. Не без вашего участия, — ядовито заметила она.

— Моего участия?! Я-то здесь при чем?

— А вы не догадываетесь? Вы нарушили слово и разболтали, что я была в полиции. Кому-то с больной фантазией.

— Вы что, меня обвиняете?

— Вот именно! Об этом никто не знал. Я никому ничего не говорила. Значит, это или вы, или кто-то из ваших людей. А не сегодня-завтра об этом напишут газеты. Вот чего стоит ваше слово!

— Уверяю вас, ни я, ни мои люди не имеют к этому никакого отношения. Наверное, вы случайно обмолвились сами. Или… — Он замолчал, чувствуя, что в нем растет раздражение. Вот черт! Эта женщина заводит его с пол-оборота! Она ему неприятна, и скрывать это становится все труднее.

— Или что? В чем еще вы меня обвиняете, великий детектив? Что я сама написала это письмо? Все, с меня хватит! — Она засунула письмо в сумочку. — Ваша взяла! Это я похитила детей. А к вам пришла потому, что мне надоело быть в тени. И письмо написала по той же причине. Вот и все, лейтенант, дело раскрыто. Можете спокойно играть дальше в сыщика и вора.

— Какой сарказм! А слог! — ехидничал Эдгар, глядя на горящие гневом глаза Бетти. — Весьма неожиданно, учитывая вашу профессию.

— Я не стану перечислять все ваши достоинства, — с трудом сдерживаясь, ответила она. — Ограничусь одним: мне еще ни разу не доводилось встречать такого непроходимого тупицу. Остается только посочувствовать вашему отделению полиции.

К ее удивлению, Эдгар от души рассмеялся и, весело глядя на нее, заметил:

— Знаете, а вам нужно почаще выходить из себя. Нельзя держать в себе столько яда. Дайте-ка мне письмо.

— Это еще зачем? Чтобы вы мне пришили участие в деле? И не мечтайте!

— Нравится вам или нет, но вы уже причастны к делу. Причем не исключено, что вашей жизни угрожает опасность. Я отнесу письмо на экспертизу. — И, мрачно посмотрев, как она возится в сумочке, добавил: — Боюсь, результаты будут плачевны. Какие уж тут отпечатки!

Бетти покраснела: как она сама не додумалась обращаться с письмом поаккуратнее, ведь это улика! Эдгар принес из кухни пластиковый пакет, и она опустила в него письмо.

— Вы не заметили никого подозрительного возле дома?

— Меня не было дома все утро.

— Мы опросим соседей, почтальона, вдруг они кого-то видели. Но на многое не рассчитывайте.

— Я привыкла во всем, что касается вас рассчитывать на самое малое.

— Вот и славно! Значит, вам не грозит разочарование. — И он одарил ее безмятежным взглядом.

Бетти почему-то пришло в голову, что она только что получила личный, а не профессиональный совет.