Правила соблазна - Кэролайн Линден

– Гамильтон? У него все прекрасно, – небрежно ответил Дэвид, не отрывая взгляда от своей жены Вивиан, которая как раз вальсировала с лордом Милбери. Дэвид даже не пытался скрывать ни свою любовь к жене, ни то, как он ее оберегает. Вивиан выросла в трущобах и была воровкой-карманницей, пока не познакомилась с Дэвидом при неясных шокирующих обстоятельствах, в которые никто не считал нужным посвятить Селию. Дэвид всегда был готов вмешаться, если чувствовал, что кто-то пытается обидеть его жену. Селия находила это очаровательным, даже если иногда брат становился ужасно рассеянным.

– Нет, ну правда, Дэвид. – Она ткнула его пальцем в руку. – Его же избили.

– Что? А, да. Но у него все в порядке.

– Ты уверен?

Наконец-то он на мгновение оторвал взгляд от Вивиан.

– Да, Селия, я уверен. Это был скользящий удар.

– Сэр Джордж мог сломать ему нос!

Брат отмахнулся и состроил гримасу.

– Всего один удар. В свое время Гамильтон и не в такой переплет попадал. Не волнуйся.

– Но я его с тех пор не видела.

Последнее привлекло внимание Дэвида.

– Ты что, его искала?

Селия покраснела.

– Нет. Просто хочу знать, что с ним все хорошо.

– С ним все хорошо. – Брат прищурился. – Матушку хватит удар, если…

– Ну так не говори ей, – огрызнулась она. – Гамильтон ничего не сделал, и я ничего не сделала. Я лишь хотела узнать, теперь ты мне рассказал, и я вполне довольна.

Дэвид продолжал смотреть на сестру с подозрением, но настаивать не стал.

– Вот и замечательно.

Селия покачала головой, отошла от брата, который ее разозлил, и направилась через весь зал к подругам. Почему это ей нельзя поинтересоваться здоровьем знакомого джентльмена, мысленно возмущалась она. Неужели Энтони настолько порочен, что ему и доброго здоровья пожелать нельзя.

– Добрый вечер, леди Селия.

Узнав этот голос, она вздрогнула, резко развернулась и увидела его, уже отдающего поклон.

– Добрый вечер, мистер Гамильтон, – с чувством ответила Селия. – Я так рада снова видеть вас! – Энтони вскинул брови. Она, смутившись, засмеялась, осознав, как странно, должно быть, прозвучали ее слова. – Я хотела сказать, что очень рада снова видеть вас в добром здравии.

– Я прекрасно себя чувствую, спасибо. – Гамильтон посмотрел на нее со странным выражением на лице. – Надеюсь, вы тоже.

– О да, но когда я видела вас в последний раз, вы были весь в крови.

– А, это. Неловкости одного вечера. – Его губы дернулись. – Хотелось бы верить, что вы не беспокоились?

– Конечно, беспокоилась! У вас мог быть сломан нос. После этого я вас нигде не видела, а Дэвид только и сказал, что все в порядке. – Селия недовольно хмыкнула. – Неужели джентльмены регулярно избивают друг друга? Мой брат абсолютно уверен, будто случившееся столь обыденно, что вы и не заметили.

Его полуулыбка исчезла.

– Я польщен тем, что вы справлялись о моем здоровье.

Что-то в его голосе привлекло внимание Селии, но, посмотрев повнимательнее, она убедилась в невозмутимости выражения на его лице.

Селия вздохнула и покачала головой.

– И я совершенно не представляю, что означает «в порядке». Дэвид может быть при смерти и все равно утверждать, что у него все в порядке.

– Нет, у меня действительно все хорошо. Очень хорошо. – Гамильтон смотрел на нее, и голос звучал несколько смущенно. – Я хотел поблагодарить вас за то, что были так добры тем вечером.

– Да это самое малое, что я могла сделать! – воскликнула Селия. – Боюсь, я вам ничем и не помогла. К сожалению, у меня нет соответствующего опыта.

– Я не могу вообразить лучшей сестры милосердия. – Гамильтон коротко улыбнулся. – Хотя мне вовсе не хотелось бы снова оказаться перед вами в столь недопустимом виде. Не лучший способ возобновить былое знакомство.

Селия печально улыбнулась.

– Нет. Вы были так галантны тем вечером, когда лорд Юстон… Похоже, ни один из нас не сумел показать себя должным образом, правда?

– И все-таки я не нахожу в вас никаких недостатков.

– Это потому что мы с вами не виделись несколько лет, – съязвила Селия. – Еще пара встреч, и вы будете считать меня столь же назойливой, как в детстве.

– Я никогда не считал вас назойливой, – непринужденно и спокойно произнес Энтони.

Селия удрученно молчала какое-то время.

– Нет, вы всегда были добры ко мне. Куда добрее, чем Дэвид! И я этого никогда не забуду. – Тут Селия заметила приближающуюся к ним вдовствующую герцогиню, которая уже свирепо сверкала глазами. – Но я должна идти. Доброго вам вечера, мистер Гамильтон. – Она быстро присела в реверансе.

– Доброго вечера, леди Селия. – Энтони поклонился, и Селия поспешила перехватить мать и объяснить ей все до того, как та придет в бешенство.

Гамильтон не стал провожать ее взглядом. Какой смысл лишний раз раздражать вдовствующую герцогиню? Но сердце его по-прежнему трепетало, а рука дрожала, когда он взял у ближайшего слуги бокал с вином и одним глотком выпил сразу половину.

Селия обрадовалась, увидев его. И она беспокоилась о нем. Энтони сделал глубокий вдох, на минуту задержал дыхание, обдумывая эти мысли с безмерным, хотя и непозволительным, удовольствием, и допил остаток вина.

Гамильтон был опытным игроком. В настоящий момент ему выпала плохая карта, и он это осознавал. Нет ни единого шанса выкрутиться из столь затруднительного положения; скандальные газетенки широко освещали каждый его поступок и даже приписывали чужие. Собственно, самое лучшее, что Энтони мог сделать с такими паршивыми картами – немедленно выйти из игры. Может быть, подождать годок. Это серьезный срок, за который удастся поправить положение дел и привести свою жизнь в порядок, а уж потом можно попытаться…

Но Селия танцует с другим. С лордом Эндрю Бертрамом, сыном и наследником графа Лансборо. Еще один красивый, респектабельный джентльмен вроде лорда Юстона.

Гамильтон, прищурившись, наблюдал за ними. Белокурая голова Бертрама склонилась к золотистой голове мисс Риз. Год – это слишком долго, заключил Энтони. Вряд ли этот джентльмен готов жениться прямо сейчас – он на год младше Гамильтона и славится любовью к веселью и беспечному образу жизни, – но наверняка появятся и другие. Если Энтони Гамильтон хочет получить шанс завоевать леди Селию, ждать нельзя.

Он снова посмотрел на нее, тут же заметив сияющую улыбку, предназначенную Бертраму, и сердце замерло в груди. Румянец на ее лице и оживленность движений заставили Энтони непроизвольно улыбнуться. Единственно, что может быть хуже имеющейся у него комбинации карт, это отчаянное желание завоевать Селию Риз. Он просто не может выйти из игры, пусть это и чрезвычайно глупо. Некоторые партии стоят любого риска.