Страсти по Шекспиру - Мирна Маккензи

— Я вижу, что Гилберт очень любит свою племянницу, и он никогда не позволит, чтобы кто-то причинил ей боль, — продолжал Райен. — Ведь совершенно очевидно, что такой девушке, как Эммалин Карстэрс, нужны серьезные отношения. А это возводит непреодолимую пропасть между нами. Поэтому не беспокойся, она в полной безопасности.

— А я и не говорил о том, что ты намеренно станешь причинять ей боль. Но я также знаю, что женщины имеют свойство влюбляться в тебя.

— Да, но нам с Эммалин не так уж часто придется бывать вместе. Разве что в гостинице. Кстати, как раз туда я сейчас и направляюсь.

— Эммалин тоже. Вон она уже спускается. Это старинный и романтичный отель, Райен, в котором не будет никого, кроме вас двоих...

Соблазнительная перспектива заставила Райена стиснуть зубы.

— Поверь, Крис, между мной и Эммалин будут чисто деловые отношения. Проблем не будет, обещаю.

Но, увидев Эммалин несколько минут спустя, Райен тут же позабыл о своем обещании. Как он ни старался, ему так и не удалось отвести взгляд от ее каштановых волос, переливающихся на солнце. Слава Богу, сегодня она отказалась от ужасного платья, сменив его на джинсовую юбку, которая соблазнительно облегала бедра, и элегантную шелковую блузку. Райен вдохнул запах фиалок. Странно, почему он никогда раньше не замечал, что у фиалок такой приятный аромат?

— Гостиница, — пробормотал он себе под нос. — Это все, что нас связывает.

Эммалин бросила на него испуганный взгляд.

— Ты что-то сказал? — Стоило ей немного развернуться, как его взору открылись изгибы ее груди и тонкая талия. Его обдало жаром.

— Я спросил, есть ли в отеле кондиционер, - ответил Райен слегка хрипловатым голосом.

Девушка дерзко улыбнулась.

— Можешь успокоиться, в «Техасских Огнях» есть кондиционеры... и еще много полезных вещей.

Вот она какая, Эммалин Карстэрс, подумал Райен, следуя за ней, в то время как палящее солнце распаляло его и без того горячую голову.

Подходя к гостинице, Эмма изо всех сил старалась не обращать внимания на мужчину, который шел рядом с ней. Но это было почти невозможно. Вдобавок слова дяди Гилберта никак не шли у нее из головы.

— Этот мужчина смотрит на тебя, как на сочный персик, а он знает в них толк, Эмма, — сказал пожилой мужчина с усмешкой.

Как странно! Дядя Гилберт никогда раньше не проявлял столь повышенного интереса к ее личной жизни. И как это глупо и смешно. Райен не тот мужчина, который станет связываться с такими скучными женщинами, как она.

— Здесь так жарко. Может, зайдем внутрь? - предложил Райен, прерывая ход ее мыслей, и тут же взял ее за руку.

По коже Эммалин пробежали тысячи мурашек, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Боже, а что, если он заметил, что ее грудь вздымается и опускается слишком быстро?! До чего же порой может разыграться воображение! Подумать только, она представляла, как он расстегивает пуговицы на ее блузке! Потом срывает с себя рубашку, бросает ее в сторону...

— Да, жара невыносимая, — дрожащим голосом произнесла она.

Как только они вошли внутрь, Эммалин включила свет. Холл отеля предстал во всей своей красе. Старомодные люстры освещали перила, поднимающиеся к верхнему балкону. Дерево было таким темным, что производило почти магический эффект.

Райен присвистнул.

— Ну, ты была абсолютно права. «Техасские Огни» отличаются от всех остальных гостиниц.

— Я воспринимаю это как комплимент. — Эмма все еще чувствовала смущение из-за присутствия этого мужчины.

Райен усмехнулся.

— Да, похоже, ты и впрямь обожаешь это место.

Эмма выдавила напряженную улыбку.

— Может быть, я порой бываю чересчур чувствительной. Но знаешь, меня и впрямь беспокоит то, что люди уезжают из «Техасских Огней», предпочитая более современные гостиницы. Я понимаю, перемены необходимы. Мы хотим, чтобы люди вернулись сюда. Ты думаешь, такое возможно?

Райен протянул ей руку.

— Наша первостепенная задача — сохранить все хорошее, что есть в гостинице, и добавить все то, чего ей до сих пор не хватало. А теперь, может быть, пойдем посмотрим и решим, с чего начать? —Его голос стал ниже, и на какой-то момент Эмме показалось, что он говорит не о гостинице, а о чем-то другом.

Девушка глубоко вздохнула.

- Мне бы не хотелось утомлять тебя.

Его усмешка была электризующей. Она заставила вес ее тело вспыхнуть, а сердце забиться с бешеной скоростью.

- Ты любишь это место. Когда ты говоришь о нем, твои чувства отражаются в твоем голосе и твоих глазах. Разве это может утомить?

Эмма слегка кивнула головой, желая знать, что еще увидел Райен в ее глазах.

- Хорошо, — начала она. — Прежде всего, основателем гостиницы был человек по имени Роджер Медлен. Его интересовала история штата Техас, и он, как и дядя Гилберт, был без ума от Шекспира. А вот и портрет самого Вилла. С какой любовью он смотрит на карту местного региона! — Эммалин не сдержала улыбки.

- Да, у Уильяма был характер, — согласился Райен. — А что это за светящиеся места на карте?

Девушка снова улыбнулась.

- Первоначально так обозначались все местные таверны и... публичные дома. Роджер очевидно находил это забавным. Но потом их сменили театры штата Техас.

- Как?! И ты позволила?! Ты ведь терпеть не можешь всякие перемены.

Эмма вскинула голову и в упор посмотрела на него, словно принимая вызов.

- По правде сказать, однажды у нас дядей Гилбертом возник серьезный спор по этому поводу. Дело в том, что мне нравилась первоначальная карта. Не сомневаюсь, что Шекспиру она бы тоже понравилась. Но дядя Гилберт боялся, что она может обидеть наших постояльцев.

Райен усмехнулся.

- Вилл на самом деле выглядит обескураженным. Как же теперь ему узнать, где можно выпить кружечку эля и развлечься в компании какой-нибудь красотки?

Усмешка Райена была так дьявольски сексуальна, что Эмме вдруг захотелось оказаться молодой девушкой из времен Шекспира, которая могла бы просто подойти к нему и предложить свои губы для поцелуя. И неизвестно, чем бы это все закончилось.

Старясь выкинуть из головы опасные мысли, Эммалин продолжила экскурсию по отелю.

Она показала ему ресторан и гобелены, оформляющие западную комнату для отдыха, на которых были изображены сцены из произведений Шекспира. Роскошь и величие исторических костюмов и вибрирующие тона придавали теплоту отделке диванов в унылой гостиной.

- А вот и восточный холл, - продолжила Эмма. — Как видишь, здесь сделай акцент на техасских исторических фигурах.

Действительно, Стивен Остин стоял напротив Лоренцо де Завала, певца Декларации Независимости штата Техас от Мексики. Был здесь и Скот Джоплин, композитор, известный как Король Негритянской Музыки. Сама история маршировала по цветным половицам. Старое и новое смешалось в единый коллаж.