Пособие для злодейки по эксплуатации главного героя - Александра К.

Он остановился напротив меня.

— Элиана фон Шварц, ранее известная как Алиса Сергеевна. Вы — источник системной аномалии.

Каэлан медленно встал, его рука легла на эфес меча, но он лишь грустно вздохнул, ощущая ржавчину под пальцами.

— Ваша деятельность привела к деградации ключевых архетипов, — голос Сценариста был похож на скрежет шестерёнок. — Герой без врага. Меч без битвы. Любовь без препятствий. Это невыносимо для структуры реальности.

‍

— Я её улучшаю! — выпалила я, вставая. — Смотрите! Люди счастливы! Нет войн, нет бессмысленных смертей!

— Счастье — не является первостепенной целью повествования, — отрезал Сценарист. — Цель — конфликт, развитие, катарсис. Ваш «бизнес» выхолащивает суть.

Он открыл портфель и извлёк толстую папку со знакомыми символами моего интерфейса.

— У вас есть сорок восемь часов, чтобы вернуть всё как было. Восстановить сюжетные линии. Вернуть злодеев к их предназначению. Возродить вражду. Вернуть лорда-командора к преследованию леди Лилиан и… вас.

Он посмотрел прямо на меня.

— В противном случае я инициирую полную перезагрузку системы. Текущая реальность будет стёрта. Все персонажи, включая вас, будут аннулированы.

В кабинете повисла гробовая тишина. Было слышно, как за окном поёт розовый куст.

— Вы не можете этого сделать! — первым нашёл дар речи Лютвиг. — Это бесчеловечно!

— Я не человек, — напомнил Сценарист. — Я — функция. Сорок восемь часов. Решайте.

Он развернулся и вышел. Его серая фигура растворилась в дверном проёме.

Первым заговорил Каэлан. Он смотрел на свой ржавый меч.

— Перезагрузка… — произнёс он тихо. — Это значит, всего этого не было? Лефорт снова в долгах? Барон Отто снова будет травить моего коня? А вы… — он поднял на меня взгляд, и в его глазах был страх потери. — Вы снова станете той, кем были?

— Я предпочту смерть, — честно сказала я. — Но, кажется, он предлагает небытие. Стирание.

— Что будем делать, ваша светлость? — спросил Герхард. — Я не хочу снова быть предателем! У меня теперь медицинская страховка!

— А я не хочу снова травить людей! — добавила мадам Ингрид. — Я только нашла идеальный баланс корицы и мускатного ореха!

Я обвела взглядом их испуганные лица. Мою команду. Мой новый, странный и прекрасный мир.

— Мы не будем ничего возвращать, — заявила я твёрдо. — Мы пойдём вперёд.

— Но как? — спросил Лютвиг. — Он же всё уничтожит!

— Он — функция, — сказала я. — У него есть правила. Алгоритм. Он не может просто стереть всё, пока не истекут сорок восемь часов. Значит, нам нужно сделать только одну вещь.

Все смотрели на меня, затаив дыхание.

— Что? — спросил Каэлан. — Мы должны доказать ему, что наш мир — не ошибка. Что он лучше и стабильнее его старого сценария. Мы должны… сделать его нашим партнёром.

В воздухе передо мной замигал интерфейс:

[ВНИМАНИЕ! Обнаружена угроза системной целостности.]

[До перезагрузки: 47:59.]

[Свобода воли: 25 %. Критический порог: 30 %.]

[Новый квест: «Переговоры с Богом».]

[Награда: существование.]

[Штраф за невыполнение: небытие.]

Я посмотрела на своих сотрудников. На Каэлана, который всё ещё сжимал свой несчастный меч.

— Ну что, команда? — сказала я, пытаясь вложить в голос уверенность. — Готовы к самому важному питчу в жизни? Нам нужно продать идею счастливого мира существу, которое считает, что смысл бытия — в страдании.

— Какое у нас преимущество? — хором спросили все.

— Мы — профессионалы. И мы знаем, что любая функция любит чёткие бизнес-планы. Господин Лютвиг, готовьте презентацию. Мадам Ингрид, нам понадобится кофе. Герхард, обеспечьте режим чрезвычайной ситуации. А вы, лорд-командор…

Я повернулась к Каэлану.

— Вы готовы сразиться не мечом, а цифрами и доводами?

Он медленно убрал меч в ножны. В его глазах читалась знакомая решимость, но на этот раз — защитить нечто новое. Хрупкое. И своё.

— Кажется, у меня нет выбора, — сказал он. — Но если я буду сражаться, то только за то, во что верю. А я… — он запнулся, — …начинаю верить в этот ваш безумный мир.

Это была маленькая победа. Но в преддверии конца света и маленькие победы пахнут надеждой. И крепким кофе.

Глава 7. Новая роль: Режиссер, или Питч перед лицом небытия

Сорок семь часов. Именно столько времени висело на моём внутреннем интерфейсе, словно приговор. Кабинет, ещё недавно бывший эпицентром деловой активности, превратился в штаб по спасению реальности. В воздухе пахло не только кофе и пергаментом, но и страхом — густым и липким, как патока.

Лютвиг, бледный и помятый, лихорадочно строчил тезисы на огромном листе ватмана, прикреплённом к стене.

— «Тезис первый: Экономическая стабильность против хаотических убытков», — бормотал он, размахивая пером. — «Тезис второй: Социальная гармония как фактор снижения расходов на содержание тюрем и армии»… О, боги, это бессмысленно! Мы пытаемся продать счастье бухгалтеру от мироздания!

Мадам Ингрид поставила на стол поднос с крошечными эклерами.

— Для поднятия боевого духа, — объявила она. — Безопасные. Я поклялась. Но в них есть капля бренди… для смелости. На всякий случай.

Герхард расставлял по периметру комнаты магические кристаллы записи.

— Чтобы зафиксировать каждый момент переговоров, — пояснил он. — Если нас сотрут, пусть хоть протокол останется. Где-нибудь. Может, в параллельной вселенной пригодится.

Барон Отто пытался «поднять моральный дух», рассказывая неуместные анекдоты, но всё заканчивалось тем, что он ронял карту с ключевыми показателями в камин. Каэлан стоял у окна, наблюдая, как на улице безмятежно кружатся конфетти. Его меч, тщательно очищенный от ржавчины, лежал на столе с видом, испытывающим глубочайшую экзистенциальную тоску.

— Он не придёт, — мрачно произнёс Герхард, глядя на песочные часы. — Просто подождёт, пока время истечёт, и всё обнулит.

— Нет, — возразила я, вставая и поправляя платье. Я надела самое простое и строгое из гардероба Элианы, напоминающее деловой костюм. — Он функция. Он педантичен. Явится ровно через сорок восемь часов. С минутами. Нам нужно быть готовыми.

И я не ошиблась. Ровно в тот момент, когда последняя песчинка упала в нижнюю колбу, воздух в центре кабинета задрожал, и из него, словно из ниоткуда, шагнул Сценарист. Всё тот же серый человек с кожаным портфелем.

— Время вышло, — объявил он без предисловий. — Ваше решение?

— Наше решение — не отступать, — сказала я, выходя вперёд. Мои колени слегка подрагивали, но голос звучал твёрдо. — Но мы не будем спорить. Мы хотим сделать вам деловое предложение.

Одна из его бровей почти незаметно дрогнула. Кажется, это было максимальным проявлением эмоций, на которые он был способен.

— Предложение? Мне не нужны предложения. Мне нужен функциональный нарратив.

— А мы его и предлагаем! — воскликнул Лютвиг, подбегая с ватманом. — Новый! Улучшенный! Посмотрите!

Он начал лихорадочно показывать на