Тайна северного особняка - Милли Вель

Пришлось приниматься за уборку.

К приходу подруги я вся была в пыли, паутине, с покрасневшими слезящимися глазами. Зато половина чердака была убрана. А я устала так, что даже пыталась отказаться от обеда, но Сью смогла меня убедить спуститься и поесть.

— Ну как твои успехи, замарашка? — услышала я насмешливый голосок, когда мы проходили по коридору. Я вздрогнула и обернулась. Мирабель стояла, уперев ручки в бока, и смотрела на меня взглядом победителя.

— Все хорошо, благодарю за интерес, — безразлично ответила я.

— Ты не поклонилась мне, — строптиво напомнила маркиза. Я беспрекословно согнулась в поклоне, затем снова прямо посмотрела на девочку:

— Я могу вам чем-то помочь?

— В таком виде точно нет, — Мирабель поморщилась, осматривая меня, но самоуверенности в ее тоне после моих спокойных ответов стало заметно меньше. — Ступай.

Я покорно кивнула, одернула замершую Сью, и мы пошли по коридору дальше. Мне ужасно хотелось отмыться от грязи, но впереди была уборка второй части чердака…

Возвращаясь после обеда к рабочему месту, в коридоре второго этажа, я наткнулась на шепчущихся Зарину и Клавдию. Низкорослая швея и высокая угловатая воспитательница Мирабель заметили меня одновременно и замолчали. Я остановилась, окидывая их взглядом.

— Что-то случилось, Арэли? — Клавдия постаралась, чтоб ее голос звучал как можно непринужденнее, но напряженное тело говорило само за себя.

— Я хотела попросить немного ткани, — медленно произнесла я, переводя взгляд на Зарину. Женщина недоуменно подняла брови:

— Зачем?

— Ноги, — произнесла я, как будто это должно было все объяснить. Служанки переглянулись и мне пришлось добавить: — Башмаки сильно трут, мне сложно ходить, и я хотела чем-то обмотать ступни.

Зарина несколько раз глупо моргнула, воззрившись на мою обувь как на порождение первозданной тьмы. Клавдии даже пришлось толкнуть собеседницу в плечо. Тогда швея все-таки осознала мою просьбу и кивнула:

— Да, я могу помочь тебе. Зайди после ужина.

— Хорошо, — радостно улыбнулась я, предвкушая, что ноющая боль и зуд скоро исчезнут. Хотела уже отправиться восвояси, но замерла и снова обернулась к работницам: — А куда мне зайти?

— Попроси Сью провести тебя к мастерской. Она находится в полуподвале левого крыла.

— Угу, — я отрешенно кивнула и пошла к лестнице на чердак.

Уже там, наверху, перенося тяжелые коробки, я споткнулась о что-то на полу и полетела на доски, больно ударившись. Коробка упала рядом и ее содержимое рассыпалось по чердаку. Я с шипением села, осматривая счесанную кожу на руке. Пришлось вытащить несколько заноз, которые я словила, проскользив по половицам.

Посмотрев на небольшое окошко в противоположном углу чердака, я сделала несколько глубоких вдохов, стараясь сдержать злые слезы. А затем рывком поднялась, принимаясь собирать вещи, которые выпали из коробки. Это оказались книги, бумаги, папки, перевязанные веревками.

Взгляд непроизвольно наткнулся на один документ, и я замерла, пробежав глазами по тексту.

“Свидетельство о смерти Олайя из Мильнэ.

Эспер, обладающий огненной силой, проживающий в городе Мильнэ, королевство Вламария, был найден мертвым тринадцатого дня месяца Гэйлета. Тело обнаружил Михась, плотник, проживающий в Мильнэ, в полдень.

Олай — мальчик, четыре лета от роду. Сын Ладани из Мильнэ, второй дочери барона Сотского, и Густава из Мильнэ, писаря в доме правосудия.

Ладани — эспера с даром телекинеза, Густав — дипломированный колдун.

Причина смерти: самовоспламенение. Тело обуглено, одежда сожжена до тла. Обнаружен вблизи городских стен. Следов борьбы или присутствия посторонних личностей рядом с ребенком не обнаружено.

Копия документа. Заверено.”

Вздрогнув, я медленно отложила эту бумагу в коробку, подняла с пола следующую и выборочно скользнула глазами по строкам:

“Свидетельство о смерти…

…Эспер, обладающий огненной силой…

…Девочка, шесть лет от роду…

…Причина смерти: болезнь Витта, не оказана соответствующая лекарская помощь вовремя…

…Копия документа. Заверено.”

Третья и четвертая бумаги оказались в моих руках одновременно и я нашла точно такие же сведения:

“Свидетельство о смерти…

…Эспер, обладающий огненной силой…

…Девочка, два дня от роду…

…Причина смерти: смерть во сне…

…Копия документа. Заверено.”

И снова:

“Свидетельство о смерти…

…Эспер, обладающий огненной силой…

…Мальчик, полтора лета от роду…

…Причина смерти: утопление — несчастный случай…

…Копия документа. Заверено.”

Их было не менее сотни. Официальные копии документов о смерти детей эсперов с одним и тем же даром — огненным. Менялся лишь возраст ребенка, его имя, место жительства и причина смерти. И менялось лето. Самое старое свидетельство в этой куче заверяло смерть мальчика тридцать лет назад.

Сложив бумаги в коробку, я сидела, поджав колени к груди и обхватив их руками, и смотрела в стену: почему это находится у герцога? Его ведь отстранили от службы. Зачем он забрал это все с собой? И… действительно ли эти бумаги находятся у него по рабочим вопросам?

Постаравшись выкинуть все это из головы, я отнесла коробку на место и снова принялась за уборку. Но мысли постоянно возвращались к строкам: “…Эспер, обладающий огненной силой… причина смерти…”.

Когда я закончила, на особняк спустилась ночь. Ужин я пропустила и Сью даже не поднималась ко мне, спросить почему я задержалась. Я ужасно вымоталась и еле выровнялась, со стоном схватившись за поясницу, но предстояло еще зайти к Зарине. Потому я взяла свечу и отправилась вниз по лестнице.

На кухне я нашла лишь Леську, но спрашивать у нее дорогу не решилась и тихо вышла, не выдав своего присутствия. В комнате служанок находилась Брита. Она с удивлением выслушала мой вопрос, но все же подсказала как добраться до мастерской. И я отправилась прямо по коридору.

— Не смей мне указывать, что делать! — услышала я голос Стеллы, когда проходила мимо коридора, ведущего в холл. Я замерла на месте и быстро дунула на свечу, оказавшись в полутьме. Прижавшись к стене, я шагнула ближе к повороту, прислушиваясь.

— Я хозяин этого дома, — глубокий голос Рэйзельда выдавал его напряжение. Разговор явно не предназначался для чужих ушей, но почему-то происходил возле лестницы из холла на второй этаж.

— Этого дома? — воскликнула герцогиня, почти перейдя на визг, и я поняла, что женщина находиться на грани истерики: — Да меня уже тошнит от этого особняка! Я сижу тут как пленница, без возможности нормально выйти замуж или вернуться ко двору! Я даже не могу поехать на день Скорби. Куда мне надевать мои платья?!

— Ты правда считаешь, что годовщина смерти ребенка это повод для того, чтобы похвастаться нарядами?

— Что?! Я не… Давно уже никто не помнит из-за чего отмечают день Скорби! Это просто дань уважения королеве. И прекрасный повод встретиться со старыми знакомыми, как и завести новые связи.

— Стелла, ты худшее,