Развод. Последняя измена - Айрин Лакс

— Я тебя люблю… — целует. — Господи, как же я тебя люблю. Ты мое… Мое. Абсолютно мое. Моя…

Новые искорки удовольствия запущены под кожу.

Целуемся, шутим. Вит много меня обнимает, нежно, говорит красивые слова. Купаюсь в его любви и меня совершенно не парит взгляды медсестры, которая явно ждала в коридоре, пока мы закончим.

Говорим обо всем.

Вит клянется, что в клубе ничего не было, и я ему верю. Верю во всем, и с гордостью рассказываю ему, какой хорошей и исполнительной женой я сегодня была.

— Ты моя умница. Я даже не представлял, какое это счастье — быть твоим мужем! — говорит он.

В больнице Виту предстоит находиться еще сутки, как минимум. Говорит, его почистили до скрипа… Уходит в душ, и я жду его возвращения с улыбкой на лице, а потом…

Потом замечаю его телефон. Кто-то сыплет сообщениями.

Всплывает последнее: «В смысле, это был последний раз?! Ты меня кинул, что ли?»

И следом — звонок…

С того же номера.

Глава 8

Инесса

Если делать все, как мне велел Кир или советовала Лара, мне не следовало поднимать трубку.

Надо спокойно возвращения Вита из душа дождаться и только потом сказать: «Тебе тут какая-то шалава написала. Номер никак не обозначен. Не вспомнишь, случайно, кто это такая? И о чем она говорит?»

Но стоит мне это представить, как пальцы рук потряхивает!

Поэтому я беру телефон.

Губы разом обносит сухостью, как будто налетел пустынный ветер и закинул в рот горсть песка.

Пальцы дрожат, мокрые такие, скользкие. Пот по вискам.

Я как будто в бане. Но внутри все-все застыло, покрыто корочкой льда.

Нажимаю ответить, подношу телефон к уху.

— Ты охренел, бросаешь меня? Это ты шалавам одноразовым такое говори, не мне, понял?! — выдает женский голос с претензией. — Меня никто не бросал, и ты — тоже не бросишь! Или рассказать о нас?

Мир перед моими глазами начинает вращаться, водоворотом сжимаясь до размеров черной точки. Она живая и пульсирует в такт моему ускорившемуся сердцебиению.

Стены сжимаются узким лабиринтом вокруг меня, стискивают до тошноты. Я с трудом сдерживаю порыв.

— Ты кто? — хватает сил спросить.

— А? — переспрашивает и сдавленно добавляет. — Извините. Ой… — блеет. — Я парню своему позвонила. На 921 номер заканчивается… Боже. Боже, простите! Я номер ошиблась. Вместо двойки пятерку нажала. Простите, пожалуйста, так неловко вышло! — и сбрасывает.

Я стою, сжимая телефон в кулаке, внутри такое чувство, полное недоверия.

Из комнаты с душем выходит Вит, в одном полотенце, низко сидящем на узких, спортивных бедрах. По обнаженной груди и прекрасному торсу стекают капли воды. У него отличное настроение, он себе под нос песенки напевает и вытирает голову полотенцем поменьше.

Муж складывает полотенце жгутом и перебрасывает его через шею.

— Ин? Ты чего такая хмурая? Что случилось?

Взгляд мужа медленно крадется по мне и вспыхивает, остановившись на телефоне у меня в кулаке. Я бросаю его в сторону обманщика.

— Держи. Твоя шлюха не в восторге, что ты ее кинул.

Он ловит телефон немного неловко, лицо мрачнеет. По нему проносится тень, губы сердито поджимаются вверх. Глаза принимают странное выражение.

— Ты опять? Чудится, Ин? Все же на лад пошло! Вот чего ты опять начинаешь?

— На лад кое-что пошло, да. То, как Киру успешно удается тебя отмазывать от скандала с наркотиками и шлюхами. А чего они тебе на основной телефон пишут? Заведи тайный телефон. Мне так будет проще делать вид, будто я ничего не замечаю!

— Что ты несешь?!

Муж возмущенно отбрасывает полотенце в сторону, я немного завороженно на него смотрю, понимая, что его усилия не проходят даром: сейчас он сложен прекрасно. Каждая мышца вылеплена и доведена до совершенства, четко перекатывается под смуглой кожей. Совсем недавно мы занимались сексом, мое тело еще помнит жадные, торопливые ласки!

Но я заставляю себя отвести взгляд в сторону.

— Я так больше не могу, Вит.

— Не можешь — что?! — сердито натягивает трусы. — Или ты просто ищешь предлог, чтобы расстаться? Надоело быть замужем за неудачником?!

Мне приходится снова посмотреть в его сторону и дать себе несколько секунд на переосмысление услышанного.

— Как тебе в голову могло прийти такое?! Что за чушь ты несешь! Я люблю тебя, я… я тобой горжусь, я все… все для тебя. На все забила. На все свои мысли, желания. Все! Все только так, как ты хочешь…

— О да, я тиран и подмял тебя под себя. Так, что ли?!

— Не передергивай, Вит. Тебе написала. Написала эта девушка!

— О… И что же она написала?!

Муж, в одних трусах, подходит ко мне и становится рядом.

— Давай посмотрим. Переписка. Номер мне незнаком. Так… «В смысле, это был последний раз?!» — читает вслух и открывает чат. — Пусто, мась. Ты понимаешь, а? Тут, блин, пусто! Это сообщение, отправленное с незнакомого номера, единственное! Как ты это объяснишь? КАК?!

— Ты… Ты чистишь переписки.

— Супер. А почему я тогда номер не сохранил. Как-нибудь… Типа «Паша Доставка»?! Почему?!

— Чтобы не вызывать подозрений.

— У тебя паранойя, — рычит муж. — Ты меня заколебала своей ревностью необоснованной.

Лицо полыхает.

От слез горчит во рту. Я так не люблю ссориться, ругаться по пустякам. Раньше вообще не могла ссориться с Витом, сразу уходила в себя, плакала. Но сейчас я уже не так девчонка, у которой глаза на мокром месте и язык вечно завязан узлом.

Глаза до сих пор мокнут от малейшей ссоры, но говорить я точно научилась и сейчас мне есть что сказать.

— Необоснованная ревность. А тебе не кажется, Вит… Тебе не кажется, что слишком много поводов для необоснованной ревности в последнее время? Сначала ты пришел… обдолбанный, — шиплю. — В помаде, с грязными трусами в кармане, потом видео вылезло. Допустим, видео — монтаж. Но откуда трусы, помада?! Откуда они, Вит?! А потом вдруг кто-то тебе пишет и, конечно, снова повода нет, да? Вот только эта девушка не только написала!

— Что?! — лицо мужа мрачнеет.

— Она позвонила, я ответила. Ее сразу понесло в ругань из-за расставания. Когда я спросила, кто она такая, девица сразу заблеяла, как овца, что-то говорила про перепутанный номер!

— Давай перезвоним! — предлагает Вит.

— На громкую поставь, — требую я, ходя вперед и назад, как тигр в клетке.

— Само собой, — огрызается.

В глазах Вита обида, боль и возмущение.

— Ты говорил, у тебя сердце не билось, а потом что-то обо мне…