Его любимая ученица - Трейси Лоррейн

— Почему ты так уверен?

— Да брось, — расстроено вздохнул я.

Усевшись за столик напротив нее, я не мог не задаваться вопросом, происходило ли все это на самом деле, или же спустя годы мечтаний мое воображение таки сыграло со мной злую шутку.

— Все хорошо? — нерешительно спросила Мэдисон.

— Ты понятия не имеешь, как долго я этого ждал.

— Обеда в маленькой закусочной? То есть, она хорошая, но ничего особенного.

— Мэдисон, я говорил не о закусочной. А о тебе.

— Но мы же встретились всего несколько недель назад.

Разглядывая стол, я вспомнил, сколько раз за прошедшие годы смотрел на нее.

— Что? О чем ты недоговариваешь? — прищурилась Мэдисон, и мне тут же захотелось уединиться с ней.

— Я хотел тебя много лет.

Судя по выражению лица, она не понимала, о чем речь.

— Но…

— В первый раз, когда я приехал навестить родителей после их переезда, ты загорала в саду.

— О, — Мэдисон широко открыла рот.

— С тех пор я постоянно фантазировал, как трахну тебя. Но ты была ребенком, — я покраснел от стыда.

Мэдисон лихорадочно сглотнула, и если бы не стол, я бы увидел ее сжатые бедра.

— Я приезжал снова и снова, только чтобы понаблюдать за тобой. Но я не мог к тебе прикоснуться. Ты была слишком молодой, слишком чистой, — помолчав, я вспомнил былые времена, и мой член напрягся под ширинкой. — Затем ты вошла в кабинет и стала еще более неприкосновенна.

— Но ты все равно прикоснулся ко мне.

— Я не устоял, милая. Ты мучила меня годами. Я больше не мог сдерживаться.

Посмотрев на ее напряженные соски, натягивавшие ткань тонкой блузки, я пододвинулся ближе.

— Что ты…

Мэдисон замолкла, когда я провел кончиком пальца по ее ноге вверх и вдоль края трусиков.

— Мне хочется узнать, такая ли ты сейчас влажная, как я думаю.

— Ох.

Скользнув под кружево и войдя пальцем в Мэдисон, я обнаружил ее истекавшей от возбуждения.

Она тяжело задышала и сжала мой палец, но тут подошла официантка. В глазах Мэдисон промелькнула паника, однако я не убрал руку.

— Что будете заказывать?

Ни один из нас не посмотрел меню, поэтому я выбрал первое, что увидел.

— Пару гамбургеров, картошку фри и два клубничных коктейля.

Официантка была слишком увлечена оформлением заказа и не обращала на нас внимания, что не мешало Мэдисон нервно ерзать на стуле от малейшего движения моего пальца.

— Ты не можешь, — прошептала она, как только официантка ушла.

— Милая, это еще цветочки. А теперь скажи, сможешь ли ты вести себя тихо, если я заставлю тебя кончить?

— Здесь? — взгляд ее широко распахнутых глаз заметался по закусочной и остановился на нескольких посетителях, сидевших в паре столиков от нас.

— Прямо здесь, — введя палец глубже, я изогнул его, задевая нужную точку.

Судорожно вдохнув, Мэдисон запрокинула голову.

Когда она задрожала от приближающегося оргазма, я склонился к ее уху.

— Давай. Только никому не говори, что кончила мне на пальцы.

Киска сжалась, и Мэдисон тихо хныкнула. У меня напрягся член, тоже желавший разрядиться.

Высвободив пальцы, я поднес их ко рту и под ее обжигающим взглядом дочиста облизал.

— Милая, ты на вкус как рай, — от моего комплимента у нее заалели щеки. — Когда ты краснеешь, я хочу зайти с тобой еще дальше.

Потупив взор, она возилась с салфеткой, пока официантка не принесла нам коктейли. Я неотрывно наблюдал, как Мэдисон сжимала губами трубочку и пила сладкое молоко.

— Черт возьми, Мэдисон. Ты хоть представляешь, как сильно я хочу приказать тебе сейчас же опуститься на колени?

Тут же прекратив пить, она округлила глаза.

— Я не думаю… — Мэдисон испугалась, и я поспешил ее успокоить.

— Сейчас я воздержусь. Но не думай, что однажды не прикажу.

Мы сидели в тишине и остро ощутимом сексуальном напряжении. Я отчаянно пытался тянуть время, но огромная гора работ, ожидавших оценок, вынудила меня завершить наш маленький обеденный перерыв.

* * *

— Где тебя высадить? — спросила Мэдисон недалеко от Ок-Риджа.

— Поезжай до дома, оттуда я дойду пешком.

— Что? — изумилась она. — Но нас могут увидеть. Будет подозрительно.

— Мы живем на одной улице. Будет подозрительнее, если мы начнем избегать друг друга, — возразил я, не позволив ей сделать из мухи слона.

— Дело не в том. Мы не должны быть вместе.

— Мы вместе, — сказал я немного резче, чем планировал, и Мэдисон повернулась посмотреть на меня.

— Вместе?

— Останови машину.

Несколько секунд спустя она припарковалась на обочине. Повернувшись к Мэдисон, я обхватил ладонями ее лицо и посмотрел ей в глаза.

— Ты моя, — заявил я. — Что бы ни случилось, ты должна об этом помнить, — она смотрела на меня сквозь слезы. — Понимаешь?

— Но что насчет…

— Мэдисон, мне похрен. Меня волнуешь только ты. Наверное, я влюбился в тебя сразу же, как только увидел в том белом маленьком купальнике. Тогда я не мог к тебе прикоснуться. А сейчас? Сейчас ты моя.

Вытерев большими пальцами ее слезы, я наклонился к ней и поцеловал.

— Моя, — прошептал я.

Она кивнула, и я почувствовал на своей коже еще одну соленую каплю.

Глава 9

Мэдисон

Мне удалось убедить девочек, что я не заболела и чувствую себя уже лучше, но некоторые, в том числе и Стейси, вопросительно посмотрели на меня. Судя по выражению ее лица, она не поверила ни единому моему слову, но я бы в жизни не призналась, что больно мне после того, как наш учитель лишил меня девственности.

Узнай кто-нибудь правду, и мистер Хендерсон — Джош — мог потерять работу.

Каждая фибра моей души кричала, что постыдно нарушать преподавательскую этику, но почему-то наша связь казалась мне правильной.

«Наверное, я влюбился в тебя сразу же, как только увидел в том белом маленьком купальнике», — крутились у меня в голове слова Джоша.

Он любил меня годами, в то время как я не подозревала о его существовании. Пускай ситуация казалась извращенной, но его чувства могли быть взаимны. Реально ли влюбиться так быстро?

Мне отчаянно хотелось поговорить с подругами и узнать, сочтут ли они меня такой же сумасшедшей, какой я считала себя.

Я засунула книги в сумку и приготовилась к лекции мужчины, трахнувшего меня накануне. Вспомнив о том, чем мы занимались в постели, я застонала. Меня охватил жар. После всего случившегося смогла бы я сидеть за партой и слушать своего преподавателя? Перед моим мысленным взором возникал он, голый и входивший в меня. Низ моего живота сжался, словно напоминая об изящной боли в ту секунду, когда