Поцелуй меня, любимый - Марина Леванова

Милада прошла в покои вслед за Мидином, остановилась и обвела оценивающим взглядом помещение: везде позолота, ковры, резная мебель и картины, а посередине — огромная кровать на помосте, на неё нужно было подниматься по ступеням.

— Вот ваша комната, — произнёс Мидин; его поразило, как степняк отреагировал на вызов принца из Велорочья — спокойно, даже как-то равнодушно. — Я обязан вас предупредить: нашему мудрому правителю может не понравиться то, что вы затеяли. — Гость остановился возле огромного окна и не оглядывался. — Я говорю о вашем поединке вне турнира, назначенном на завтрашнее утро в саду. Вы же понимаете: я буду вынужден сообщить об этом происшествии.

— За что вы переживаете? — тихо поинтересовалась Милада, с интересом наблюдая, как принцы собираются кучками и что-то обсуждают. — Что именно нельзя делать? У вас запрещены поединки?

— Нет, не запрещены! Но я волнуюсь, что по своей молодости и горячности вы можете попасть в беду, а нам потом расхлёбывать последствия и объясняться с вашими многочисленными родственниками, — Мидин не стал лукавить и сказал как есть.

— Я услышал вас! — Милада встретилась с ним взглядом. — Никто не пострадает! Я вам это обещаю.

— Хорошо. — Мидин едва заметно наклонил голову, стараясь не смотреть в глаза пранадармца. — Тогда я покину вас. Если вам что-нибудь понадобится, слуга за дверью. И пожалуйста, не забудьте: сегодня наш любимейший правитель устраивает пир в честь открытия турнира. — Понизил голос до шёпота и склонил голову ещё ниже: — Вы приглашены тоже.

— Спасибо. — Милада махнула рукой, отпуская эрганца, и снова принялась наблюдать за принцами во дворе, но как только дверь за мужчиной закрылась, взглянула на Свана. — Мне не стоило дразнить принца из Велорочья, да? — Сейчас, когда у неё появилась возможность всё хорошо обдумать и взвесить, затея с поединком стала казаться глупостью.

Но ответа не последовало. Сван приложил палец к губам, а затем повёл им по помещению, давая понять, что не стоит сейчас что-либо обсуждать. Подал знак воинам, и те разбрелись по комнате, тщательно осматривая стены и портреты. Все обратили внимание на то, как Гаруф выделил голосом название этой башни: что-то в ней точно было не так, и что именно, они собирались непременно выяснить.

Сван прошёл к столу и вытащил из подсвечника свечу, зажёг её и пошёл вдоль стен. По колебанию пламени ему удалось обнаружить два потайных прохода и три подслушивающих окна, которые находились за портретами.

Милада прошла в центр комнаты и принялась создавать полог тишины; это заклинание относилось к нейтральным и широко использовалось как на светлых землях её родины, так и в Эгране. Любой уставший путник мог применить его, чтобы отгородиться от внешнего мира и, например, хорошо выспаться или же, как в их случае, не быть подслушанным.

— Всё. Теперь мы можем свободно говорить. — Милада прошла к кровати и взобралась на неё. — Что мы имеем в результате?

— Два потайных прохода и три подслушивающих окна, — недовольно ответил Сван, исследуя со всех сторон огромный шкаф, чтобы найти устройство, которое открывало бы проход.

— Я не об этом, — грустно вздыхая, произнесла Милада. — Как мне быть? Идти завтра на поединок или нет? А сегодня вечером на пир?

— Идти однозначно! И на пир, и на поединок завтра, а потом и на турнир, и желательно, победить некоторых участников, чтобы пройти на следующий этап. Справитесь? — Милада кивнула. Сван серьёзно посмотрел на принцессу: — И по поводу вашего первого вопроса, стоило или нет дразнить принца из Велорочья. Скажу так: мне это не понравилось. Очень! Но если бы вы как-то иначе отреагировали на его вызов, то это выглядело бы подозрительно. А так… вы повели себя, как самый настоящий степняк — безрассудный, горячий, ничего не прощающий.

Милада ещё тяжелее вздохнула.

— Сван, скажи, мне будет достаточно его всего лишь ранить, правильно?

— Да, именно так и есть, до первой крови. Никто не позволит калечить принцев из соседних королевств, прибывших по приглашению самого правителя. Одно дело — турнир, и совсем другое — поединок.

— А что я буду делать на пире? — Милада села и испуганно уставилась на друга своего мужа.

— Есть, пить, вести беседы и присматриваться к своим будущим противникам. — Сван улыбнулся: уж больно по-девчачьи всплеснул руками степняк. — И знаете, что ещё? — Он постарался поймать взгляд Милады. — Вам нужно перестать заламывать руки, поводить плечом, мысленно откидывая косу на спину, и прекратить без конца трогать свои щёки, — усмехнулся: Милада снова приложила ладони к лицу, но, коснувшись щетины на щеках, брезгливо скривила губы. — Сейчас ваша кожа смуглая и на ней совершенно не заметен румянец, поэтому вас это не должно беспокоить.