Поцелуй меня, любимый - Марина Леванова

И, честно говоря, это был самый ужасный период в жизни Милады!

В неё пытались впихнуть кучу разных премудростей и всякой другой чепухи, в то время как ей хотелось лететь по полям на своей строптивой лошади и стрелять из лука, фехтовать с братьями или пойти подраться с дворовыми мальчишками. Но оказалось, что девочкам неприлично ходить с синяком под глазом и разбитыми губами, и тем более в порванных штанах.

Милада очень хорошо помнила те бессонные ночи, когда она безутешно рыдала в своих огромных покоях, сетуя на то, что родилась никчёмный девчонкой, а не мальчишкой. Да она тогда подумывала даже сбежать из дома и пойти путешествовать по свету! Неизвестно, к чему бы всё это привело, если бы королева-мать вовремя не сделала некоторые послабления для своей строптивой дочери. Принцессе было разрешено и дальше продолжать заниматься любимыми делами, но не забывать о своих прямых обязанностях.

Слуги распахнули двери, и гости вышли во двор. Милада застыла в недоумении.

Двор был заполнен сплошными принцами; они стояли, сидели, кое-кто даже вальяжно полулежал в специально установленных для гостей качелях, и все смотрели на неё с вызовом. Их Высочества, точнее, каждый из них, решил лично убедиться, правда ли, что за руку эгранской принцессы будет бороться самый настоящий пранадрамец.

— Тебе здесь не рады, степняк! — проговорил огненно-рыжий детина, отрываясь от каменной колонны и направляясь в их сторону.

О, как же Миладе были знакомы подобные типы! Смотрит исподлобья, губы искривились в презрительной усмешке, не идёт, а вышагивает, демонстративно поигрывая своими стальными мышцами. Так ведут себя, когда уверены в своей непобедимости. Она услышала, как за её спиной воины схватились за мечи, подняла руку, останавливая свиту. Смело пошла навстречу задире.

— А что так? — тихо спросила она, глядя прямо ему в глаза. — Испугались, что ли, — хитро повела бровью, но взгляда не отвела: “Ха, да я тоже так умею!”. — Да ты не переживай, не обижу! — и растянула губы в улыбке, а глаза продолжали изучающе скользить по лицу насмешника.

— Да ты! Да я... — Рыжий со злостью рванул свои манжеты, аж пуговицы посыпались под ноги, и принялся подворачивать рукава, с силой сжал огромные кулаки и пошёл на степняка. — Убью, гад!

Между ними вклинилась охрана дворца, остальные принцы поднимались со своих мест и с интересом наблюдали за происходящим.

— Да ладно тебе! — рассмеялась Милада.

— Я не шучу! Завтра. Один на один. В саду. Только ты и я, — детина грохнул кулаком себе в грудь. — На рассвете. До турнира. Выбор оружия оставляю за тобой. Если ты мужик, то придёшь.

— Хорошо, — спокойно, даже равнодушно произнесла Милада.

С балкона дворца за ними пристально наблюдали. Сабмила тут же со всех ног бросилась за отцом.

— Па-пень-ка, — вопила она, влетая снова в зал. — Там принцы задрались до турнира.

— Как задрались? — Гаруф поднялся с трона. — Я не давал такого распоряжения.

— Так они без твоего распоряжения задрались, завтра поединок устроят в саду.

— Может, это даже и к лучшему? — Правитель в задумчивости поскрёб подбородок. — А вдруг кто-нибудь прибьёт степняка, — и столько надежды прозвучало в его словах.

— Ну па-а-ап! — Сабмила укоризненно посмотрела на отца, в отчаянии заламывая руки. — Ты должен немедленно это прекратить! Они должны за меня сражаться, а не где-то там в саду, — топнула левой ножкой, подумала и для пущей убедительности капризно надула губы.

— Дочь моя! — повысил голос Гаруф, теряя остатки терпения. — Я не буду в это вмешиваться. Всё. Я сказал! Пусть себе развлекаются. Пусть хоть все передерутся. — Нашёл глазами командира личной охраны: — Пошли кого-нибудь узнать, где это будет происходить, хочу тоже посмотреть на это, но тайно.

— Отец! — заголосила принцесса, заливаясь слезами. — Ты совсем не любишь меня.

— Сабмила! — Гаруф строго посмотрел на свою дочь. — Не плачь! — Он усиленно соображал, что бы такого сказать, чтобы она прекратила свою истерику. Вспомнил! — У тебя опухнет нос и покраснеют глаза, и ты завтра на турнире будешь некрасивой.

Куда сразу все слёзы делись!

— Не буду больше плакать, — капризно выпятив нижнюю губу, тихо проговорила Сабмила, вытерла слёзы со щёк и испуганно ощупала свой красивый носик. — Но завтра я тоже хочу посмотреть на этот поединок. — Задумалась и тихо добавила: — Тайно.

— Хорошо, — недовольно согласился Гаруф. — А теперь иди, мне нужно работать.

Юная принцесса упорхнула из зала. Она была безмерно счастлива и поспешила сообщить эту радостную новость своей старшей подруге, которая по случаю предстоящих турниров приехала во дворец в надежде и для себя тоже найти мужа. Чанлиф была старше Сабмилы всего на четыре года, но уже успела побывать замужем и овдоветь. Детей она так и не прижила от старого мужа, но зато стала богатой наследницей и завидной невестой. Только если раньше выбирали её, то теперь выбор был за ней.

Сабмила без стука ворвалась в комнату Чанлиф и обомлела. Огромный воин, явно не из здешних земель, массировал стопы подруге и что-то ласково шептал ей.

— Ваше Высочество, — вскочил на ноги мужчина, смущённо поглядывая то на принцессу, то на её знатную подругу. — Я уже уходил, когда…

— Ага, уходил, — съязвила Сабмила. — Я видела.

Сконфуженный мужчина ринулся из комнаты; назавтра ему предстояло побороться за руку принцессы, а сегодня та застукала его за ласками, которые он дарил другой женщине.

— Даже если он выиграет, — Сабмила топнула ножкой, — я не подарю ему своего шарфа. — Возмущённо взглянула на свою подругу, она вдруг вспомнила, что видела этого воина в числе своих претендентов: — И мне не нравится, что ты соблазняешь моих принцев.

— Да куда тебе столько? — Чанлиф поднялась с подушек, перекинула косы на спину и поправила лиф платья. — Не жадничай! От них не убудет, а мне всё радость. Соскучилась я по мужской ласке, — грустно улыбаясь, произнесла она.

— Знаешь, они, между прочим, приехали за меня сражаться. — Принцесса готова была снова разреветься, а подруга лишь небрежно пожала плечами, показывая всем своим видом, что не видит ничего плохого в том, что случилось. — Вот пусть и сражаются. А ты потом возьмёшь то, что останется.

— Ну, ты и сказанула, — Чанлиф рассмеялась, но её глаза превратились в две узкие щелочки. Опустила босые ноги на шёлковый ковёр и встала во весь рост, потянулась, как кошка, демонстрируя свою пышную грудь, тонкую талию и округлые бёдра. — Знаешь, дорогая моя подруга, я возьму тогда, когда мне это понадобится, и поверь, ты даже не узнаешь об этом, — прикусила алую нижнюю губу, хитро поглядывая на принцессу.

Сабмила даже рот приоткрыла от удивления: она никогда прежде не видела свою подругу такой соблазнительной.

— И давай ты возьмёшь за правило всё же стучаться ко мне в покои. Иначе в следующий раз ты застанешь меня ещё за чем-нибудь… Похлеще, чем массаж стоп.