Свадьба под прицелом - Ива Ривер

И чего я вдруг такую чушь спорола?.. Конечно, не О’Генриевские персики, но тоже нормальный заскок.

Обижать друга не хотелось.

Так и не найдя подходящих слов, я не придумала ничего лучше, как просто заплакать, уткнувшись в подушку.

— Рит, ты чего? — растерялся Сашка. — Сон плохой приснился?

В его голосе слышалась такая неподдельная забота, что я зарыдала ещё горше.

— Саш, я не-на-ви-жу томатный сок, я люблю а-на-на-со-вый…

— И всё?!

Сашка чертыхнулся, сказал, что жить с такой явной шизой — это, наверное, пипец, как непросто, и пошёл добывать сок нужного формата.

Плакала я, конечно, не только поэтому. Точнее, совсем не поэтому, а обо всём сразу. Наверное, надо иногда всю эту дрянь накопившуюся выплеснуть.

«Поеду к Лике, встречусь с друзьями, потом на Кипр, Ланку заберу… и всё, как говорит Магистр, снова станет хорошо…» — думала, всхлипывая и обнимая кота.

После слёз полегчало, и к моменту Сашкиного возвращения я уже сбегала с Магом на улицу, заправила кровать, сходила в душ и была почти в порядке.

Только одним соком не ограничилось. На кухне обнаружился целый арсенал напитков. Весь стол был завален бутылками и пакетами.

— Сань, ты совсем того? Зачем столько-то?

— Ну откуда ж простому смертному знать, чего Ваше величество возжелает, окончательно пробудившись, — усмехнулся он. — Решил предусмотреть варианты по максимуму.

— Вот это ты находчивый! — я уселась, раздумывая, чего бы мне, действительно, такого возжелать. Помимо напитков на столе было полным-полно всякой снеди. — Кстати, смертный, а что ты делал у меня в спальне? — спросила, рассматривая упаковки с салатами.

— Строго говоря, не у тебя, а у себя в спальне, — Сашка, особо не мудрствуя, водрузил на тост толстенный кусок колбасы, откусил добрую половину и, почти не жуя, проглотил. — Ничего не делал, просто сидел, на тебя смотрел.

— И как? Увидел что-то новое? Впечатлениями поделишься? — я наконец определилась с выбором и пододвинула к себе крабовый салат. Магистр его любит — вот с него и начнём.

— А надо?

— Да не особо, — пожала я плечами.

— Вот и я говорю… интересные вы, спящие красавицы, глаз не оторвать, а холодом за версту веет… — Сашка вздохнул и тут же, подмигнув, перешёл к излюбленной теме. — Слушай, а может, правда, поженимся? Я тебя отогрею. — С тех пор, как мы расстались с Димкой, подобные предложения, хоть и в шутливой форме, озвучивались уже не раз.

— Веселовский, у тебя навязчивая идея, что ли? Подумал бы хорошенько, прежде чем такое предлагать. А то загнёшься ещё в неволе. Или меня претензиями вконец замучаешь.

— Вот совсем ты меня не знаешь.

— О, зато за три года я отлично узнала твоего друга! Низкий тебе, конечно, поклон за такое эпичное знакомство, но больше мы, пожалуй, с этого поля ягод собирать не будем. Уж так твой товарищ расстарался, что теперь у меня точно аллергия на любые отношения. Как сказал бы Магистр, я скорее откушу себе хвост, чем ещё раз в них сунусь.

Сашка обиженно засопел и сосредоточился на еде.

Это я, конечно, палку перегнула. Саня от Димки очень даже отличается, он у нас вообще почти во всех смыслах герой положительный. Можно сказать — мечта любой барышни на выданье. Вот только дружба наша для меня гораздо дороже потенциального романа, и рисковать ею точно не стоит. Как говорит одна моя подруга, мужья приходят и уходят, а друзья остаются. А так-то, да, было бы неплохо, наверное… милые совместные завтраки, милые ужины… но я ж сто пудов всё испорчу.

Какое-то время ели молча, но долго молчать Веселовский патологически не умеет, поэтому не прошло и нескольких минут, как разговор возобновился.

— А ты, что, серьёзно ему свой бизнес оставила?

— Да не знаю я, Саш… но как-то же надо этот узел разрубить…

Я как раз подвинула свою тарелку Магистру, который восседал тут же, на столе — то, что стол чужой, моего кота, конечно, не смутило — и он, смачно похрустывая огурцами, доел мой салат, хлебнул сока и допил мой кофе, слямзив под это дело пару ломтиков сыра.

— Ничего себе! — изумился Сашка. — Он, что, реально у тебя всё-всё жрёт? Даже кофе?! А это будет? — приятель глянул на свой греческий салат и придвинул его коту.

— Не, из твоих рук — вряд ли. Такое доверие ещё заслужить надо.

Можно было и не пояснять, Маг так красноречиво на него посмотрел, что Сашка, кажется, и без всяких слов всё понял.

— Уникальный зверь! — восхитился он.

— Сам ты зверь. Магистр — сверхсущество, — я засмеялась и поднялась из-за стола. — Ладно, Саш, пора нам, спасибо тебе за всё. Я печеньки с собой умыкну? Приглядишь за моей «крепостью», ладно? А то, боюсь, бывшая родня камня на камне не оставит. И цветы наши опять на вас с Анюткой остаются, ничего?

— Да догадался уже, — он тоже поднялся.

Я подошла и чмокнула его в щеку.

— Спасибо тебе большое! Правда! Что б я без тебя делала! Только скажи Анюте, чтобы хоть изредка с ними разговаривала. Или сам заходи. А то они затоскуют.

— То, что я затоскую, никого, конечно, не волнует… — вздохнул Сашка. — Так и не скажешь, куда собралась?

— Сказала бы, да ты ведь по доброте душевной Димке разболтаешь. Не обижайся. Я позвоню.

***

Дома я сразу попала в когтистые лапы Эллы. Не стоило бы уделять здесь столько внимания этой особе, но её последующий монолог, пусть и извращённо, но повествует о некотором отрезке моей жизни, а заодно и даёт понять, что ещё обо мне думают бывшие родственники.

— Явилась наконец, — скривилась она, едва я переступила порог родной квартиры. — Не утомилась ещё где попало шляться?

От такого приёма я, признаться, слегка ошалела, но быстро взяла себя в руки и решила не заводиться. Аккуратно подвинула тётку с дороги и молча пошла по уже заваленному всяким хламьём коридору. Всюду валялись обёртки от конфет, раскиданная обувь, машинки вперемешку с деталями конструктора, какие-то камни, коряги и даже песок. В воздухе висел стойкий запах пригоревшей каши.

— Детей бы постыдилась! — понеслось мне вдогонку. — А то добренькая, смотрю, такая! Сладенького с барского плеча принесла!

А кстати, где они, дети? Никаких других звуков, помимо Эллиных воплей, я не услышала, и это наводило на мысль, что либо ещё спят, что было бы странно, учитывая, что их мать орёт на весь дом, либо ушли на море.

«На море», — решила я, утешаясь тем, что мальчишкам не придётся наблюдать эту безобразную сцену.

Спальня «порадовала» неубранной постелью и разбросанными вещами, часть из которых почему-то оказалась моими. Я выудила их из общей кучи и скрылась в гардеробной.

Через минуту Элла ворвалась следом.