Свадьба под прицелом - Ива Ривер

Андрей с минуту в упор смотрел на него, а я даже вцепилась в подлокотник, ожидая, что сейчас-то он точно вытолкает парня взашей. Мы оба поняли, о чём пойдёт речь. Но против ожиданий, Андрей лишь нахмурился и заговорил даже как-то более спокойно.

— Не надо, я знаю, о чём вы. Видите ли, господин… Азаров, правильно? — Следователь кивнул. — Мы с Ликой довольно долго состоим… состояли в браке. Я очень любил свою жену, полагаю, она меня — тоже. Но в последние годы это чувство претерпело некоторые изменения. Не то чтобы стало меньше… нет, оно как-то качественно изменилось. Особенно со стороны Лики. Мне казалось, что она любит меня как брата. Да, именно как брата. Возможно, ей было этого мало, не знаю. Мы никогда это не обсуждали, а я никогда не опускался до недоверия и, тем более, слежки. Так что, если у моей жены и были какие-то связи — вы ведь это хотели спросить? — то мне о них ничего неизвестно.

— Спасибо, — сказал следователь, — я понимаю, насколько вам неприятен этот разговор. И раз уж так сложилось, мне бы хотелось задать несколько вопросов вашей племяннице. Вы позволите? — обратился он ко мне.

— Да пожалуйста, — пожала я плечами, не понимая, чем я-то могу помочь.

В этот момент зазвонил мой телефон, который полчаса назад в ожидании маминого звонка был снова включён. Мельком взглянув на дисплей и увидев, что никакая это ни мама, а опять проклюнулся Димка, я чертыхнулась и бросила аппарат в аквариум, стоящий рядом с диваном. Сонные рыбы испуганно метнулись в разные стороны.

Андрей глянул на меня и, решив, вероятно, что я не готова адекватно реагировать на вопросы, категорично заявил:

— В этом совершенно нет необходимости. Маргарита приехала утром, после трагедии. До этого она не была у нас несколько лет и почти ничего не знает о нашей жизни. Так что если у вас больше нет вопросов ко мне, мы бы хотели остаться вдвоём. Впрочем, боюсь, мне тоже нечего добавить к уже сказанному.

— Да, я понимаю, — следователь поднялся. — И всё же. Если вспомните что-то, заслуживающее внимания, пожалуйста, позвоните. Вот моя визитка, звонить можно в любое время. И на всякий случай, соблюдайте, пожалуйста, осторожность. Не исключено, что события будут развиваться не лучшим образом.

Он попрощался и направился к двери, а расстроенный Андрей даже не потрудился встать и проводить гостя. Мне стало неловко, и со словами «я провожу» я подскочила с дивана.

Магистр устремился за мной.

***

Мы молча спустились по лестнице и вышли на подъездную аллею.

Я искоса взглянула на следователя. Парень был высокий, спортивный, темноволосый, с отличной фигурой и широкими плечами.

«А он ничего, симпатичный, как раз в Ликином вкусе…» — мысль возникла не к месту, но что-то в ней было совсем не праздное. Правда, что именно, я осознать не успела.

— Маргарита Николаевна, — неожиданно обратился ко мне обладатель хорошей фактуры.

— Можно просто Рита, — машинально сказала я, продолжая раздумывать, с какой это стати мой мозг решил вдруг выдать столь странную параллель. Мысль отчего-то казалась важной, и мне не хотелось её упустить.

— Хорошо. Тогда и вы можете называть меня по имени, — в ответ предложил он.

— Не уверена, но попробую, — отозвалась я, а про себя подумала: «Какие приветливые сотрудники в местной прокуратуре… Интересно, это такая специальная игра, чтобы побольше выведать, или он по жизни такой симпатяга? А может, здесь все сотрудники правоохранительных органов — милейшие люди… Вдруг на них здешний климат как-то по-особому влияет? И всё-таки что же мне в нем напомнило о Лике?..»

— Рита… — имя было произнесено так, будто Виктор Андреевич пробует его на вкус, а ещё я с удивлением обнаружила, что он не смотрит на меня прямо, а тоже как-то странно искоса поглядывает.

«Не иначе как боится ослепнуть от такой красотищи!» — так и услышала я ехидный комментарий Магистра и даже чуть было не шикнула на кота.

Хотя… может, Маг не так уж и неправ. Вон, и голос у товарища совсем не такой, как при разговоре с Андреем. Не хватало ещё, чтобы гражданин следователь в меня влюбился и таскался к нам по любому поводу! И вообще, он не в моем вкусе, мне всегда нравились блондины…

Снова мелькнула та важная мысль, но я опять не успела её ухватить.

К тому времени Виктор, видимо, вспомнил, что он тут на службе, а не на свидании, обрёл твёрдость голоса и продолжил:

— Вы действительно долго не были в родном городе, тем не менее, я знаю, что у вашей тёти были с вами довольно доверительные отношения.

— Неужели? — я изумлённо приподняла бровь. Это правда, но он-то откуда знает? Звёзды, что ли, нашептали?

— Не удивляйтесь, все предельно просто. Я разговаривал с вашей мамой. Она сказала, что Анжелика Сергеевна не признавала женской дружбы — только соперничество, а посему близких подруг не имела. Так что если у неё и были какие-то тайны, она могла рассказать о них только вам или вашей маме. А поскольку ей она ничего не говорила, то вы единственный человек, с которым она ещё могла поделиться. Это дословно.

— Ах да, мама… — кивнула я. — Понимаете, Виктор… моя тётя была вполне самодостаточным человеком. К тому же она действительно считала, что между женщинами дружба в принципе невозможна, особенно если ты хороша собой и преуспела в жизни. Лика и мне не раз говорила, что дружить надо исключительно с мужчинами. Правда, не убедила. В детстве, с мальчишками, да, получалось, и было даже здорово, но с годами… В общем, сложно это.

— Готов поспорить, все потенциальные друзья становились вашими поклонниками, — удивив проницательностью, улыбнулся Виктор.

— Неважно. Речь ведь, кажется, не обо мне? — не знаю, почему, но его слова меня одновременно смутили и разозлили.

— Вы правы. Продолжайте.

— Так вот. У Лики в самом деле не было подруг, и если она с кем-то и говорила о своей жизни, то только со мной и мамой. Да и то редко и в общих чертах. Думаю, со мной исключительно в воспитательных целях, чтобы я училась на её ошибках, вы же знаете, как родственники любят наставлять… Впрочем, тётя почти не совершала ошибок, — я ненадолго замолчала, раздумывая, откровенничать или нет, и всё же решила сказать правду. — Знаете, периодически у неё действительно случались романы. Но очень-очень короткие, и больше похожие на флирт. Такие, знаете, «однодневки» для поддержания формы, как она выражалась. Тётя была очень красивой, неудивительно, что многие сразу на неё западали.

— Вижу, у вас это семейное, — улыбнулся Виктор.

— Вы опять?

— Извините.

— Я к тому, что это мог быть совершенно случайный человек. Малознакомый, понимаете?

— Пока не очень. Хотите сказать, что ваша тётя была неразборчива в связях?

— Нет, ну что вы, я вовсе не это хочу сказать. Как бы это объяснить… Ну… к примеру, умерла бы я, и вы пришли бы побеседовать с Ликой…