Вкус огня - Ханна Хауэлл

— Успокойся. — Коул начал сдавать карты.

— Так кто же там? — Ройал был близок к панике.

— Антония, Санчо и Камден, — отозвался Коул.

— Моя жена осталась на ранчо с восьмилетним мальчиком и маленьким ребенком?

— Успокойся. Возможно, я ошибаюсь.

— Я еду домой.

Дентон вскочил на ноги, чтобы остановить Ройала.

— Как ты поедешь в такую погоду?

— Антония способна сама о себе позаботиться, — сказал Коул.

— Да, она справится с бандитами и индейцами, но что, если начнутся роды? Я еду домой. — Ройал оделся и вышел.

— О черт! — Коул поднялся. — Нет, ребята. Вы оставайтесь здесь, — распорядился он, увидев, что работники тоже встают. — Отправятся только члены нашей семьи. Кроме того, если Антония и в самом деле рожает, чем ей поможет толпа ковбоев? Ты едешь, Дентон? — спросил он, задержавшись у двери.

— А как ты думаешь?

— Думаю, мы можем утонуть.

Ройал не оглядывался, но знал, что братья следуют за ним. Как ни хотелось ему поспешить, приходилось двигаться медленно, потому что все тонуло в пелене дождя, а дорогу развезло и она была небезопасна. Если бы Ройал не знал с самого рождения каждый дюйм этой земли, он едва ли добрался бы домой. Дождь хлестал ему в лицо при каждом порыве ветра.

Добравшись до ранчо, Ройал въехал в конюшню. Там было пусто, и никто не откликнулся на его зов. Коул и Дентон появились сразу же за ним. Повозки на месте не было, а это означало, что женщины до сих пор не вернулись. Еще больше его встревожило то, что здесь стояла чья-то чужая лошадь.

— Черт, никогда не видел, чтобы здесь было так пусто, — нахмурился Коул.

— О лошадях позаботимся потом. — Ройал направился к дому. — Сначала узнаю, как там Антония.

Он подбежал к дому. Входная дверь была заперта, и Ройал начал барабанить в дверь. Через секунду детский голос спросил, кто стучит.

— Санчо? Это ты? Открой.

— Сначала скажите, кто вы.

— Черт возьми, Санчо, это же я, Ройал, открывай проклятую дверь!

— О, сеньор, как хорошо, что вы вернулись! — обрадовался Санчо и, открыв дверь, впустил троих мужчин.

— А где все, черт возьми? Что, уехали? — встревожен но спросил Ройал.

— Да, сеньор. Остались только сеньора, Камден и я. Потом началась гроза, и сеньора приказала мне закрыть двери.

Хотя мальчик не казался особенно испуганным, что-то в нем насторожило Ройала.

— Где сеньора?

— Наверху, в постели, хозяин. Ребенок решил появиться на свет. Она сказала, что он не может ждать.

Тот же страх, который заставил Ройала скакать, несмотря на ливень, теперь приковал его к месту. Он посмотрел наверх. Неужели случилось то, чего он ждал с такой тревогой?

— Что, Антония рожает?

— Да, сеньор.

И тут сверху донесся крик. Ройал бросился наверх. За ним последовали братья. У двери в комнату Ройал замер.

В затуманенное болью сознание Антонии проник какой-то шум. О'Нил уверял ее, будто боль продлится лишь несколько минут, но Антонии казалось, что это длится уже несколько часов. Увидев Ройала, примчавшегося сюда в такую непогоду, она испытала смешанные чувства. Зная, что роды неприятное зрелище для мужчины, Антония не хотела, чтобы Ройал видел все это, но с другой стороны, ей было приятно чувствовать, что он рядом с ней.

Ройал не верил своим глазам и не понимал, как вести себя. Антония лежала на кровати, вцепившись в спинку, и явно страдала от ужасной боли. А громадный рыжеволосый мужчина с распахнутой на груди рубашкой внимательно следил за тем, что происходит между ног Антонии.

— О'Нил? — Ройал сделал шаг к кровати.

— Не подходи близко, пока не вымоешься и не высохнешь, — сказал О'Нил.

— Но…

— И если поспешишь, успеешь увидеть, как этот упрямый ребенок появляется на белый свет.

— Пошли, Ройал. — Коул потянул брата за руку. — Я помогу тебе. Дентон и Санчо, присмотрите за лошадьми?

— Но…

Когда они вышли в холл, Коул сказал:

— О'Нил знает, что делает. Если он велел вымыться, ты должен послушаться его. Поблагодари Бога за то, что он появился здесь в нужный момент.

— Но откуда, черт возьми, он взялся?

— Лиам подоспел вовремя, как и тогда, с Томасом.

Идем.

— Ройал, — прошептала Антония, увидев мужа, но когда он исчез, решила, что это пригрезилось ей. — Ройал здесь?

— Да, девочка, — ответил О'Нил. — Только что вернулся. Но он мокрый и весь в грязи. Ему надо вымыться. А теперь у тебя есть несколько минут. Решай, хочешь ли ты, чтобы он был здесь, или нет.

— И ты не пустишь его, если я попрошу тебя об этом?

— Конечно, даже если мне придется связать Ройала.

— Роды такое неприятное зрелище…

— Так и есть, девочка. — Лиам засмеялся. — Конечно, картина некрасивая, но зато он увидит, что ты даришь ему.

— Да. Ройал хочет быть здесь. И я этого хочу, хотя и понимаю, что не в лучшем виде.

— Ну ладно, я посмотрю, как он себя поведет.

— Скоро? — прошептала Антония. — Скоро это начнется?

— Скоро, девочка. Я понимаю, что тебе тяжело, но все идет как надо.

Застегивая на ходу пуговицы чистой рубашки, Ройал быстро подошел к Антонии. Она протянула к нему руку.

— Чуть не опоздал, Ройал, — заметил О'Нил, затем обратился к Антонии: — Когда я скажу тебе, поднатужься изо всех сил, дорогая.

Словно зачарованный, Ройал смотрел, как его дитя появляется на свет. Антония крепко сжимала руку мужа, а он затаив дыхание ждал, когда его ребенок в громадных руках О'Нила подаст первые признаки жизни. И в тот момент, когда младенец закричал, Ройал с облегчением закрыл глаза.

— Живой, — прошептал он, улыбнувшись. — О'Нил!

— У нее небольшой обморок, — сказал О'Нил, осмотрев Антонию. — Не о чем беспокоиться. У тебя прекрасный сын.

— Сын! — Ройал взглянул на кричащего младенца, которого мыл О'Нил.

— Кричит, как здоровый ребенок.

— О да! — рассмеялся Ройал и перевел взгляд на плачущего племянника. — Дентон, — позвал он, выйдя в коридор с Камденом на руках.

Дентон взял сына на руки:

— Как Антония?

— Отлично. Мне надо вернуться гуда.

— Подожди. — Дентон схватил Ройала за руку.

— Мальчик, — предвосхитил Ройал вопрос Дентона, и братья подошли к кровати.

Ройал неотрывно смотрел на спящую жену и лишь изредка бросал взгляд на колыбель, где спал их новорожденный сын. Он должен услышать ее голос, и только тогда он поверит О'Нилу, который утверждал, что Антония скоро придет в себя.