В твоё доверие. По рукоять - Ди Темида

И отстраненной.

Отстраненной от меня.

– Привет, милая. Не хочешь объясниться? – я никак не мог сдержать опасных интонаций в голосе, параллельно пытаясь понять, что за хрень и что она скрывает за увлажнившимися глазами.

Что произошло, блять?

Грейс сделала шаг по направлению ко мне и в знакомом жесте нервно заломила запястья, потирая их. Я откинул голову назад, упираясь затылком в холодную стену, но не торопясь вытащить нож из ткани. Наблюдая за ней.

– И я даже сейчас не про твой выкрутас с клинком… – мрачно продолжил я, озирая застывшую Грейс из-под полуопущенных ресниц. Она вся тряслась: её хладнокровие и концентрация во время тренировки развеялись по ветру. – Я узнал от твоего капитана, что ты тоже едешь на «рулетку». И что вчера отравилась и плохо себя чувствовала. Тебе напомнить твой ответ в сообщении? Какого хрена?..

Я даже не стал заканчивать вопрос – она и так всё поняла. В остекленевших голубых глазах вспыхнул стыд и страх.

Но Грейс сегодня явно вознамерилась побить все рекорды по непредсказуемости и отсутствию объяснений.

Она вдруг сорвалась с места и в два счёта сократила расстояние между нами, наклонившись максимально близко к моему лицу. Я держался из последних сил, чтобы не схватить её губы своими – настолько между нами была раскаленная атмосфера. И плевать на разговоры. Эта тренировка, чтоб её…

Пауза. Короткая, подхлестывающая током.

И её последующие слова, сказанные горячим, взволнованным шёпотом, пока Грейс обхватывала нож за рукоять, стёрли весь сексуальный подтекст и напрочь сбили меня с толку:

– Нам нужно поговорить, Норд… Найди меня на корабле, – она со смачным звуком выдернула клинок и удалилась так быстро и стремительно, что я даже глазом не успел моргнуть.

Что?!

Что это было!

Эта девчонка!..

Доведет меня до ручки.

Я вскочил и со всей злости пнул близлежащий снаряд, игнорируя боль в ноге.

Ни обняла, ни поцеловала – ничего, кроме непонятных слов.

Что за чертовщина, блять, происходит?

***

Разъяренным дьяволом вернулся на улицу, даже не попытавшись её догнать.

Ничего. Ты у меня получишь, засранка.

Я из тебя всю душу вытряхну на «рулетке», всё разузнаю.

Её слова, её тон, её непролитые слёзы гвоздями вбились в подкорку. Что-то явно произошло или происходило, раз Грейс в таком состоянии. Сейчас для меня не существовало никакой другой цели, кроме как сразу же после начала игры обнаружить её и запереть в каком-нибудь трюме или в другой части судна, допрашивая до победного. До новых поцелуев и большего… Клянусь, Грейс, каждый дюйм твоего тела будет изнывать под моими вопросами.

Мне нужно её вернуть. Её прежнюю в саму себя. Её прежнюю ко мне.

Как она… вообще посмела вот так встретить меня?

Что за игры?

Пытаясь унять сердцебиение и ненужное сейчас возбуждение, я с такой беспощадностью и яростью рявкнул «По машинам, блять!» на стоявших рядом с внедорожником ребят, что те, затрусив, тут же ринулись внутрь.

– Что, Эммерсон, плохой день? – с издевкой в голосе спросил долбаный Том, при полной экипировке стоявший неподалёку рядом со своим транспортом и как-то странно, многозначительно посмотревший на Грейс, которая появилась из ниоткуда.

Успела переодеться и подойти к нам. Она моментально покраснела и через секунду скрылась во внедорожнике.

Не понял…

В это мгновение я готов был размозжить голову Томми голыми руками. И свою собственную за то, что даже не пытаюсь остановить её от поездки и всё выяснить прямо здесь.

– Тебе пиздец, Томми, – выплюнул я в его сторону и, не дожидаясь ответа, до звона стекла шарахнул дверью, забравшись на водительское.

Да, эмоционирую. Но эффективен тот, кто умеет выжидать. Даже если его вот-вот разорвёт изнутри.

– Норд, что случи…? – настороженно и тихо начал было Лэн, сидевший рядом, но я остановил его взмахом руки.

Он оценивающе рассматривал дырку в моей куртке.

– Умолкни. Прошу тебя, – звук заведенного взревевшего двигателя казался мне один в один схожий с тем, что звучал сейчас где-то под рёбрами набатом.

***

Что случилось за один, мать его, день такого, что она даже не прикоснулась ко мне? Один долбаный день – и я не узнавал Грейс.

Где я накосячил? Ей явно нужно поговорить со мной о чём-то серьёзном. В области живота бушевал дикий ураган, готовившийся вырваться на свободу, как только кто-нибудь даст повод.

Мы доехали до Восточного Острова. К и так разъярённому состоянию примешалась апатия: пейзажи здесь неизменчивы. Здесь всё так же мертво.

Оставив машины рядом с выцветшей кормой огромного вблизи судна, мы вышли. Я не преминул схватить проходящую мимо Грейс за локоть:

– Поговорим здесь. Я не пущу тебя на корабль.

Она тут же ловко высвободилась, чуть ли не отскочив на шаг назад.

– Нет, – сказала как отрезала, вызывав этим очередную волну негодования во мне.

– Да какого хрена, Гамильтон?!

Восклицание услышали немногие. Но среди них был Томми, к которому она вновь отошла – он оскалился, взглянув на меня. Только упавшая на плечо рука Лэна не дала психануть и наброситься на ублюдка прямо сейчас.

Очевидно, единственный способ остановить Грейс от непосредственного участия в «рулетке», это уничтожить Томми. Но это пока не предвиделось, и больше всего во всей этой безумной ситуации мне казалось странным, что он позволил ей участвовать. Может, беситься от ревности и не нужно вовсе – какой нормальный мужчина отпустит объект своего вожделения на такую опасную игру?

Ничего не оставалось, как смириться. С происходящим.

– Это всё… Очень странно, – пробормотал Лэн, сжав мое плечо и отпустив. Закрыв собой обзор, он хмуро смотрел за мою спину, на перешеек вдали, – У него что, больше не было кандидатур кроме неё?

– Не знаю, блять, – огрызнулся я, чувствуя, как раздуваются ноздри.

На тросах мы поднялись на полу-обрушенную палубу. Когда я отряхнулся, поправляя оружие, то заметил, что Грейс нужна помощь – подойдя к краю, я, не думая, протянул руку. Это не ускользнуло от цепкого внимания Тома, который шумно и возмущенно выдохнул.

Я точно втащу ему сегодня. И не один раз.

В один момент я и Грейс столкнулись щеками, когда подтягивал её. Я услышал очень тихое, едва различимое: «Подыграй мне…»

Я поспешил отойти от неё, зная, что ещё секунда – и точно перестану держать себя в руках. Потому что ни черта не понимал, и меня ещё никогда так не раздражало неведение. Хоть что-то сказала, что-то намекнула, ну наконец-то!

Игнорируя объяснения Лэна, который взялся модерировать всю эту хрень и раздавал нам сейчас рации для связи, я, как грёбаный стервятник,