Рыжая Мэри - Анна Бартова

«Победа». Час ночи

В эту ночь никто не спал. Пираты, бывшие на стороне Рыжей Мэри, забрав нужные инструменты и материалы, перешли на разбитый фрегат, отчасти починенный командой Яна. Джеральд, тепло попрощавшись с Кристофером и Патриком, переправился с освобожденными пиратами на соседний корабль. Эдуард, отдавая приказания, следил за тем, чтобы пленных отводили в трюмы, и расставлял возле них охрану. В самих трюмах также дежурили по четыре солдата, держа наготове ружья. Сабли Яна были отобраны, сам капитан был крепко связан и сидел один в кают-компании под неусыпным взглядом пяти вооруженных людей сэра Левода. Ардан бранился и грозился отомстить больше других, однако когда его втолкнули в тесную клетку, уже набитую пленными, и защелкнули замок, он замолчал и устало опустился на пол, не предпринимая никаких попыток к освобождению.

Тем временем «Победа», подгоняемая попутным ветром, покачиваясь на волнах, быстро приближалась к скалам, где ожидали ее возвращения голодные, испуганные и измученные люди, некогда гордившиеся тем, что попали в список гостей «Ручья».

Как только Патрик положил бесчувственную Мэри на койку, Кристофер приступил к выполнению своих профессиональных обязанностей. Рана на руке девушке была глубока, и кровь долго не удавалось остановить, однако после получаса отчаянной борьбы за ее жизнь рану удалось зашить. Кристофер возблагодарил судьбу, что Рыжая Мэри была без сознания и не чувствовала боли при операции. Затем, тяжело вздохнув, медик отер набежавший на лоб пот и сел напротив больной рядом с подавленным Патриком.

— Она выкарабкается, вот увидишь, — ободряюще сказал доктор, хотя голос выдавал его сомнения.

— Я не прощу себе, если… — сдавленно начал тот, но тут же осекся и закрыл лицо грязными и огрубевшими руками.

— Она сильная. Все будет хорошо, — наигранно бодро заверил Кристофер.

Милорд Вэндэр кивнул, понимая, что друг пытается его успокоить, но сам был мучим теми же волнениями.

— Я сделал все, что мог, — глухо произнес мистер Эскью и, быстро сняв с носа треснувшие очки, начал протирать их обрывком рубашки, пытаясь успокоиться.

— Я знаю, Крис, — так же глухо отозвался Патрик.

Друзья замолчали, говорить было нечего, все было понятно без слов. Пустые, обнадеживающие и не приносящие облегчения фразы были бессмысленны. Зачем говорить, если и так все ясно? Мэри смертельно ранена, вероятно, она уже не очнется. Кристофер понимал это как врач намного лучше милорда Вэндэра, но говорить об этом не собирался. Понимал он также и то, что, прикладывая в сражении нечеловеческие усилия, она уменьшила свои шансы на поправку. И все же Крис на что-то надеялся. Это было безумием, но он надеялся.

Каждый углубился в свои мысли, ища утешения и не находя его. Надежда, слабая, неотчетливая, далекая и почти невозможная, блестела тусклым светом в душе друзей. Но озвучить, спугнуть ее они не решались. Мысль, что этот слабый огонек может ускользнуть, растаять, как мыльный пузырь, будто его и не было, тяжелым камнем давила сердце и сковывала горло.

Патрик закрыл глаза. Одинокая крупная слеза потекла по его раненой небритой обветренной щеке. Кристофер похлопал его по плечу и негромко вздохнул. Как же медленно тянулось для них время! Эта ночь казалась бесконечно мучительной, долгой. Никто не знал, что принесет утро, и от этого становилось еще тяжелее.

В это время Эльза, не зная, куда ей приткнуться и робея перед молчаливыми и грозными пиратами, быстро переправляющимися с «Победы» на соседний корабль, тихо стояла на носу судна. Для нее время неслось быстро. Вскоре «Победа» оставила искалеченный французский фрегат далеко позади. Эльза же с интересом и страхом следила за спускающимися пленными и вооруженными солдатами. Она не знала, сколько времени простояла так, глядя на суету людей на палубе. Вероятно, долго. Девушка уже начала замерзать и решила пойти в каюту, выделенную ей, как вдруг к ней подошел сэр Левод.

— Доброй ночи, сэр, — опустив глаза, пробормотала она.

— Да, — усмехнулся он, — для нас с вами она добрая.

— Сэр, — дрожащим голосом начала Эльза, — вы знаете, что сэр Габриель погиб?

— Да, мисс, знаю.

Эльза подавила рыдания и, смахнув слезинку, хлюпнула носом.

— В этот вечер, — негромко и задумчиво протянул офицер, — мы потеряли много достойных людей. Вы, мисс, вероятно, знаете, что нас было сто человек, включая разбойников, которых пришлось отпустить. После боя нас осталось лишь шестьдесят семь. — Он вздохнул. — Противники, думаю, потеряли пятьдесят своих бойцов, может, чуть больше.

— Сэр, вы не знаете, где сейчас Мэри?

Эдуард повернул голову, удивленно заметив, что девушка назвала свою подругу не по титулу, но по кличке.

— Ей очень плохо, неизвестно, выживет она или нет.