Братья Карилло. Обретая надежду - Тилли Коул

Мы просидели так целый час, а потом Элли сжала мне руку.

– Тебе лучше пойти и рассказать всем хорошие новости. Иначе мама с папой скоро полезут на стену.

В голове промелькнул образ матери-испанки Элли, разносившей больничное крыло, требуя впустить ее сюда, и я ухмыльнулся.

– Хорошо, малыш, – проговорил я и, в последний раз поцеловав жену и дочь, направился из палаты в комнату ожидания, где собралась вся наша семья.

Когда я открыл дверь, мама Элли мгновенно вскочила на ноги и бросилась ко мне.

– Аксель, – облегченно проговорила она с сильным испанским акцентом. – Как мои девочки?

Ее красивое лицо весьма напоминало лицо Элли, лишь выглядело более зрело. В ее карих глазах я видел опасение и тревогу.

Не в силах сдержать улыбку, я ответил:

– Прекрасно… чертовски здорово.

Мама Алита разрыдалась и обняла меня за шею. Я закрыл глаза и глубоко вздохнул, посмеиваясь над ее откликом на чувство облегчения. Алита и Гейб стали мне родителями. Они никогда не осуждали меня, просто приняли как мужчину, которого любила Элли, и относились ко мне, словно к сыну. Они были просто прекрасными свекром и свекровью, а их дочь – идеальной женой… И они обожали Остина и Леви.

– Она тебя ждет, – сказал я.

Миг спустя Алита помчалась по коридору, практически вбежав в родильную палату. Я слышал, как она что-то счастливо кричала всю дорогу.

Гейб, папа Элли, подошел ко мне и пожал руку.

– Поздравляю, сынок. Добро пожаловать в клуб «Папа дочери». – Он рассмеялся, словно это была какая-то особая шутка. А потом притянул меня к груди и, похлопав по спине, прошептал: – Удачи.

Когда он ушел, мне под ноги внезапно бросились два карапуза. Я наклонился, чтобы подхватить их на руки.

– Zio Акс! – воскликнул Данте, его пухлые щечки раскраснелись, а зеленые глаза казались огромными.

– Привет, приятель, – проговорил я и поцеловал его в щеку. Он хихикнул, но тут же Тейлор хлопнула меня по лицу, тоже требуя внимания. – Я тоже, дядя Акс. Я тоже хочу поцелуй!

Смеясь, я чмокнул ее в щеку, и она оттолкнула руку Данте, заставив того нахмуриться.

– Ладно, ладно, мисс, довольно, – строго сказала Молли и взяла дочь у меня из рук, но прежде коснулась губами моей щеки. – Поздравляю, милый. Не могу дождаться встречи с ней.

Лекси шагнула вперед и взяла у меня сына, который все еще смотрел на Тейлор. Глядя на это, Лекси покачала головой и радостно мне улыбнулась. Наклонившись, я поцеловал ее в щеку.

– Я так рада за тебя, Акс, – сказала она.

Следом подошел Роум и протянул руку:

– Поздравляю, Акс, – произнес он и стиснул мою ладонь. – Позаботься о них, ладно?

Я кивнул, и он отошел. Отношения между нами никогда окончательно не наладятся, но, по крайней мере, мы миновали стадию желания убить друг друга и могли находиться в одной комнате… даже ладить, в некоторых обстоятельствах.

Я искал взглядом Леви и Остина. Они вместе подлетели ко мне и одновременно обняли за шею. Смеясь, я тоже сжал их в крепких объятиях.

– Auguri, fratello!⁵² – сказали они и отошли, счастливо и гордо улыбаясь.

За плечом Леви я увидел его девушку, Элси. Она подошла и обняла меня за талию.

– Рада за тебя, Акс, – произнесла она, и я рассмеялся, глядя на ее милое личико со светлыми волосами.

– Спасибо, Элси. Ну? – спросил я. – Кто хочет познакомиться с моей дочерью?

Все друзья и семья направились в родильное отделение. Данте и Тейлор снова оказались у меня на руках.

Моя прекрасная дочь покорила всех за считаные секунды.

________________________________

52 - Поздравляю, брат (ит.).

* * *

Наступила ночь. Я сидел и смотрел на жену, спящую на больничной кровати, а потом поцеловал ее в щеку. Элли пошевелилась и чуть приоткрыла глаза. Я держал дочь на руках, и малышка не сводила с меня карих глаз.

Элли подняла руку и запустила ее в мои длинные волосы.

– Ты в порядке, папа?

Я улыбнулся и взглянул на нашу дочь.

– Прекрасно, carina. Чертовски здорово, – прошептал я.

Я посмотрел на дверь, чувствуя необходимость подышать свежим воздухом. Элли, должно быть, прочитала это по моему лицу.

– Иди, малыш, покажи ей ночное небо.

Я склонил голову набок и проговорил:

– Я люблю тебя, Элиана Карилло.

Сонно улыбаясь, она пробормотала:

– Я тоже люблю тебя, Аксель Карилло. Ты – все мое сердце.

В последний раз поцеловав ее в голову, я направился к двери. И только собирался выйти, как Элли прошептала:

– Тебе нужно выбрать имя, папа. Твоя дочь не может навечно остаться Малышкой Карилло… И, кажется, я знаю, как бы ты хотел ее назвать. Но ты еще не набрался смелости их спросить, правда?

Я на мгновение закрыл глаза. Как всегда, жена слишком хорошо меня знала.

Глядя на свою дочь, завернутую в розовое одеяльце, я глубоко вздохнул и зашагал к выходу. В коридоре стояла тишина. Я направлялся в частный сад гинекологического отделения. Когда я подошел к посту медсестер, старшая из них, которая присматривала за моей маленькой семьей, подняла глаза, и лицо ее расплылось в улыбке.

Я показал повязку на руке, которая электронным образом соединялась с биркой на лодыжке дочери. Она сообщала медсестрам, что я отец малышки.

– Она не отключится, если я войду в местный сад? – Я указал подбородком в сторону двери.

Медсестра покачала головой.

– Нет, вы можете туда пойти. Он огорожен изгородью и под охраной. Так что сигналы тревоги не сработают. Ну, если вы не надумаете отрастить крылья и улететь.

– Нет, никаких крыльев, – ответил я и зашагал вперед.

Держа на руках своего ребенка, нашу с Элли дочь, я чувствовал, будто происходящее нереально. Я то и дело поглядывал на малышку, дабы убедиться, что не сплю. Что это все, и моя жизнь, не просто один чертовски хороший сон, от которого не хотелось просыпаться.

И я понятия не имел, как, черт возьми, грешник вроде меня заслужил все это.

Когда я открыл дверь в сад, расположенный на крыше, меня окутала летняя ночь, кожи коснулся теплый воздух. В этот час в маленьком частном саду никого не было, поэтому я двинулся к клочку травы и сел, прислонившись к стене. Держа дочь на руках, я поднял взгляд к ясному ночному небу. Сегодня все звезды были на месте, и по губам расплылась ностальгическая улыбка.

Я посмотрел на малышку. Дочка сморщила носик во сне. Проведя пальцем по ее щечке, я открыл рот и запел: