В ловушке - Вера Холлинс

Ты толстая. Ты не умеешь петь. Иди домой. Тебе место в зоопарке, бегемот. Воющий кот звучит лучше тебя.

Я схватилась за микрофонную стойку, чтобы отрегулировать ее на нужную высоту, меня почти тошнило. Я не могла этого сделать. Я собирался открыть рот, но ничего не вышло. Я собирался испортить свои песни. Я, несомненно, провалюсь.

Это была ошибка. Как, черт возьми, я думала, что смогу сделать это перед всей школой?

Я схватила свою гитару. Я чувствовала, что могу убежать отсюда в любой момент, но затем слова Блейка вернулись ко мне, напомнив мне, как важно оставаться.

— Бегство не заставит плохие вещи исчезнуть. Терпи. Давай отпор. И даже если ты пострадаешь в процессе, по крайней мере, в конце ты не будешь жалкой трусихой.

Мел и Хейден оба говорили мне, как важно смотреть своим страхам в лицо. Я и сама это знала, но всегда выбирала легкий путь. Я чувствовала, как мои мышцы расслабляются, и больше воздуха достигает моих легких. Я снова оглядела аудиторию и нашла своих родителей. Даже со своего места я могла видеть яркую улыбку моей мамы, которая помогала мне успокоиться. Они были там и верили в меня.

Если я сейчас убегу, даже не попытавшись сыграть, я пожалею об этом. Мне нужно было это пережить. Это была очень личная песня, но если я не смогу исполнить ее сейчас, я не смогу и надеяться исполнить какую-либо из своих песен в будущем.

Я сделала еще один глубокий вдох и посмотрела на Сару и Мелиссу, которые улыбались мне, подняв большие пальцы. Хорошо, я смогу это сделать.

— Я Джессика. — Мой голос дрожал, но я продолжала. — Песня, которую я собираюсь спеть, рассказывает историю, которая началась с издевательств, но превратилась во что-то другое. Она несет в себе особое послание, и я надеюсь, что вам понравится. Она называется «В ловушке».

Ничего не произошло.

Я закрыла глаза и провела пальцами по струнам, сыграв первые несколько нот. Мои руки так дрожали, что я была уверена, что пропущу что-то, но мелодия, которая получилась, была хороша. Она была даже более чем хороша. Она обняла меня и вывела из места, полного неуверенности, в место радости, позволив мне забыть о своем страхе.

Все началось с ненависти,

А закончилось любовью

Ты и я, мы загнаны в угол

В мире пыли,

В этом бесконечном круге

Наша история как разбитое стекло.

Я не могу перестать любить тебя.

Я не могу начать прощать тебя.

Я в ловушке.

Я загнана в угол.

В этом мире, где нет ничего, кроме нашей боли

Я разрываюсь,

Мне остается только гадать

Было ли все это просто одной большой игрой?

Судьба хорошо сыграла с нами

Между раем и адом

Я в ловушке

Я открыла глаза и позволила им найти Блейка, замедляя темп перед вторым куплетом. Я почувствовала толчок в животе, когда наши взгляды встретились, притянутые той же невидимой нитью, которая всегда держала нас связанными.

Подсолнухи цветут,

Но некоторая любовь никогда не расцветает.

Это мое извинение

И последнее признание тебе.

Шрамы слишком глубоки, чтобы зажить

И все, что осталось — это страх

Я не могу перестать любить тебя

Я хочу начать прощать тебя

И я в ловушке

Я загнана в угол

В этом мире, где нет ничего, кроме нашей боли

И я разрываюсь,

Мне остается только гадать,

Было ли все это просто игрой?

Судьба хорошо сыграла с нами

Между раем и адом

Глаза Блейка не отрывались от моих, и грубое выражение на его лице разрезало меня. Это были тоска, благоговение и тоска, объединенные вместе, позволяющие мне излить душу — позволяя мне соединиться с ним, как никогда раньше, и моя грудь сжалась от любви к нему.

Я принимаю свою любовь, наблюдая, как ты уходишь

На краю прошлых сожалений, боли и печали

Просто тень под звездным небом, ты и я

А потом поцелуй

Или два

Или три

И я в ловушке

Я загнана в угол

В этом мире, где нет ничего, кроме нашей боли

Я разрываюсь

Мне остается только гадать,

Было ли все это просто игрой?

Судьба хорошо сыграла с нами

Между раем и адом

Я в ловушке.

Я дернула за струны и остановилась. Моя грудь сжалась от эмоций, которые вызвали слезы на моих глазах. Я не могла отвести взгляд от Блейка, по-настоящему захваченная его взглядом, который передавал его истинные чувства. Он никогда раньше не смотрел на меня так — взгляд такой нежный и безмерно мягкий, что он почти разрушил меня.

Теперь он знал. Теперь он знал, что я люблю его. Я сняла с себя все слои лжи, сомнений и ограничений и позволила ему увидеть это. Я позволила себе увидеть это, приняв правду. Я люблю его.

Вокруг раздались аплодисменты, и я вздрогнула, глядя на публику, только сейчас вспомнив, где я нахожусь. Не было никаких насмешливых лиц или усмешек, только широкие улыбки и выражения восхищения, когда они устроили мне овацию стоя, и облегчение нашло свое продолжение во мне.

Я смогла излить свою душу. Мне удалось выступить соло перед всеми и поразить зал. Волна гордости за себя, сильнее, чем когда-либо прежде, нахлынула на меня. Я никогда не чувствовала себя лучше, чем сейчас.

Я улыбнулась Кевину, и только сейчас я поняла, что меня сильно трясет. Публика все еще хлопала, что развеяло все оставшиеся у меня сомнения или неуверенность.

— Ты была великолепна, Джесс, — сказал Кевин, выключая свою GoPro. — Это было потрясающе.

— Спасибо, — пробормотала я, прежде чем встать и поклониться.

Я посмотрела на родителей и почувствовала, что могу расплакаться в любой момент, потому что они никогда не выглядели так гордо по отношению ко мне, как сейчас. Они оба были на ногах, яростно аплодируя мне. Мама вытирала слезы, а я приложила руку к сердцу.

Я всегда надеялась, что мои родители будут смотреть на меня так из-за моей музыки, и теперь, когда это произошло, я почувствовала, что могу покорить весь мир своим голосом и своей гитарой. Я могла бы воплотить свои мечты в реальность.

— Джессика, это было чудесно! — Сказала мне мисс Донован. — Я узнаю талант, когда вижу его, и позволь мне сказать тебе — однажды ты станешь большой звездой.

Ее похвала значила так много, что у меня