В ловушке - Вера Холлинс

— Ты здесь, если мне нужна… даже после всего, что я тебе сделал. — Медленно он взял мою руку в свою, не отрывая от меня взгляда. — Я был таким дураком. Я делал тебе самые ужасные вещи, и вот ты здесь, предлагаешь помощь тому, кто даже не заслуживает этого. — Он покачал головой, улыбаясь себе, но улыбка была самоупреком. — Все эти годы я чувствовал себя одиноким. У меня была семья и друзья, но они никогда не могли заполнить эту пустоту внутри меня. Я всегда был пуст, но теперь, с тобой…

Я затаила дыхание.

— Со мной…? — Я подстегнула его, слишком любопытная, чтобы узнать.

— Мы были врагами. У нас есть все основания не быть рядом друг с другом. У тебя есть все основания ненавидеть меня. Но прямо сейчас, с тобой, я чувствую, что так и должно быть. — Он погладил мою ладонь большим пальцем. — И мне нравится это чувство.

Я наблюдала за нашими соединенными руками. Мне хотелось сказать так много всего, но слова застревали у меня в горле. Он полностью открылся мне, позволив мне увидеть гораздо больше, чем я когда-либо надеялась.

Я прочистила горло.

— Я также не могу лгать тебе и говорить, что я пережила наше прошлое, потому что я не пережила все то, что ты сделал. Некоторые из моих шрамов все еще свежи, но все, что я знала до сих пор, это то, что я убегала от тебя и обвиняла тебя. Я не хочу больше чувствовать горечь и позволять ей отравлять меня. Поэтому я хочу начать все сначала. Можешь быть уверен, что я тебя не предам. Я никому не расскажу то, что ты мне только что рассказал.

Призрак улыбки на мгновение появился на его лице, когда он удерживал мой взгляд.

— Я знаю. Я понял это в тот момент, когда ты пропела эти слова, глядя на меня так, будто я был всем для тебя. Перед всей школой… так смело.

Я перестала дышать, мне стало жарко под его взглядом. Я вернулась в тот момент на сцене, когда мы смотрели друг на друга, связанные чем-то, что было сильнее нас или нашего прошлого. Мы оба были марионетками иронии, которая управляла нашими жизнями, ибо как что-то столь чистое, как мои чувства к нему, могло возникнуть из уродства? Как мой враг мог превратиться в того, кого я хотела бы защитить?

— Зачем ты отдаешь мне свое сердце? Я тебя не заслуживаю. — Его слова были полны боли.

Я вытащила свою руку из его, покраснев.

— Это не то, что я выбрала. Я не выбирала, что чувствую, но, с другой стороны, я верю во второй шанс. Я верю, что если ты хочешь измениться, ты заслуживаешь второго шанса.

Кратчайший проблеск надежды осветил его лицо, но затем его глаза потемнели, и он отвернулся.

— Слишком поздно для второго шанса.

Мое дыхание остановилось.

— Что ты имеешь в виду?

— Я уже говорил тебе о своем обещании. Я намерен его сдержать.

Мое сердце сжалось.

— Ты хочешь отомстить своим похитителям.

— Да. Им это сошло с рук, но больше нет. Я искал их годами, и теперь, когда я наконец нашел их, я добьюсь справедливости для Эммы.

Страх проник в каждую мою пору, когда мои глаза следили за гребнями напряженных мышц на его спине. Страшный голос глубоко внутри меня сказал мне, что это не кончится хорошо.

— Вот почему у тебя были эти фотографии, ты следишь за ними. — Он кивнул. — А то видео? Ты смотрел его в тот день. Почему?

Он ответил не сразу. Он глубоко вздохнул и бросил на меня прожигающий взгляд.

— Потому что я начал слишком много думать об одной девушке, позволяя себе представлять вещи, которые мне не по карману. — Мой живот слегка подпрыгнул. — Мне нужно было напоминание, чтобы я не забыл, что самое важное.

Никогда не забуду.

— Вот почему ты написал «Никогда не забуду»?

Он кивнул. Я на секунду закрыла глаза. Мне хотелось насладиться его словами, но я не позволила им отвлечь меня от более насущного вопроса.

— Так ты собираешься добиться справедливости для Эммы ценой своей жизни? Но что ты планируешь сделать?

Короткое молчание, последовавшее за моими словами, было словно предчувствие тьмы.

— Я приду к ним домой и убью их.

Я зажала рот руками, молча крича.

— Нет, ты не можешь быть серьезным.

Он повернулся ко мне лицом.

— Я очень серьезен.

— Но ты не убийца. Ты не такой.

Он сделал шаг ко мне, его глаза были жесткими и неумолимыми.

— И откуда ты знаешь, кто я? Откуда ты знаешь, что у меня внутри? — Он ударил себя кулаком в грудь. — Годами я жил с этим ядом. Годами я испытывал эту ярость, которую нужно выплеснуть. Я больше не могу жить с этой несправедливостью.

— И что ты собираешься делать? Просто ворваться в одиночку?

Он не ответил, но ему и не нужно было. Его лицо сказало мне все, что мне нужно было знать, и невидимая рука схватила мое сердце и болезненно скрутила его.

— Вот почему ты не хочешь ехать в какой-то далекий колледж, — сказала я. — Ты хочешь остаться здесь, чтобы отомстить им.

— Я никогда не заботился о колледже. Я знал, что как только я найду этих сукиных детей, у меня будет только два варианта: убить их и оказаться в тюрьме или умереть, пытаясь.

Новые слезы хлынули по моему лицу. Он был готов отказаться от своей жизни и будущего ради того, чтобы разобраться со своим прошлым. Он был готов убить…

Я бросилась к нему и схватила его за предплечье.

— Ты не можешь этого сделать. Ты не можешь! — Я повысила голос, впадая в истерику. — Я понимаю, как сильно ты ее любишь, и я понимаю несправедливость, но власти должны с ними разобраться. Ты не можешь разрушить свою жизнь…

— Разве ты не понимаешь?! — Он схватил меня за плечи и притянул к себе, его глаза наполнились слезами. — Я не смогу жить дальше, если не сделаю этого! Это была единственная причина, по которой я выкарабкался и нашел в себе силы продолжать жить, и каждый раз, когда я хотел сдаться, у меня было это видео, чтобы напомнить мне не делать этого. Моя месть — единственная причина, по которой я не покончил с собой давным-давно.

Я задохнулась.

Муки, страх, мысли о самоубийстве… Я не знала, что он таит в себе столько боли. Я не знала, что она так глубока.

Мои пальцы