Да! Да! Да! - Мэгги Осборн

– Жан-Жак причинил нам ущерб, - медленно произнесла Джульетта, - но он дал нам кое-что ценное, возможно, даже больше, чем получил от нас.

Клара кивнула:

– Кто поймет человеческое сердце? Может быть, он по-своему любил нас. - Она первая вышла из экипажа возле кладбища, кивнув мистеру Гласкону в благодарность за помощь.

Аккуратные ряды надгробий покрывали заросшее травой кладбище, где было достаточно солнца, чтобы оно казалось мирным и приветливым, и достаточно ветра, чтобы получить небольшую передышку после дневного зноя.

– Немного напоминает кладбище Ньюкасла, - сказала Зоя, стараясь идти в ногу с мистером Гласконом, - если не считать того, что там преобладают сосны, а не тенистые лиственные деревья.

Они умолкли, приблизившись к белому камню, украшенному резьбой, представлявшей собой переплетение виноградных лоз и гроздьев. Под этим бордюром стояло имя Жан-Жака и даты его рождения и смерти. Ниже была надпись: «Да почиет он с миром, и пусть его грехи не отягощают его загробной жизни. Уильям Шекспир».

– Пусть его грехи не отягощают его загробной жизни, - повторила Джульетта. Закрыв глаза, она подняла лицо к солнцу, и весь гнев ушел из ее сердца. Все ушло - боль, ярость и раздражение.

Когда она открыла глаза, то увидела Зою и Клару, которые тоже выглядели умиротворенными. Кажется, они тоже сказали «прощай» Жан-Жаку, и на них снизошел покой. При звуке колес приближающегося экипажа мистер Гласкон бросил взгляд на железные ворота. Его брови высоко поднялись, а плечи распрямились.

– Мои дорогие, прошу прощения за то, что должно сейчас случиться, но Лома-Гранде - маленький городок, и новости здесь распространяются чрезвычайно быстро.

– Что?

– Леди узнала о вашем прибытии и хочет с вами встретиться.

– Кто, ради всего святого?…

Женщина в черном вдовьем наряде вышла из экипажа и поспешила им навстречу. Ни ее лицо, ни фигура не вызвали у них никаких воспоминаний, но четверо маленьких мальчиков, следовавших за ней, были очень похожи на Жан-Жака.

На лице мистера Гласкона появилась вымученная улыбка, потом он представил им миссис Жан-Жак Вилетт. В ту самую минуту, как он назвал имена Джульетты, Клары и Зои, лицо Мари Вилетт просияло, и она, по-видимому, не заметила изумления на лицах трех женщин.

– Я всех вас знаю! - сказала она восторженно. Она говорила с очаровательным французским акцентом. - Я все знаю о прекрасных кузинах Жан-Жака. Он говорил о вас с такой нежностью.

– Кузинах? - переспросила Клара слабым голосом.

– Да, хотя до недавнего времени я и не имела удовольствия познакомиться с более дальними родственниками Жан-Жака, но у меня такое чувство, будто я давно знаю вас всех.

При улыбке на щеках Мари Вилетт появлялись пленительные ямочки, у самых уголков рта. Если бы Клару попросили назвать самое красивое во внешности Мари Вилетт, что, должно быть, привлекло и восхитило Жан-Жака, она бы побилась об заклад, что он влюбился в эти ямочки.

– Что? - спросила Джульетта. - Простите, я любовалась вашими сыновьями и не расслышала.

– Кажется, вы богатая наследница и любите читать, мисс Марч. А вы, мисс Клаус, я думаю, все еще владеете и управляете замечательной гостиницей на побережье океана в Орегоне. А вы, мисс Уайлдер, происходите из многодетной семьи. Мой муж так много говорил о вас и так хорошо о всех отзывался!

Джульетта украдкой бросила взгляд на мистера Гласко-на в надежде на то, что тот подаст знак, как вести себя в столь шокирующей и неприятной ситуации. Но мистер Глас-кон стоял, заложив руки за спину, и не собирался вмешиваться. Если бы приезжие «жены» Жан-Жака вздумали рассказать о себе поподробнее и раскрыть Мари Вилетт глаза на то, как чудовищно она была обманута, он и тут бы им не воспрепятствовал.

– Пожалуйста, - обратилась к ним Мари Вилетт с улыбкой, - возвращайтесь со мной на виноградник. Мы выпьем чаю и мило поболтаем.

Зоя дернулась, будто невидимая рука потянула ее за невидимые нити и заставила выпрямиться.

– О! Благодарим вас, миссис… миссис Вилетт, но… - Она с отчаянием посмотрела на Клару, не находя предлога для отказа.

Клара ринулась на помощь:

– Мы бы очень хотели узнать вас поближе, но, видите ли… мы… - Она бросила умоляющий взгляд на Джульетту.

– К сожалению, мы должны отклонить ваше приглашение. Мы прервали чрезвычайно важное для нас путешествие, чтобы отдать последний долг у этой могилы, - сказала Джульетта без запинки. - Возможно, в следующий раз, когда мы окажемся в этом прелестном месте, мы с радостью примем приглашение.

Ну не странно ли было, что они проделали столь долгий путь, чтобы защитить Жан-Жака? А может, они защищали Мари и маленьких мальчиков? Но Джульетта не сомневалась, что они поступают совершенно правильно. Двигаясь как во сне, она шагнула вперед и пожала руку Мари Вилетт:

– Я всем сердцем сострадаю вам и скорблю о вашей потере.

Клара и Зоя уставились на нее, потом последовали ее примеру. Они приблизились к Мари, пожали ей руку и выразили свои соболезнования.

– Он был таким добрым, хорошим человеком, - прошептала Мари Вилетт, и глаза ее наполнились слезами. - Он был прекрасным мужем и замечательным отцом.

– И я не сомневаюсь, что он сумел обеспечить вас, - сказала Клара мрачно.

– Действительно, это так, мистер Вилетт оставил нам приличные средства.

Прежде чем Клара успела уточнить методы Жан-Жака по части добывания денег, Зоя толкнула ее локтем в бок.

– Примите мои самые искренние соболезнования, - пробормотала она при этом.

Зоя была искренней, ей было откровенно жаль Мари Вилетт. Ни одна добрая женщина еще не выходила замуж за человека с таким количеством «кузин»!

– Мне бы хотелось, чтобы вы посетили наш виноградник. Не могли бы вы выкроить несколько минут? Я бы…

– О нет, нет, уже поздно, - ответила Джульетта. - Мистер Гласкон, право же, мы должны… ехать, если вы ничего не имеете против.

Мистер Гласкон кивнул. Они поспешно попрощались, пожали руки мисрис Вилетт, прижались щеками к ее щекам и щедро надавали лживых обещаний поддерживать отношения… Наконец Джульетта, Клара и Зоя взобрались в экипаж, а мистер Гласкон на козлы, и карета тронулась.

– Ну, - сказала Джульетта невыразительным, тусклым голосом, - теперь все.

Клара нахмурилась:

– Я снова передумала. Все-таки он был гнусной ядовитой змеей! Как он мог так с ней обращаться? И с нами тоже!

– А мне интересно знать, сколько еще у него «кузин», - сказала Зоя достаточно громко, чтобы мистер Гласкон мог ее слышать. Но мистер Гласкон никак не прореагировал.

– Я чувствую себя почти так же скверно, как тогда, когда поняла, что Жан-Жак не вернется домой, - заметила Джульетта, прижимая руки в перчатках к вискам, - возможно, даже хуже.