Новый путь - Кэрри Лонсдейл

– Я пойду. – Она собирает сумочку, телефон, ключи.

Чейз подвигает к ней по столу блокнот.

– Возьми это. Дилан хотел бы, чтобы он попал к тебе.

Джой не сомневается. Схватив блокнот, она прижимает его к груди.

Чейз оставляет на столе двадцатку, более чем достаточно за кофе. Джой выходит из закусочной первая, а на стоянке поворачивается к нему.

– Спасибо, что приехал. Я бы беспокоилась.

Чейз надевает очки, сует руки в карманы.

– А если бы вы с Диланом не договорились встретиться сегодня?

– Думаю, мы нашли бы друг друга.

Все эти десять лет она думала о Дилане. Сделка помогала ей поддерживать с ним эмоциональную связь. Обстоятельства, при которых они узнали друг друга, не давали ей забыть о прошлом. Из-за нее Джой после развода еще три года ждала и надеялась.

Играя желваками на скулах, Чейз смотрит в сторону федеральной трассы. Джой впервые думает о том, как потрясла его смерть Дилана. Он потерял двоюродного брата, лучшего друга, партнера по бизнесу. Невосполнимая потеря.

Чейз переводит взгляд на нее. Его лицо кривится от горечи.

– Жаль, что вы, ребята, не встретились.

– Мне тоже жаль. – Как много ей хотелось бы сделать по-другому. – Но это все в прошлом. Теперь нам ничего не остается, кроме как постараться и получше прожить свою жизнь.

Чейз всматривается в ее лицо.

– Ты замечательная женщина, Джой. Я понимаю, почему Дилан влюбился в тебя.

Джой грустно улыбается. Чего бы она только не отдала, чтобы услышать эти слова от Дилана.

Давление внутри нарастает, подступает к горлу.

– Прощай, Чейз. – Весь остаток сил уходит на то, чтобы голос звучал спокойно.

– Береги себя, Джой.

Чейз галантно дожидается, пока она сядет в машину, прежде чем занять место в своей. Он проезжает мимо, машет ей в пассажирское окно и жмет на газ. Его роскошный спорткар уносится по шоссе прежде, чем она успевает включить зажигание своего «Мини». Телефон Джой автоматически включается вместе с двигателем, и она трясущимся пальцем жмет на воспроизведение.

– Привет, Джой. – Его голос жидким золотом заполняет салон. Ее захлестывают воспоминания о нем и их путешествии, настолько живые, что кажется – он здесь, рядом с ней. Можно протянуть руку и вложить ее в его ладонь. Верх кабриолета откинут, ветер треплет его волосы, одна рука лежит на дверце. Широкая улыбка окаймлена сексуальной щетиной. Он предлагает сыграть в дорожную игру, озорно поблескивает глазами.

Джой охватывает долго сдерживаемое чувство утраты. От безысходного горя разрывается грудь. По щекам ручьями льются слезы.

– Привет, Дилан, – шепчет она в ответ.

– Хочу признаться и извиниться, – начинает он, потом умолкает. – Наверное, начну с признания. Я не выполнил условия нашей сделки.

«Какой именно?» – задумывается Джой.

– Ни одной из них, – сообщает запись, и Джой тихо смеется. Потом плачет, потому что у него такой виноватый голос. – Веришь или нет, я узнал твою фамилию почти сразу, как только мы познакомились. Увидел на твоей кредитке «У Роба». Джой Эверс. Это значит «радость навсегда». Навечно моя, как хотелось мне думать. Я вспоминал тебя каждый день. И все время тебя искал. Завел аккаунт в «Фейсбуке». Я понимал, что это безумие. Витал в облаках. Но мне хотелось видеть твои посты. Наверное, я надеялся… Не знаю. Быть может, увидеть какой-то знак, что ты тоже скучаешь. Как я скучал по тебе. Даже не думал, что буду так тосковать. А до этого не ожидал, что влюблюсь, но влюбился. Я люблю тебя, Джой, – шепчет он.

Ох, Дилан.

Он признался ей в любви. Джой сдерживает рыдания.

– Трудно любить на расстоянии, вот почему я должен извиниться перед тобой. Я пытался избавиться от любви к тебе. Поэтому выпустил «Веселую поездку». Думал, поработаю над проектом, расскажу все слушателям, и мне станет легче. Не помогло. Тебя любить я стал еще больше, а себя – меньше. Я не оставил на дороге случившееся между нами. Я поделился этим с миром, понимая, что ты наверняка услышишь запись. Надо было заранее тебя спросить или хотя бы связаться позже, но я этого не сделал. И за это прости. Ты меня прощаешь? – На последнем вопросе его голос срывается.

– Да, – шепчет она. Соленые слезы щиплют лицо. Джой сует руку в сумочку за салфеткой, но замирает, услышав звуки его гитары.

– Я должен был спеть тебе это много лет назад, – говорит он и начинает исполнять «Веселую поездку». Не ту ускоренную ритмичную версию, что записал Трейс с «Очертаниями». Голос Дилана звучит бархатисто и завораживающе, так, как он напевал эту мелодию, когда они ночевали под звездами. Он поет эту песню так, как ее нужно петь. Поет о нежданной любви и совпавших жизнях, о том, как она нашла место в его сердце, как взяла в поездку к чему-то светлому.

Песня заканчивается, и Дилан шепчет:

– Я люблю тебя, Джой.

– Я тоже тебя люблю, – шепчет она в ответ. Те десять дней с Диланом останутся для Джой бесценными, но в Ладлоу ее ничто больше не держит. Глубоко вздохнув, она пристегивается и выруливает со стоянки. Но перед выездом на шоссе останавливается, и ее губы кривятся в грустной улыбке.

Порывшись в сумочке, Джой достает компакт-диск с «Веселой поездкой». Вставляет его в проигрыватель и делает звук погромче. Свернув на запад, Джой берет курс на побережье Калифорнии и гонится за закатом.