Триумф экстаза - Юджиния Райли

Услышав донесшийся сверху вопль, мужчины подскочили.

— О Господи, она умирает! — воскликнул Эдгар. — Я должен пойти к ней!

Дэвид снова схватил его за руку.

— Нет, дядя, тебе нельзя. Ты только будешь мешать. Холли сказала, что они обязательно позовут тебя, если будет нужно.

— Отпусти, племянник! Мне не хочется сбивать тебя с ног, но, клянусь Богом, я пойду к своей жене!

Дэвид вздохнул и отпустил его. Эдгар побежал наверх и забарабанил в дверь. Через несколько секунд Холли приоткрыла дверь и сурово посмотрела на Эдгара:

— Что вам нужно, мистер Эшленд? Мы еще не закончили.

— Я слышал ее крик, уйди с дороги, девчонка!

— Нет, сэр! — возразила Холли, наваливаясь всем телом на дверь. — У вас родилась дочь, но вам не подобает входить, пока мы не закончим!

Эдгар ослабел.

— Дочь? — прошептал он и увидел в щелочку спящую Эмили с маленьким свертком на руках.

— Да, сэр. А теперь подождите. И служанка закрыла дверь.

По лицу Эдгара разлилась улыбка. Дочь! Эмили жива! Ребенок выжил! Дочь, его маленькая девочка! Вскоре Холли сжалилась над ним.

— Теперь вы можете войти, мистер Эшленд, — торжественно объявила она.

Взволнованная Мария бросилась к Эдгару, глаза ее сияли от радости.

— Ох, какой счастливый день, сеньор! Поздравляю вас!

— Спасибо, Мария, — сдавленным шепотом ответил он. Эдгар тихонько сел на стул рядом с кроватью. Холли взяла у спящей Эмили сверток и положила его на руки Эдгару.

— Теперь мы выйдем, мистер Эшленд, — сказала она. — Позовете, если мы понадобимся.

Эдгар слышал, как женщины собрали белье и вышли. Он сидел прямо и неподвижно, пока малышка не шевелилась. Дрожащей рукой отец приподнял край пеленки над личиком дочери. О, какой прекрасной она была! Он прикоснулся к маленькому сжатому кулачку; крохотная ручка властно ухватилась за его палец.

— Ну и хватка у тебя, малышка, — сказал он своей дочери дрожащим голосом. — Ты похожа на свою мать, знаешь ли, у тебя золотистые волосы и темные ресницы. Не могу дождаться, когда ты откроешь свои глазки. Они такие же голубые, как у твоей матери? Я думаю, ты будешь очень красивой, моя дорогая.

Эдгар долго и завороженно наблюдал за ней, пока девочка не уснула. Потом на цыпочках подошел к колыбельке и осторожно положил в нее свою дочь. Затем снова сел и стал смотреть на спящую жену.

Она была такой бледной, почти белой! Эдгар погладил влажные золотистые локоны, рассыпавшиеся по подушке. Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Благодарю тебя за дочь, любовь моя, — прошептал он, и глаза его затуманились.

Эдгар откинулся на спинку и стал смотреть на жену, размышляя над историей своих отношений с Эмили.

Он женился на этой девушке, чтобы удовлетворить свою похоть. Он вел себя легкомысленно и безжалостно использовал ее, не зная того, что полюбит Эмили. Осталась ли теперь хоть капля надежды? Сможет ли жена когда-нибудь полюбить его в ответ? Или уже слишком поздно?

— Дай мне еще один шанс, Эмили, — с жаром прошептал он. — Пожалуйста!

Ее веки затрепетали; Эмили натянула простыню до шеи, но продолжала лежать неподвижно.

— Эдгар? — слабым голосом произнесла она и посмотрела на мужа, усталого и очень печального.

Тут она вспомнила: Эдгар хотел сына. Эмили занервничала, оглядела комнату и увидела свою дочь в колыбельке.

— Почему она лежит там?

— Малышка спит, — успокоил Эдгар жену.

— Я хочу держать ее на руках.

Он встал и принес Эмили драгоценный сверток.

— Твоя дочь очень похожа на тебя, дорогая, — с любовью прошептал он, кладя новорожденную матери на руки.

Эмили посмотрела на девочку, словно хотела убедиться, что та жива и здорова. Эдгар сел, и она снова увидела в его глазах грусть. Эмили опустила глаза на младенца, чтобы скрыть готовые пролиться слезы.

Муж разочарован!.. Дочь ему ни к чему, как и она сама! Он отнес малышку в колыбель, словно ее вид оскорблял чувства отца, ждавшего сына.

Эдгар откашлялся и сообщил:

— Аарон мертв.

— Да, я знаю. Благодарю тебя за то, что ты спас мне жизнь. И ей тоже.

— Я только жалею, что не мог убить его сто раз, дорогая.

— Это был подлый человек, — согласилась Эмили. — Он… рассказал мне о себе и… Оливии. Как ты, наверное, ненавидел его!

Эдгар нахмурился.

— Ты думаешь, я поэтому его убил?

Эмили вздохнула и покрепче прижала к себе малютку.

— Я уверена, ты не хотел, чтобы он повредил мне или твоему сыну.

— Дочери, — ласково поправил Эдгар.

Эмили взглянула на него, губы ее дрожали от обиды.

— В то время ты думал, что это сын.

— Эмили, какую чепуху ты говоришь? Ты хочешь сказать, что я бы не бросился спасать тебя, если бы знал, что ты носишь девочку?

— Да! — крикнула она, и слезы потекли по ее щекам. Эдгар встал, даже немного растерялся, но протянул к ней руки.

— Дорогая, как ты можешь так думать…

Эмили была утомлена, ей было больно, и что-то в ней сломалось.

— Не прикасайся ко мне! Я больше этого не вынесу! Я хочу одного — уехать домой!

Эдгар тяжело опустился на стул, лицо его вытянулось от отчаяния.

— Домой? Разве не здесь твой дом, Эмили?

— Нет! — зарыдала она. — Когда это был мой дом? Ты меня принудил выйти за тебя замуж, ты удерживал меня здесь против моей воли. Я думала какое-то время, что мы… но тут ты ополчился против меня! Как ты можешь называть этот дом моим, если я никогда тебя не выбирала — и вообще ничего не выбирала? Я не твоя жена, я… я твоя пленница!

Эдгар беспомощно провел рукой по волосам, и, дождавшись, когда жена немного успокоилась, покорно сказал:

— Ты права, Эмили. Я не имел права надеяться на то, что ты останешься со мной после всего, что я натворил.

— Так позволь мне уехать, Эдгар.

— Уехать? — деревянным голосом повторил он. — Но где ты будешь жить, дорогая? И что будет с нашей дочерью?

— Я вернусь в Хьюстон, в дом бабушки. И возьму ее с собой. Пожалуйста, отпусти меня!

Эдгар нахмурился, глаза его потемнели. Он взял жену за руку.

— Ты действительно этого хочешь?

— Да! — прошептала она.

Эдгар выронил ее руку, встал и как во сне подошел к окну, за которым стоял яркий морозный день.

— Тогда можешь ехать, дорогая, — хриплым голосом сказал он. — Но ты ошибаешься. Ты не пленница. Это я — пленник.