Стану тебе женой - Юлия Бонд

— Я друг Сергея, точнее, вашего отца, — поясняет незнакомец.

— Что с ним случилось?

— Сегодня ночью у Сергея отказали почки.

— Почему?

— Он очень болен. Раком. Разве не говорил вам?

— Кажется, говорил…

Обрывки воспоминаний всплывают в голове. Буквально недавно, когда отец приезжал ко мне в кофейню, я и подумать не могла, что это будет наша последняя встреча.

"Нет", — упрямо качаю головой. Это не последняя встреча. Всё не может закончиться вот так быстро. Мы же только-только нашли друг друга.

— Подождите, — мужчина кладёт ладонь на моё плечо, призывая остановиться и повернуться к нему лицом.

— Да?

— Я должен вам это сказать. Так Сергей хотел, — вздёргиваю бровью, не понимая, — ваш отец написал завещание и после его смерти всё имущество, все активы, абсолютно всё достанется вам, Наталья.

Мне хочется ответить этому "другу", что он слишком рано хоронит моего отца. Какое к чёрту завещание, когда человек жив и борется за свою жизнь каждую минуту.

Он ведь будет жить…

Будет?

Эпилог

— Детей спать уложил. Наконец-то, — вздыхает Рад, опускаясь рядом со мной на кровать. — Соне прочитал аж четыре сказки и спел пять колыбельных. Аня почему-то сразу вырубилась. Хм… Не понимаю. Как они могут быть такими абсолютно разными, они же близняшки.

— Потому что у каждой из девочек свой отдельный набор ДНК. Во всём мире нет абсолютно одинаковых людей. Близнецы похожи только внешне или ты не знал?

— Угу, — зевает, прикрываясь рукой. — Слушай, с Лизой тоже так было тяжело, когда она была маленькой?

— Она и сейчас маленькая. Ей только девять, — скашиваю взгляд в сторону Рад и, не удержавшись, широко улыбаюсь: — ты такой смешной с этими зелёными точками. На инопланетянина похож.

— Кто ж знал, что эти две проказницы притащат из детского сада “ветрянку”, — возмущается муж.

— А ты, конечно же, тоже не знал, что в детстве ею не болел.

— Почему же? Знал. Только думал, что когда тебе уже за тридцать и здоровье, как у быка, то подцепить эту детскую болячку априори невозможно.

— Ну вот, видишь? Всё бывает в первый раз.

Повернувшись на другой бок, открываю книгу и продолжаю читать:

“Её признания выливаются на меня ушатом ледяной воды. Но она плачет, дрожит и это режет сердце без ножа. Я охреневаю, но мы во всём разберёмся потом, когда Наташа успокоится и сможет нормально говорить, а не глотать слова вместе со слезами.

Обнимаю её как самое драгоценное. Она вяло сопротивляется первые минуты, но уже вскоре зарывается лицом в мою грудь и плачет уже гораздо тише. Мне больно от того, что я причина её слёз. И если всё, что она мне сказала это правда, то я с трудом представляю, как на самом деле она жила все эти два месяца”.

— Опять читаешь? — бубнит Рад, утыкаясь носом в мою шею.

— Угу.

— Интересно хоть? Или снова свои “розовые сопли”, где он миллионер, а она двадцатилетняя девственница из спального района, — ухмыляется муж, подразнивая.

— Вообще-то, нет, — возмущённо фыркаю я.

— Да ладно? Он сорокалетний девственник на “жигулях”, а она двадцатилетняя миллиардерша с наследником?

Закатываю глаза. Закрываю книгу и подсовываю мужу.

— Вот что я читаю.

– “Стану тебе женой”, — читает вслух Радмир, затем подозрительно прищуривается. — Дай-ка эту книгу сюда поближе.

— А не дам, — прячу книгу под подушку.

— Есть что скрывать, хм?

Снова закатываю глаза.

Какой дурак… Господи!

— Нет. Скрывать мне нечего. Просто тебе может не понравиться.

— Это ещё почему?

— В общем, Таня написала о нас с тобой роман. Целую дилогию, представляешь?

— Чего-чего? Роман? — удивляется Рад.

— Да. Она пишет книги под псевдонимом Юлии Бонд. Вот и до нас с тобой очередь дошла.

Рад напрягается. И пока он громко дышит, сверля меня своими чёрными глазами, я уже сто раз успеваю пожалеть, что сказала ему про эту книгу, да и про Таню тоже.

Он же теперь не успокоится, пока обе книги от корки до корки не прочтёт. А там… Подумать страшно, потому что Татьяна — та ещё фантазёрша. Я сама читаю и офигеваю, а потом сижу и думаю: как правдоподобно всё написано, такое ощущение, что с нами действительно всё это было.

***

Через пару дней я забываю о разговоре с Радмиром. Тане, конечно же, вставляю пилюлей за то, что она так долго скрывала от меня, что пишет романы. Я и подумать не могла, что однажды стану главной героиней какой-то книги.

Это будоражит.

И шокирует!

Занимаюсь готовкой ужина, когда в кухню входит Радмир.

Подперев дверной косяк плечом, Рад фокусирует взгляд на мне и тактично прокашливается, привлекая внимание. Я только отрываю глаза от ароматной утки, которую только что достала из духовки, как сразу бледнею. Потому что вижу в руках Радмира две книги.

Сглатываю ком, подкативший к горлу.

— Ну и как это называется, Наташа? — хмурит брови.

— Прочитал? — в ответ Рад кивает. — Всё-всё прочитал?

— От корки до корки, — фыркает муж, явно недовольный тем, что он там прочитал. — Получается, я какой-то там бандит, а вокруг тебя вьются одни мужики. “Мусор” непонятный, откуда он вообще взялся? И отца моего приписали? Нахрена, Наташ?

Отодвигаю в сторону противень с уткой. Вздыхаю. И виновато опустив глаза, иду к Радмиру. Обнимаю его за плечи, крепко прижимаю к груди и лащусь, как котёнок.

— Милый, это просто сказка. Ничего не было на самом деле. Ты же знаешь, — говорю самым ласковым голосом, но муж не расслабляется.

— Угу, ничего не было. “Люблю твою жену” твоя дорогая подруга написала в деталях. Ты что, ей обо всём рассказываешь, своей писательнице?

— Не заводись. Ну мы же девочки. Любим посплетничать. Главное, что в книге, как и в жизни, мы остались с тобой вместе.

— Как дал бы сейчас по заднице, — шутя отвешивает мне лёгкий шлепок по ягодице. — Я тебя умоляю, Наташа, никогда не говори подругам, что происходит у нас дома. Я больше не хочу быть главным героем, какого-то женского сопливого романа.

— Он совсем не сопливый.

— Неважно. В общем, ты меня поняла?

— Обещаю, — задрав голову, с обожанием смотрю на мужа, — никогда и никому ничего рассказывать.

— Вот и умница, — улыбается Радмир, запуская пальцы в мои волосы на затылке. — Пишет твоя Таня, конечно, прикольно, но пусть лучше это будут какие-то миллиардеры, потерявшие наследников, а не реальные мужики, как я.