Похоронные дела Харта и Мёрси - Меган Баннен

Будто читая ее мысли, Пэн сказал:

– Ты спросишь про него или нет?

Притворяться смысла не было.

– Как он?

– Поправится. Но ему досталось куда сильнее – в основном потому, что он подставлялся сам, защищая меня. Останется у капитана, пока не поправится.

Из груди вырвался облегченный всхлип, и Мёрси зажала ладонью рот, чтобы не допустить новых. «Он в порядке», – сказала она себе, вспоминая, как быстро заросла рана от болта, но скорость, с какой он исцелялся, и утешала, и в то же время нет.

Пэн показал на нее здоровой рукой.

– Взгляни на себя. Смотреть не могу. И на него тоже. На обоих. Чего вы не поговорите друг с другом? Блин!

– Все не так просто. – Мёрси подергала истрепанный шов на одеяле, в который Пэн закутал ноги. – Он мне важен. Но он в таком раздрае. И я не могу ему помочь. Да и не должна.

Пэн обдумал ее слова, медленно кивнул.

– Надо сказать, сейчас он куда лучше, чем был. Он старается. Может, надо его выслушать?

Эмоционально растревоженная, Мёрси упала лицом вниз на свободный кусочек дивана в ногах у Пэна. Очки больно врезались в нос справа, но она не нашла в себе сил поправить их.

– Мне вообще-то не полагается ничего знать про вашу тайную переписку, но я знаю, и вот что я тебе скажу: мне кажется, он не рассказал тебе о письмах, потому что боялся потерять тебя, если ты узнаешь.

– Он потерял меня, потому что не рассказал.

Мёрси все еще прятала лицо в подушке, но Лил, стоящая над диваном, ничего не пропустила.

– Какие письма? Стой! Те письма? Харт Ральстон был твоим анонимным другом?

– Спасибо, Пэн, – простонала в подушку Мёрси.

Пэн то ли не уловил сарказма, то ли решил проигнорировать. Здоровой рукой откинул с ее лица шторку волос.

– Дай ему шанс.

Было время, когда Мёрси ответила бы, что в жизни не желает больше видеть лживое лицо Харта, но чтобы изменить это мнение, потребовалось лишь две мысли: а) он серьезно ранен, и б) он чуть не умер. Она осталась хныкать в диван, от которого ужасно несло Леонардом.

Зедди зашел в гостиную и цокнул языком, увидев, что Мёрси покушается на диванную территорию Пэна. Он пихнул ее прочь половником:

– Уходи. Ты тревожишь инвалида.

Мёрси села и посмотрела в разбитое лицо Пэна. Она гадала, как тяжело был ранен Харт, и внутри разгорался огонь. Если ее подозрения оправдаются, если Кертис Каннингем наводнял Танрию бродягами, чтобы подзаработать, если Пэн, Харт и все остальные маршалы подвергались большей опасности из-за Каннингема, она не могла допустить, чтобы это и дальше сходило ему с рук.

– Пора за работу, Лил, – угрюмо бросила она сквозь зубы.

– О-о-о, мы строим коварные планы, как насовать этому типу?

Мёрси вскинула кулак:

– Мы насуем этому типу!

Папа всхрапнул в своем кресле и проснулся.

– Привет, кексик. Не слышал, как ты пришла.

* * *

– Я думала, ты сказала, что в этот раз захватишь пончики, – пожаловалась Мёрси, следя за воротами погребального бюро Каннингема в старый папин дорожный бинокль.

– Нет, я сказала, что захвачу свой пончик. От геморроя. – Лил показала подушку под попой и повернулась к помощнику шерифа, который сидел справа от нее. – Макдурень, не беременей ни за что. Старые добрые адские муки.

– Спасибо. Буду иметь в виду. Хотя может, не надо звать меня дурнем, когда я согласился помочь, – откликнулся Нэйтан Макдевитт с дальнего края сиденья.

Мёрси, сидевшая на водительском месте, перегнулась через выпирающий живот сестры.

– Спасибо, что пришел, Нэйтан. Мы очень ценим.

– Зачем он нам сдался? – прошептала Лилиан, будто Нэйтану не слышно, хотя они сидели в барже буквально впритирку.

– На случай, если головорезы Каннингема захотят нас пришить, когда мы застанем их на месте преступления?

– Да, точно. Логично.

Мёрси и Лилиан несколько дней вели наблюдение за бюро Каннингема, пока ночью прошлого божедня не застали в переулке погрузку трупов в баржу без опознавательных знаков. Выглядело логично, что они занимаются своими уголовными делишками в тот самый день, когда похоронщики не работают. Вокруг никого не будет, никто не станет задавать вопросы. Сегодня была ночь следующего божедня, и на этот раз Мёрси и Лилиан взяли с собой в качестве подкрепления стража закона, также известного как бывший Мёрси. Леонард ворчал на коленях у Нэйтана, но свои брыли не раскладывал так, как делал с Хартом.

– Обязательно твоей псине сидеть на мне?

– Ну, на мне он сесть не может, – ответила Лилиан, показывая на живот. – Места нет. А Мёрси на водительском сиденье.

Нэйтан приник к пассажирской дверце.

– Поверить не могу, что позволил вам двоим уболтать себя. Вы в курсе, что этот тип жертвует в приюты и всякие такие штуки, да?

– А еще сует трупы с залатанными аппендиксами в Танрию, – сказала Лилиан.

– Все равно не понимаю, как это работает и зачем таскать тела в Танрию. Какой смысл?

Мёрси уже дважды все ему рассказала. Подавила раздраженный вздох и принялась объяснять снова:

– Каннингем разработал специальные бальзамирующие заплатки, которые клеятся на раны и следы на трупе. Так останки выглядят более естественно для родных, которые хотят хоронить их в открытой лодке. Но они так прилипают к плоти и так незаметны, что Каннингем может залатать разорванный аппендикс и закинуть тело обратно в Танрию, чтобы оно опять поднялось. Когда тело попадает к нему еще раз трудами танрийских маршалов, он получает выплату за неопознанных.

– Макдурень, это как покрышку заклеить, только гвозди по улицам тоже раскидывает механик, а потом наживается на починке, – добавила Лил.

– Поэтому он и хочет закрыть нас, как всех остальных, кто подавался на выплату, – закончила Мёрси, не дав Нэйтану возмутиться «Макдурнем» Лилиан.

– Мёрси, я проверял его бумаги. Все тела учтены, включая неопознанных, которых он обрабатывает и отвозит в погребальные ямы.

– Но что, если он отсылает по домам пустые лодки тех, кто оформил у него похороны? Обычно народ хочет хоронить в закрытой лодке, и вряд ли кто-нибудь вскрывает крышку, чтобы посмотреть, внутри ли тело. Кто знает, что в урнах, которые он отправляет родным?

– Потешу тебя одну ночь. Если Кертис Каннингем окажется гнусным злодеем, как ты говоришь, сдам значок и профессионально займусь макраме.

– Ловлю на слове, – прошептала Лил.

– А ты уверена, что тебе нужно быть здесь? – в пятый раз за вечер спросила Мёрси у сестры. – Дэнни с папой мне голову снесут, если выяснят, что я взяла тебя на опасную миссию по слежке за возможным криминальным бароном.

– Пфф. Я взрослая женщина.