Курок - Пенелопа Дуглас

Протянув руку к желобу верхней чаши, я достаю спрятанную там серебряную заколку с розовыми кристаллами и сжимаю ее в ладони. Мне вспоминаются слова Уинтер Эшби, сказанные когда-то давно в этом фонтане.

Твое тело может чувствовать лишь один вид боли в конкретный момент.

Она была права. Я на личном опыте выяснил, что так и есть.

Однако, вместо того чтобы заглушить одну боль другой, сегодня я узнал кое-что еще.

Причинять боль окружающим настолько же эффективно.

Моя мать сбежала после того, как я ее избил. Час спустя, когда я вернулся в свою комнату с Бэнкс, матери там уже не было. Мы легли спать и оставили дверь открытой, потому что знали: оградиться от мира не получится, можно лишь отвечать на его злобу.

К утру мать покинула дом. Меня не интересовало, куда она уехала. Время шло, а отец не предпринимал попыток ее вернуть. С тех пор я не видел ее года два.

И при нашей следующей встрече я разобрался с этой проблемой раз и навсегда.

Так же, как разберусь с Уинтер и той фальшивой надеждой, которой она едва не уничтожила меня.

– Я хочу, чтобы она этого хотела, – сказал я Михаилу, выжидающе смотревшему в мою сторону своими карими глазами. – Чтобы она хотела меня, отдала мне свое сердце, была моим нежным, милым, улыбающимся Маленьким Дьяволом и не могла от меня оторваться. – Мой пульс ускорился. – А потом возненавидела себя за это. Чтобы она обернулась против себя самой и испытывала ненависть к себе из-за того, что ей нравилось. Чтобы знала – она слабая, жалкая и ничем не отличается от любой другой суки. Что в ней нет ничего особенного.

Только когда увижу Уинтер такой же, как все, я смогу уничтожить ее и свою одержимость ею. Я лишу ее власти над собой так же, как когда-то лишил Наталью.

– Думаю, Уинтер готова сыграть со мной в эту игру, – сказал я в шутку псу.

Раздался стук в дверь.

– Войдите, – окликнул я.

Дверь открылась и закрылась, и я услышал голос Крэйна у себя за спиной:

– Она спрашивает о собаке, сэр.

– Скажи ей правду, – ответил я, гладя Михаила. – У нее больше нет собаки.

– Еще девушка утверждает, что утром слышала какие-то звуки, – подметил он. – Что в доме находились посторонние люди после вашего ухода. Она испугалась и сбежала в Сент-Килиан.

– Как ей это удалось?

– Заказала Uber.

Я фыркнул. Господи. Даже не подумал об этом. Эта женщина определенно была самостоятельной.

Но я вспомнил, с чего Крэйн начал. Звуки?

– Думаешь, она преувеличивает?

– Не знаю. Похоже, она в этом уверена, – пояснил мужчина. – Я могу установить камеры и сигнализацию.

– Нет, – сказал я. – Возьми больше людей. Две группы по четыре человека.

– Да, сэр. Девушка будет в безопасности.

– Ото всех, кроме меня, – уточнил я.

– Да, сэр.

Вероятно, Уинтер стала чересчур бдительной из-за меня.

Однако она же когда-то упоминала незваного гостя в театре «Бридж-Бэй» несколько дней назад. Кто-то зашел в уборную и напугал ее. Уинтер думала, что это был я.

Меня там не было.

Дому нужна более серьезная охранная система, только я не любил камеры и видеонаблюдение. На горьком опыте усвоил – лучше не оставлять доказательств. Учитывая низкий уровень преступности и то, в каком богатом районе мы жили, отец Уинтер не посчитал необходимым установить даже простейшую сигнализацию. Может, со временем я ее добавлю. А пока мне нравилось приходить и уходить без лишних хлопот.

– И еще, сэр, – произнес Крэйн.

– Что?

– Ее телефон звонил внизу, – сообщил он, подойдя ближе. – Хотите, чтобы я отдал его девушке или?..

Я бросил взгляд на протянутую руку Крэйна. Меня позабавила его хитрая попытка отдать мне смартфон и при этом остаться невиновным. Я забрал гаджет и, после ухода охранника, включил его, однако обнаружил графический пин-код. Разблокировать мобильник я не мог, хотя на экране были видны оповещения. В основном от Рики.

Статья в местной газете о вчерашнем выступлении Уинтер. Разговоры в социальных сетях, несколько видео. Увеличивающееся количество репостов и комментариев по мере распространения новостей за пределы нашего города.

Я сжал телефон. Она ведь не думала, что выберется отсюда, да?

Затем я открыл сообщение Рики. Там оказался скриншот комментария к видео с Уинтер из «Твиттера»:

«Эта девушка должна быть повсюду! Почему она не гастролирует?»

Ниже картинки Рика написала:

«Я с ней согласна! Нужны спонсоры? Возможно, я знаю парочку. Давай поболтаем».

Стиснув зубы, я рявкнул псу на русском:

– Ко мне!

Он побежал рядом. Я вышел из комнаты, отнес мобильник вниз и бросил его на один из столов в фойе. Распахнув входную дверь, я вылетел из дома.

Гребаная Рика.

– Останься, – приказал я Крэйну, который мыл машину на подъездной дорожке. – Ее никуда не отпускать.

Мужчина кивнул. Я запрыгнул в свою машину, посадив собаку на переднее пассажирское сиденье, и сорвался с места, врубив высокую передачу через пять секунд.

Черт бы ее побрал.

Мои бывшие друзья – единственные люди, способные защитить близких Уинтер, которым я угрожал. Поэтому мне нужно, чтобы Рика была на моей стороне. Похоже, она устала ждать от меня выполнения моей части сделки, поэтому пыталась нарушить уговор.

Рика отдала мне Уинтер. А теперь пыталась ее забрать.

* * *

Я вошел в большой зал, держась в тени, пока вокруг кипело движение. Мне не хватало этого места. «Хантер-Бэйли» – отличный клуб, в котором можно расслабиться, ведь он был предназначен для мужчин.

Женщин сюда не пускали. Кроме одной.

Проведя небольшую разведку, я выяснил, что Рика организовала здесь поединки по фехтованию дважды в неделю. Одна из тренировок была запланирована на сегодня. Она давно увлекалась фехтованием, наряду с коллекционированием мечей и кинжалов. Несмотря на то, что женщинам вход на территорию клуба запрещался, Рика могла приходить в любое время, если конспирировалась. Такие привилегии она получала, будучи невестой звездного игрока баскетбольной команды Меридиан-Сити «Шторм» и будущей невесткой человека, владевшего большой долей города.

Боксеры сражались на ринге слева, кто-то занимался на тренажерах, кто-то беседовал, сидя в креслах с напитками. Я последовал за клацающими звуками рапир, свернув вправо, и прошел в следующее помещение, где обнаружил еще больше занятых кресел и бар. В центре зала проходила дуэль двух членов клуба в белых защитных костюмах и шлемах.