Словно распустившийся цветок - Сири Митчелл

Приветственные крики зазвучали с новой силой, а кто-то даже затянул песню, когда мы дружными рядами двинулись обратно на вокзал. Хотя голова моя протестующей болью отзывалась на малейшее усилие, я все-таки начала обдумывать возможность совершения настоящей полевой экспедиции в Тивертон или даже Бидстон.

Мисс Темплтон взяла меня под руку:

— Мы с мистером Стенсбери уже предварительно обсудили один вариант. Мне представляется, что будет очень славно, если он устроит для членов Общества экскурсию по своей оранжерее, после которой будет организован небольшой прием.

— Едва ли это можно назвать настоящим выходом в поле.

— Зато всем будет весело! Кроме того, сейчас уже прохладно для длительных прогулок на свежем воздухе.

— Самое подходящее время для сбора лесных ягод.

— И все-таки я уверена, что экскурсия по оранжерее выглядит куда уместнее. Только представьте: неспешная прогулка по застекленной оранжерее под аккомпанемент музыки с осознанием того, что впереди нас ждут чай и горячий шоколад. Звучит божественно, вы не находите?

В общем, это не походило ни одну полевую экспедицию, которую я совершила на своем веку.

* * *

В пабе мистер Стенсбери занял целый столик. Мы с мисс Темплтон и пастором присоединились к нему. В ходе разговора, благодаря усилиям мисс Темплтон, экскурсия по оранжерее превратилась в благотворительное мероприятие общегородского масштаба по сбору средств на ремонт церковного алтаря. Она предложила даже устроить розыгрыш призов, которые еще предстояло обсудить. Быть может, в качестве таковых выступит подписка на «Ботанический журнал Куртиса» или одна из драгоценных орхидей мистера Стенсбери.

С каждой новой подробностью глаза пастора все шире раскрывались от удивления:

— Это невероятно щедро с вашей стороны, мисс Темплтон.

— Не благодарите меня. Первой на плачевное состояние алтаря обратила внимание как раз мисс Уитерсби.

Вот это новость!

— В самом деле?

Она улыбнулась мне:

— Вы должны помнить, как еще сказали, что церкви нужна поддержка прихожан?

Когда это я такое говорила?

— В качестве нового президента Общества изучения живой природы ей придется обратиться к вам обоим для уточнения необходимых деталей. – С этими словами она поочередно посмотрела на мистера Стенсбери и пастора.

— Это действительно необходимо?

Она энергично закивала головой:

— Чтобы гарантировать должное планирование предстоящего мероприятия и чтобы деньги были переведены пастору сразу же по завершении экскурсии. Уверена, в течение ближайших нескольких дней у вас не будет ни минутки свободного времени.

Сердце у меня упало.

Когда мы выходили из паба, чтобы сесть на поезд, мисс Темплтон подалась ко мне и прошептала на ухо:

— Вам предстоит общение с глазу на глаз с ними обоими! Весь город будет только и говорить, что о вас. Вы сможете поблагодарить меня позже.

* * *

В тот же вечер, за ужином, я рассказала отцу и мистеру Тримблу о нашей поездке за город.

— Кто-то даже разбил в кровь нос пастору.

Оба смотрели на меня с нескрываемым ужасом.

— Это была… Ты говоришь, это был самый обычный выход в поле? – В голосе отца явственно сквозило удивление.

— Да.

Мистер Тримбл покачал головой:

— А я-то думал, что только в новозеландской глуши можно встретить столь суровые нравы.

— То, второе Общество, и впрямь не имело никаких прав незаконно вторгаться на чужую территорию и опустошать наши поля.

Мистер Тримбл осуждающе смотрел на меня:

— Никогда бы не подумал, что вы способны на такое хулиганство, мисс Уитерсби. И, судя по вашим словам, вы вовлекли в свою драку мистера Стенсбери и пастора?

— Это была не моя драка.

— Вы оказываете на них дурное влияние.

— А что я должна была сделать, по-вашему? Дать им возможность с корнем вырвать все растения и оставить после себя пустыню?

— Нет, конечно. Этого бы я ни за что не хотел.

Смягчившись, я продолжила наслаждаться ужином. По крайней мере, аппетит вернулся ко мне.

— Да, вот еще что. Меня выбрали президентом Общества изучения живой природы.

Уголки губ мистера Тримбла дрогнули:

— Ну вот, теперь вы организовали еще и дворцовый переворот.

— А мисс Темплтон уговорила мистера Стенсбери устроить благотворительное мероприятие для сбора средств на церковь… провести экскурсию по оранжерее его усадьбы Оуэрвич-Холл. – Я все еще не до конца понимала, как ей это удалось. – А я должна помочь ему спланировать ее. Так что нам предстоит – как она выразилась? – множество встреч наедине. Что само по себе наглядно свидетельствует о моих перспективах, как мне представляется.

Изгиб бровей мистера Тримбла был полон скептицизма:

— Очень может быть. Но разве вы хотели сообщить нам только это?

Отец с явным интересом прислушивался к нашему разговору:

— Мы все надеялись, что ты найдешь себе супруга, Шарлотта. Что ж, похоже, твои усилия не пропали даром.

Мистер Тримбл тем временем продолжал прерванную беседу:

— Разумеется, вы должны помочь. Особенно если это – действительно то, чего вы хотите. Но… так ли это на самом деле?

— Так ли что? – недоуменно осведомилась я.

— Действительно ли вы хотите сблизиться с этим мужчиной? Это ведь означает дать ему надежду. Вы понимаете это, я надеюсь?

— Разумеется, понимаю. Я не настолько глупа, мистер Тримбл.

— Я никогда этого не говорил.

Отец сидел, насупив брови и задумчиво жуя ус:

— Значит, мы поддерживаем промышленника? Я правильно вас понимаю?

— Полагаю, что так. – Похоже, собственные слова не доставили мистеру Тримблу особой радости, что, в свою очередь, привело в несказанный восторг меня. Пришло время подчеркнуть последствия того, что они буквально в шею вытолкали меня в общество ради замужества.

— Полагаю, если я выйду за него замуж, то мне придется переселиться в Оуэрвич-Холл.

Отец согласно кивал головой:

— Да, таково общее правило. Молодая жена переезжает жить к мужу.

— И у меня не будет возможности бывать здесь.

— Да, такой возможности у тебя не будет. Зато у тебя появится его стеклянная оранжерея. И этот его проект, о котором он столько рассказывал. Что-то там с деревьями, верно? Речь ведь шла о деревьях, я не ошибаюсь?

— О коряжнике. – Господи Иисусе, я совсем забыла о нем.