Танго на троих - Алиса Перова

Опасный гость вдруг встал из-за стола, и в комнате тут же померк солнечный свет – мужик оказался гигантом. В жизни не видела таких огромных плеч! Такой великан мог бы легко составить конкуренцию молодым и крепким парням. А модный какой! Белый летний костюм сильно контрастирует с его загорелой кожей, а короткие рукава рубашки едва не трещат на мощных бицепсах. Но ему очень идёт. Вот прямо весь такой белый и… ужасный. Демонюка! Не зря бабка взирает на него с таким страхом и трепетом. И вдруг великан заговорил… А мне захотелось срочно найти надёжное убежище – его громогласный густой голос, показалось, проник в мозговые клетки.

– Да, неплохой экземплярчик. Я, откровенно говоря, ожидал худшего, – всё это он произнёс на французском языке, а второй гость, щуплый, похожий на хорька, перевёл фразу на свой манер:

– Интересная девочка. Красавица, как я и ожидал.

Любопытно, кому этот тощий хорёк в костюме и галстуке пытался втирать очки – полковнику? Бабка прекрасно знает язык… Так ведь и я не хуже. Но вот вопрос – знает ли об этом бабка? Хотя, что она вообще обо мне знает. Эльвира не интересовалась нами много лет и могла даже не связать мои возможности с маминой профессиональной деятельностью. Именно это и стало понятно, когда престарелая выхухоль заговорила:

– Да, мсье, Диана очень необычная девочка. Правда, характер у неё сложный – очень взрывной. И она немного склонна, как бы это сказать…м-м… преувеличивать и фантазировать.

Да что эта старая ведьма тут сплетает?! Зачем?! Очень хочется немедленно заткнуть её лживый фонтан, но какое-то шестое чувство подсказывает мне промолчать и проследить за ходом странной беседы. А бабка тем временем продолжает:

– Девочка абсолютно на нас не похожа, но она, конечно, наша и мы её очень любим. А её глаза, мсье, вы заметили, как…

– Я вижу, – жёстко и бесцеремонно прервал её Демон. – Я прекрасно всё вижу. Вы говорите, ей тринадцать лет?

– Да, совсем недавно исполнилось. Хотя, соглашусь – выглядит наша Дианочка взрослее, это, наверное, гены… – проблеяла вконец зашуганная Эльвира.

Да что здесь происходит, и почему они полковника держат за идиота? Ведь он ничего не понимает и явно нервничает, а хорёк, сволочь, молчит и не переводит.

– Да, гены тут видны и без всякой экспертизы, – прокомментировал великан, разглядывая меня, как кусок мяса. – Ну, что ж, она мне подходит. Полагаю, придётся на пару недель задержаться в связи с оформлением всех документов. Надеюсь, с Вашей стороны препятствий не будет.

– Дианочка – моя внучка… – неуверенно проблеяла бабка.

– Уверен, что материальная компенсация полностью заглушит и вашу родственную привязанность, и муки совести, – демонюка злобно ухмыльнулся, явно демонстрируя, что такое понятие, как муки совести, ему неведомо в принципе и в отсутствии их у бабки он тоже не сомневается.

Одуреть – я, значит, неплохой экземплярчик? И ему подхожу!.. А куда, интересно, я подхожу? Внезапно долбануло озарение – бабка меня продаёт этому демону на органы! У нас похожие глаза, общие гены, наверное… и, скорее всего, похожие почки или ещё что-нибудь… Господи, если это мой папаша, то бедной мамочке когда-то основательно снесло крышу. Пусть это будет не он!

– Что у неё с интеллектуальным развитием? Только не пытайтесь морочить мне голову, я всё равно это выясню, – угрожающим тоном прогрохотал Демон.

– Д-девочка очень развитая и-и сообразительная. Учится хорошо, много занимается английским языком… А ещё Диана профессионально танцует. Только она не… неуправляемая. Как я уже сказала, характер сложный, упрямый очень, – от страха бабка блеет, как раненая коза. Так и хочется добить из жалости.

И чего так боится эта кикимора, не за не же приехали. Это ведь мне надо бояться и, вероятно, пора подрываться в бега.

– Сообразительная, значит? – скривился Демон. – Ну, что ж, посмотрим…

Куда это он посмотрит? Интересно, зубы проверять будет? И если меня продают на органы, то зачем ему моя сообразительность? Или как раз не нужна, чтобы не сообразила вовремя сбежать?

– Думаю, самое время нас представить, – припечатал этот кошмар, бабка судорожно сглотнула… но вдруг взорвался полковник:

– Да что, чёрт возьми, здесь происходит?! Мне хоть кто-нибудь объяснит или вы забыли, что я тоже здесь?

Yes!

Бабка сильно побледнела, а Демон удивлённо изогнул косматую бровь – наверняка не ожидал такой внезапной вспышки ярости со стороны неприметного хозяина дома. Вот он, мой звёздный час! И я обращаюсь к лютующему полковнику:

– Леонид Петрович, тут происходит что-то очень странное и, кажется, для меня крайне опасное. Позвольте мне сначала самой пообщаться с этим большим мсье, а потом я вам всё расскажу, как на духу, – взглядом я умоляю его не скандалить и дать мне немного времени.

Полковник хмуро посмотрел на меня и раздражённо кивнул, бабка стала обмахиваться ладонями, а я собралась с духом и обратилась к Демону на его родном языке:

– Мсье, это Леонид Петрович, муж моей лживой бабки Эльвиры и он сильно нервничает, что Вы говорите в его присутствии на непонятном ему языке. У нас это считается дурным тоном, и уж кому, как не моей бабушке, об этом знать. И я пообещала рассказать Леониду Петровичу обо всём, как только сама пойму, что Вам от меня нужно. А представиться мне Вы можете без всяких посредников. И Вашего переводчика я советую Вам уволить, он полностью переврал сказанную Вами в начале разговора фразу.

У всех присутствующих шумно отвалились челюсти, а Демон… внезапно рассмеялся. Это прозвучало, как громовые раскаты в масштабах загородной дачи.

– Великолепно, малышка, ты мне уже нравишься!

А ты мне нет!

А между тем Демон продолжает вещание:

– И теперь я вижу, что твоя бабушка действительно не справляется, если даже не знает о тебе элементарных вещей. Конечно, я с удовольствием представлюсь. Я – отец твоего неудачника папаши, отдавшего недавно Богу душу. То есть я твой дед. Но ты, девочка, можешь называть меня Демиан.

Поражённая и оглушённая свалившейся на меня информацией, я даже не могу понять, что меня поразило сильнее – то, что мой отец отдал Богу душу, так и не узнав меня… или то, что у меня появился вот такой дед? Или имя деда, неожиданно совпавшее с приклеенным к нему прозвищем. Демон и есть!

Новоявленный дед дал мне время, чтобы переварить информацию, и продолжил:

– После смерти моего единственного сына, у меня не осталось наследников, и тогда я вспомнил о маленькой русской переводчице, околдовавшей Алекса, и о том, что она покидала Париж, будучи глубоко беременной.

– Покидала? – я взвизгнула, как ошпаренная кошка, мечтая когтями вцепиться с самодовольную рожу нежданного деда. – Да ты, старый козёл, выбросил её из своей страны, как ненужную вещь, и сломал ей жизнь! Вы вдвоём, вместе с этой старой перечницей, поломали мою маму! – я ткнула пальцем в бабку, которая, кажется, не отошла ещё от первого шока и теперь приготовилась к обмороку.