Шелковая вендетта - Виктория Холт

У меня тревожно стало на сердце, когда он через стол перехватил мой взгляд. Я опустила глаза, не доверяясь себе и боясь, что лицо выдаст мои чувства.

Пора уходить, подумала я и посмотрела на Касси. Она стояла в компании друзей. Нужно подойти к ней и спросить, готова ли она ехать.

И вдруг он оказался рядом со мной.

– Ленор.

– О... – Я заставила себя посмотреть на него. – Дрэйк. Мои поздравления.

– Мои также.

– И с чем ты меня поздравляешь?

– С открытием в Париже.

– А-а, ты слышал об этом?

– Да, об этом все говорят. Какая удача.

– Да... разве нет?

– Как хорошо иметь богатых друзей.

– Мой отец будет получать свою долю прибыли от нашего бизнеса.

– Твой отец?

– А разве ты не знал? Разве Касси не сказала тебе об этом, когда ты заходил?

– Касси сказала, что ты в Париже... налаживаешь дело. Я ничего не знал о твоем отце.

– Ты видел его в парке.

У него было непонимающее лицо.

– Не помнишь? Он несколько раз был в парке и все смотрел на меня. Мы заметили это. Джулия еще назвала его моим обожателем.

– Твой отец, – повторил он.

– Да, это очень романтичная история. Я никогда не видела его раньше. Моя мать умерла при родах. Они не были женаты, и семья моего отца отправила нас с бабушкой жить в Англию.

– Твой отец... – снова повторил он.

– А в чем дело, Дрэйк? Почему у тебя такой потрясенный вид?

– Джулия сказала... – Он смотрел на меня застывшим взглядом. – Мы должны поговорить. Давай уйдем куда-нибудь.

– Ты не можешь уйти с собственной свадьбы. Вам скоро уезжать в свадебное путешествие.

– Я понятия не имел, что это твой отец, Ленор, – тихо заговорил он. – Я думал, это твой поклонник... и ты взяла у него деньги для своего парижского проекта; ведь для тебя он так много значил.

– Ты подумал...

– Да, я подумал, что он твой любовник.

– Как тебе могла прийти в голову подобная мысль?! Нет, ты не мог подумать такое... Я даже у отца долго не решалась взять эти деньги, пока бабушка с графиней не уговорили меня... и он тоже умолял не отказываться. Он очень переживает, что столько лет держался вдали от меня и так поздно вошел в мою жизнь.

– Это... это невозможно. – Он беспомощно огляделся. – Что я наделал?

Я, кажется, начинала понимать, что произошло. Ему рассказали, что я согласилась стать любовницей того человека в парке для того, чтобы укрепить свое финансовое положение. И как он мог поверить таким измышлениям? Видите ли, потому, что ему сказала об этом Джулия.

Я ненавидела тогда эту женщину, которая с ярко пылающим лицом торжествующе улыбалась гостям. Она победила.

Мне стало трудно дышать.

– Я хочу уйти отсюда, – сказала я.

– Нет, – умоляющим голосом сказал он, – я должен поговорить с тобой. Я должен объяснить.

– Больше нечего объяснять, Дрэйк. Все и так уже ясно.

– Ничего не ясно. Ты должна знать.

– Что знать?

– Что я любил и люблю только тебя. Я оказался таким идиотом. Я хотел признаться тебе, но думал, что ты все еще оплакиваешь Филиппа... и что ты так занята своим делом, что не выйдешь снова замуж. Я хотел жениться на тебе. Что мне теперь делать?

– Постараться быть хорошим мужем для Джулии, – сказала, я и потом добавила с ноткой горечи, – а она будет устраивать приемы, на которые ты сможешь приглашать влиятельных людей. Это как раз то, что необходимо всякому политику с честолюбивыми устремлениями. Возможно, когда-нибудь она сможет повторить слова жены Бэконсфилда: «Он женился на мне из-за денег, но, если бы ему пришлось сделать это снова, он женился бы на мне по любви».

– Из-за денег! – закричал он. – Похоже, все просто помешались на деньгах!

– Это очень полезная вещь.

– Так ты думаешь, я женился на ней из-за денег!

– Но ведь ты же поверил, что я отдалась за них.

– Это было чудовищное недоразумение. О, Денор, мы должны встретиться.

– Не думаю, что теперь мы сможем встречаться наедине.

– Мне надо столько всего тебе рассказать.

– Я знаю, что ты решил, будто я завела себе богатого любовника для того, чтобы открыть свое дело в Париже. Мне дико, что ты счел меня способной на подобный поступок. Это говорит о том, что ты совсем не знал меня. Я могу понять, как ты ужаснулся этому. Но потом ты сказал себе: «Если она продалась за деньги, то почему бы и мне не поступить так же? « При этом ты считал, что выбрал для себя более достойный способ, чем я; но знай, что в моих глазах это одинаково аморально.

– Ленор...

– Мы оба чересчур горячимся. Это слишком тяжелый разговор для такого светлого вечера. Тебе следовало бы рассказать мне о том, куда вы поедете в свадебное путешествие, о своих надеждах на благоприятную погоду и так далее, в том же духе.

– Когда я услышал об этом, – сказал он, – то был просто убит. Я помчался к тебе домой. И по словам Касси выходило, что Джулия сказала правду.

– Но Джулия прекрасно знала, что это был мой отец. Она знала, что он собирается вложить деньги в наше дело.

– Как она могла? – простонал он. – Я ненавижу ее.

– Ты говоришь о своей жене.

– Да. Господи, помоги мне.

– Как ты мог! – закричала я. – О... как ты мог!

– Так вышло. Я был убит... сбит с толку... я думал, что сойду с ума, когда зашел к вам и мне сказали, что ты уехала в Париж... с этим человеком. Я знал, что с вами поехала графиня. Я вообразил себе, что пока она будет заниматься устройством салона, а ты – любовью, чтобы расплатиться за его....

– Дрэйк!

– Я знаю... теперь. Но тогда я был не способен рассуждать здраво. Я бродил по улицам... пытаясь убедить себя, что счастливо избежал ужасной ошибки.

– То же самое говорила себе я.

– Как мы могли, Ленор... мы оба!

Я промолчала.

– Я пошел к Джулии и остался у нее на ужин. За ужином я много пил. Джулия тоже. Она часто пьет. Мне казалось, что это лучший способ забыть обо всем. На следующее утро я проснулся в ее постели. Мне было так стыдно. Мне хотелось поскорее уйти. Я вернулся в Свэддингхэм и попытался выбросить этот эпизод из памяти... Она написала мне. В письме она сообщала, что ждет ребенка... что это результат той ночи. Мне оставалось только одно... и я женился на ней.

– О, Дрэйк... что же мы натворили...

– Что же теперь делать?