Просроченное завтра - Ольга Горышина

Алена встала ни свет ни заря, чтобы привести в порядок вымытые на ночь волосы, но пришлось спрятать их в косу, потому что даже хвост топорщился в разные стороны, а таким пугалом являться к Эльвире не хотелось.

— А что белую ленту в косу не вплела? — встретил ее смешком Александр. — Ах, да, еще же не первое сентября. Но я так и представляю тебя в школьной форме.

— Ее давно отменили, — буркнула Алена, чувствуя даже через плащ холод кожаного сиденья.

В машине Оксаны не оказалось, но спрашивать про ее отсутствие не поворачивался язык. Может, она свекрови боится и поехала на такси?

— Жаль, жаль, — не унимался Александр. — Тебе бы она очень пошла. Сразу бы еще лет пять скинула.

Алена промолчала, а так и хотелось выпалить — так какого черта вы доверяете ребенку финансы?! Не хотелось верить в ответ из дешевого детектива — чтобы списать на нее долги. Она всю ночь об этом думала, но к утру решила, что это не может быть правдой. Стас бы точно такого не допустил.

— А Стас в курсе, что я не приду сегодня? — спросила Алена осторожно после первого светофора.

— В курсе, в курсе. Поэтому я тоже не приду сегодня в офис, чтобы сохранить лицо. Так что вам с Эльвирой придется потерпеть меня, но, надеюсь, проклюнутся важные встречи, и я свалю.

— А где Оксана? — спросила она тогда осторожно.

Александр покачал головой.

— Еве не очень понравилась идея работающей мамы.

Сердце Алены замерло — он вчера нагло врал, желая заставить ее подписать стремный документ. Хорошо, что она спросила сейчас, а не потом… После подписания.

— Я по мужской глупости думал, что все просто, но, увы… Надеюсь, недели ей хватит, чтобы привыкнуть к новой тете, да и бабушка рядом. Марина еще работает и Катя на месте. Обойдутся без Ксанки, — и через секунду выдал автоматной очередью: — Ева обязана привыкнуть к Люде, иначе у нее будет мама, но папа окажется на Пряжке. Ленка, я уже реально на грани. Я не могу «эйт дэйз э вик» ходить по лезвию ножа…

Он тяжело выдохнул и потер переносицу.

— Лен, ты меня не слушай, это у меня привычка от визитов к профессору осталась. Это я так тихо сам с собой… Я выговариваюсь и меня отпускает. Ты просто не слушай. Радио? Или классику?

Он нажал на кнопку и попал на криминальную хронику. Лицо его тут же сделалось каменным, но палец будто прилип к колесику и не желал настроить радио на другую волну.

— Бакс семь рублей и четырнадцать копеек. Сказал же, что Центробанк нас порадует…

Рука упала на ручку автоматического переключения передач. Он стиснул ее для спокойствия и минуты две молчал.

— Ты не спеши менять баксы. Сейчас иметь деревянные плохо.

Алена решила промолчать. Вступать в дискуссию про деньги не хотелось. Товарно- денежные отношения штука опасная с этими двумя джентльменами — каждый вкладывает в них свое понимание. Розы выкинуты, в банке теперь гладиолусы, но дурман от них, что от маков. Голова не соображает. Дважды два правильно не посчитать. И в глазах это видимо прописано, раз Эльвира с порога предложила ей кофе, но Алена отказалась. Лишние неформальные минуты в этом стерильном доме ни к чему. А когда Александр попросил чашечку для себя, мать смерила его долгим взглядом и отчеканила:

— Свари себе сам. Здесь нет секретарш.

Сын кивнул и прошел мимо них на кухню, стиснув губы. История с какой-то секретаршей явно в их семье не то что камень, а целый валун преткновения, но вот ее точно не надо при ней проговаривать вслух. Постеснялись бы хоть для вида постороннего человека и не выясняли отношения так открыто. Стас нарочно не выливал на нее проблемы личного плана, а только когда вмешивалась судьба или Аленина глупость. Из этих двоих звания джентльмена достоин только Стас. Сашенька явно обменял джентльменство на диплом юриста.

— Саша, только не говори, что ты остаешься? — бросила вдогонку Эльвира, когда сын уже завернул за угол.

— Мам, я скоро уйду, — донеслось из кухни.

— Я прекрасно помню твои «скоро»!

Александр тут же вернулся:

— Я уже сто лет как живу отдельно, и если я прогулял несколько нулевых пар, это еще не повод выставлять меня перед Леной соней и разгильдяем.

— С каких это пор ты дорожишь сторонним мнением? Или для Елены ты сделал исключение?

Александр прислонился к стене и сунул руку в карман пиджака, чтобы звякнуть ключами.