Милая - Рене Карлино

– Я же сказал тебе, что должен кое-куда зайти. Если я сейчас лягу с тобой в постель, я никогда не вылезу оттуда.

– Ну и прекрасно, я не против.

Он наклонился и поцеловал меня, но тут же отстранился.

– Я приду завтра утром. – Он снова чмокнул меня в нос. – Постарайся, чтобы я приснился тебе, хорошо, милая? – пробормотал он, разворачиваясь и спускаясь по лестнице.

– Как всегда, – прошептала я так тихо, что он вряд ли услышал.

Той ночью, лежа в постели, я думала о том, не было ли появление Уилла видением. Это было слишком хорошо для того, чтобы быть правдой, слишком великодушно, слишком нежно, слишком прекрасно. Я вспомнила о безумцах, не знающих о том, что они безумцы. Конечно, той ночью все мои мысли об Уилле. Я, должно быть, потеряла разум – невозможно, чтобы мужчина захотел вернуться после того, что я натворила. Я недостойна его. Страх того, что я не подхожу ему, снова стал завладевать моим сознанием. Но я не поддалась этому страху. Я вспомнила о том, что читала у Джебрана о любви: с благодарностью вечером вернуться домой и уснуть с молитвой в сердце за любимого и с хвалебной песней на устах. Засыпая, я решила поступить именно так – с полным спокойствием подумать о том, как я благодарна тому, что Уилл вновь появился в моей жизни. А еще я отправила в космос крохотный запрос о грядущем сновидении…

На следующее утро я проснулась от звука собственного голоса, извиваясь под властью восхитительного ощущения, испытанного во сне. Поблагодарив Вселенную, я открыла глаза и улыбнулась пробивающемуся через окно яркому солнечному свету. В душе я, не торопясь, побрила ноги, а потом терпеливо высушила волосы, зачесав их набок и закрепив заколкой. Я надела летнее платье в голубую и белую полоску, латунный браслет, накрасила блеском губы. Стоя у стола, я просматривала журнал, почти не обращая внимания на то, что было у меня перед глазами. Все мои мысли были сосредоточены на поцелуе Уилла и на том, что он сказал мне в кафе и у двери накануне вечером. Прикасаясь пальцами к губам, я закрывала глаза. Что, если все это было сном? Подойдя к двери, я вновь проиграла у себя в голове все, что произошло. Я смотрела туда, где я стояла, когда мы целовались, раздумывая о том, где кончается реальность и начинается сон.

Я подпрыгнула, вздрогнув от звука звонка.

– Алло?

– Привет, котенок, спускайся. Нас ждет такси.

Да, все было по-настоящему!

Когда я спустилась по лестнице, Уилл распахнул дверь и, страстно целуя, заключил меня в свои объятия.

– Я часами мечтала о таком поцелуе. Ты, как всегда, прекрасно выглядишь.

– Спасибо.

Он был чисто выбрит и одет в черную майку и черные брюки в тонкую полоску, на любимом ремне с цепочкой для бумажника. Он смотрелся и благоухал божественно. Оглядев его с головы до ног, я задержала взгляд там, где так идеально сидели его брюки. Снова встретившись с ним взглядом, я застенчиво улыбнулась.

– Что? – сказал он с бесстыдной усмешкой.

– Ничего… Просто я… мне нравится, когда ты в черном.

– Уверяю тебя, мне это известно. – Схватив меня за руку, он потащил меня к такси.

Он назвал таксисту адрес в Бруклине.

– Мы едем к тебе?

Он только кивнул и сжал мою руку. Когда мы ехали в Бруклин по Манхэттенскому мосту, он повернулся лицом ко мне.

– Слушай, я хочу, чтобы ты сделала кое-что для меня.

– Все, что угодно.

– Закрой глаза и просто поверь мне на минутку. Я знаю, что тебе это тяжело, но ты просто должна обрести веру, понятно? – сказал он, посмеиваясь.

– Теперь я могу это сделать, – я закрыла глаза. Взяв мою руку, он вложил в нее четырехканальный рекордер.

– Подержи минутку и не открывай глаза.

– Ладно.

Когда машина остановилась, он взял меня за руку и сказал, чтобы я шагала вперед. Я поняла, что мы входим в какое-то здание.

– Не подглядывай.

Я слышала, как он несколько раз обменялся с кем-то приветствием, после чего мы прошли в еще одну дверь и потом оказались в помещении, где стоял знакомый запах пластика от электронного оборудования. Он велел мне стоять спокойно. В помещении было очень тихо, можно было бы услышать, как муха пролетит. Встав позади меня, он коснулся моей руки, державшей цифровой рекордер.

– В нем четыре канала, – прошептал он, потом взял мою вторую руку и положил ее на что-то, где были рычажки и кнопки. – Это безгранично. Открой глаза.

Я огляделась, быстро осознав то, что меня окружало. Я стояла посреди оснащенной по последнему слову техники студии звукозаписи довольно внушительного размера, заполненной высокотехнологичным оборудованием с кнопками и ручками настройки. За стеклом я увидела уйму инструментов и микрофонов, а также звукоизолированную кабину для вокалиста. Правда, я заметила, что в студии не было ни единой живой души.

– Ты арендовал это для нас? – неуверенно спросила я. Он только покачал головой, а потом потащил меня к другой двери с квадратным окном. Заглянув в окно, я увидела примыкающий к студии зал, который легко было бы приспособить под целый симфонический оркестр. Я заметила два рояля «Steinway», литавры и ксилофон в углу, а еще множество стульев и пюпитров. Он оценивающе смотрел на меня, ожидая моей реакции, но я в полном оцепенении просто стояла там. Именно в этот момент мой взгляд упал на стол, где лежал блокнот, на котором рельефными буквами было написано: «Студия алхимического звучания». Поняв, что происходит, я вытаращила глаза.

– Это твое? Но как?

– Много ночей в складском чулане, дешевая – благодаря тебе – квартира, тысячи коктейлей, смешанных в баре «Montosh», проданные авторские права на песню, занявшую первое место в шорт-листе, и комиссионные от Фрэнка за рекомендации. – Он замолчал, ожидая, что я что-то скажу, но я была не в состоянии говорить. – Мы забронировали ее на добрых полгода. «Liver Wire» спроваживает к нам кое-кого из знаменитостей.

– Спроваживает к нам?

Он показал на большой зал.

– Ты можешь записать здесь оркестровку к фильму.

Я просто стояла, раскрыв рот. Он обвел рукой зал.

– Это моя страсть – быть соучастником процесса в таком месте, как это. Я все равно буду сочинять собственную музыку, потому что мне нравится это делать, но вот это… это моя мечта, Миа… и я надеюсь, что ты тоже мечтаешь об этом.

Я потянулась к нему всем телом, мои руки и ноги дрожали. Он улыбнулся и тихо засмеялся, притягивая меня в свои объятия.

– Ты в порядке, малыш?

– Да, более чем. – Я думала о том, что он весь последний год хранил в тайне от меня. Уилла целыми днями не было дома, он работал с Тайлером над веб-сайтом, генеральным планом, о котором упоминал Фрэнк. Это была его мечта – я тоже стала частью этой мечты, – и все осуществилось.