Несчастные девочки попадают в Рай - Кэрри Прай

— Эгоистичный обоссанец.

Мы посмеялись. И пусть в моей душе поселилась грусть, я была рада за Нину. Хоть за кого-то я буду спокойна. Тем более, это не навсегда. Даю руку на отсечение, что Нина не выдержит там и недели. Ни одна дискотека не заменит ей наши посиделки на кладбище. И, ни одна девчонка не разделит ее любовь к крапиве. Ей станет скучно. Такой, как Нине, определенно станет скучно.

— Салют! — незаметно к нам подбежал Сема и ослепил яркой вспышкой фотоаппарата. — Упс! Пардон, леди, не знал, что она настроена на свет.

И если Нина отделалась парой мерцающих бликов перед глазами, то я почувствовала неприятную резь. Как же я ненавидела свою особенность так остро реагировать на весь окружающий меня мир. Мое зрение вернулось только через несколько минут.

— Что это, черт возьми? — морщилась Нина.

— Фотоаппарат, — Сема с гордостью продемонстрировал интересную штуковину. — Купил его у одного очкарика, когда тот проходил комиссию. Классно, да?

— И он продал? — изумилась я.

— Конечно. Просто я объяснил ему, что близоруким такой аппарат ни к чему, а взамен отдал ему свой бинокль.

— То есть, в бинокль он смотреться сможет? — недоумевая, спросила я.

— Да, он же увеличивает.

— Так значит, поменялся, а не купил, — добавила Нина.

— Эй, — Сема поднял указательный палец, — вообще-то, мой бинокль денег стоил. Причем немалых. Чувак еще в плюсе остался.

Мы с подругой переглянулись, а парень хитро улыбнулся.

— Спорим, теперь каждая захочет, чтобы я пофотографировал ее в купальнике? Так что, вставайте в очередь, дамы. Так и быть, сделаю вам скидку.

— Не получиться, — буркнула Нина. — Я скоро уеду. Но, даже если бы я осталась, никогда бы не стала прыгать перед тобой в купальнике.

Сема пожал плечами.

— Поздно. Я уже видел тебя в купальнике, — нагнувшись, Сема приложил ладонь к губам. — Скажу по секрету, зрелище не для слабонервных.

Разозлившись, Нина дала ему хорошего подзатыльника.

— Зараза! — выругался он. — Ты чего? Вообще-то, это был комплимент!

— Придержи их при себе, извращенец!

— Почему извращенец? Я что, раздел вас догола, заставил петь гимн оперным голосом, лег рядом и загадал желание? Нет! Всего лишь пара фото, — он запнулся и прошелся по Нине глазами. — Кстати, как у тебя со слухом?

— Идиот! — еще один подзатыльник, и эхом раздающийся смех.

Иногда они мне напоминали двух супругов, за плечами которых долгие годы семейной жизни и вагон претензий друг к другу, а порой, они походили на шкодливых детей, которые не умели выражать свою симпатию открыто.

Успокоившись, Семен, наконец, исключил из контекста главную мысль.

— Постой-ка, а куда это ты собрался, парнишка? — взглянул он на Нину.

— Подальше от тебя.

— Черт, я серьезно спрашиваю! Обязательно выносить мне мозг?!

Воспользовавшись моментом, Нина ехидно улыбнулась, демонстративно наклонилась и приложила ладонь к губам.

— Скажу по секрету, его туда и не заносили.

— Так, ну хватит! — влезла я. — Надоели! У меня уже башка трещит от ваших перепалок!

И пусть со стороны я была похожа на вредную ревнивицу — это было не так. Просто я не хотела тратить последние совместные деньки на бессмысленные склоки. Тем более, подруга явно перегибала палку.

— А то я чувствую себя лишней в вашем союзе, — подмигнув, я поставила Нину в неловкое положение.

Как же это приятно возвращать кому-то его же слова.

— Ладно, проехали, — почесав затылок, Семка нарушил подозрительное молчание. — Оставь хоть адрес, буду тебе писать.

Нина фыркнула, и салют из шелухи попадал на дорогу.

— Только не говори, что ты действительно собрался это делать.

— А вот и говорю. Я люблю писать. Письма — это так…романтично.

Щеки Нины стали пунцовыми. Дьяволенок же внутри меня в предвкушении потер ладони и сказал: «Опачки».

— Хорошо. Я напишу тебе адрес. Но ней дай Бог там будет хоть одна пошлая буква… — подруга сдалась. Впрочем, это было самым здравым решением. Да и какой смысл продолжать вредничать не в угоду себе?

Мы прогуляли до вечера. К концу для ноги гудели. Я уже и забыла, что это, когда ноги пульсируют от усталости, но не потому, что ты убегала от врагов, а потому что заговорилась. Оказывается, это чувство может быть приятным и никак не ассоциироваться с опасностью. Просто прелестно.

Проводив Нину, я и Сема медленно продвигались к дому. Солнце садилось, а воздух стал наполняться осенней прохладой.

— Все-таки жаль, что парнишка решил слинять. Кажется, я буду по нему скучать, — признался Сема, смотря на закат.

Опустив голову, я шоркала ногами по дороге.

— Да, я тоже.

Сема бросил на меня задумчивый взгляд.

— Тоже хочешь уехать?

Я вздохнула.

— Очень.

— Если бы была такая возможность, куда бы ты уехала?

— Не знаю. Я никогда об этом не задумывалась.

— А давай уедим отсюда, — выпалил он, отчего я подняла голову.

— Ты когда-нибудь перестаешь шутить?

Перегородив мне путь, Сема положил свои руки мне на плечи и заглянул в лицо.

— Я не шучу, Злата, — почти шепотом произнес он. — Собирай свои манатки, братца и валим отсюда.

Мне стало смешно.

— Куда? Кочевать с цыганами?

— Нет, я говорю вполне серьезно. Мы можем вернуться ко мне в деревню. Там пустует огромный дом. Поначалу родственники помогут, а там я на работу устроюсь. Поверь, ни один друг не оставит меня без помощи. Да и школа там по круче вашей. Как тебе? — с надеждой спросил он. — Соглашайся, Злата.

Я накрыла ладонью его руку и улыбнулась.

— Предложение более чем заманчивое, конечно. Но ты сам понимаешь, что говоришь полный бред. Нас с Пашей найдут в первый же день и отправят в интернат, а тебя посадят за похищение малолетнего. В лучшем случае, мы заскучаем по тушенке и, через месяц другой, вернемся сами. Ты ведь это понимаешь?

Сема что-то искал в моих глазах. Другую Злату, что ли. Но, все безуспешно. Он убрал свои руки и тяжело вздохнул.

— Конечно, понимаю. Просто хотел проверить, что ты ответишь.

Я растерянно развела руками.

— И? Я прошла проверку?

Он помедлил с ответом, а потом продолжил идти.

— Нет. Ты ее с треском провалила.

— Ну ты ведь меня знаешь меня, я — нерискованная, — сказала я, поравнявшись с ним.

— И это странно, учитывая, что тебе нечего терять.

— Да? Ты что забыл про моего брата?

— Уверяю, скоро этот малец начнет опекать тебя.

— Прекрати, ты же…

— Тс-ш! — шикнул он и жестом пальца приказал заткнуться.

Сема сошел с дороги и прислушался.

— Там кто-то есть, — пояснил он, указывая на кусты.

Голоса доносились из леса. Дружный мужской смех разбавляли отчаянные стоны. Только одна компания могла