Из моего окна - Ариана Годой

Я не могу отвести от нее глаз, она так чертовски сексуальна и уязвима, ее щеки покраснели, губы опухли, глаза сияют от желания. Она проводит руками по моей шее, и я беру ее другую ногу, чтобы поднять и начать двигаться, прижимая ее при каждом резком движении к стене. Снова целую ее, заглушая ее стоны.

– О боже, Арес! – Она задыхается, теряя контроль.

Касания мягкой, влажной и горячей кожи… еще, мне нужно еще. Я ускоряюсь, сильнее прижимая ее к стене, проникая в ее влажность, и на мгновение думаю о том, чтобы остановиться, не хочу сделать ей больно, но она просит еще, и я понимаю, что ей это так же нравится, как и мне.

Если так пойдет и дальше, то я кончу быстрее, чем хотелось бы. А я не хочу, чтобы она думала, что я неопытный скорострел. Я поднимаю ее и иду назад, пока не сажусь на один из диванов, она садится сверху и еще больше сводит меня с ума.

Ракель без стеснения двигается на мне, кругами, вперед и назад, и я понимаю, что это была не лучшая идея, чтобы не кончить быстро. Она выглядит так сексуально, в огнях свечей ее влажная кожа сияет. Она словно богиня, никогда не думал, что секс может быть так хорош. Не только в физическом плане, это связь и эмоции, которые передаются через каждое прикосновение, каждый взгляд, каждый поцелуй.

Черт, я у нее в руках.

Она может уничтожить меня, но, честно говоря, я не против быть уничтоженным ею – это привилегия, черт возьми. Она кусает губы, опуская платье и обнажая грудь.

О, да, привилегия, черт возьми.

Я сжимаю ее талию, направляя движения.

– Тебе нравится кататься на мне вот так?

Она стонет.

– Да, очень нравится.

Я шлепаю ее, и она вздрагивает от удовольствия.

– Ты вся мокрая. – Я немного выпрямляюсь, чтобы лизать и посасывать ее грудь. – Хочу, чтобы ты кончила на мне.

Чувствую, как она прижимается к моему члену, я знаю, что она близка.

– О, Арес, это очень… ах! – Я двигаюсь вместе с ней, глубоко проникая в нее. Она безудержно стонет, и я знаю, что тоже скоро кончу.

Я обнимаю ее и шепчу ей на ухо чувственные вещи, но краем глаза замечаю движение справа. Я смотрю и вижу удивленное лицо среди штор, которые скрывают нас.

Марко.

Инстинктивно мои руки опускают платье Ракель, и я чувствую облегчение от того, что она прикрыта, но она не останавливается. Марко требуется пара секунд, чтобы понять, что происходит, и мой холодный взгляд заставляет его уйти.

Я хотел бы сказать, что это сбило мое возбуждение, но это не так. Моя ведьма продолжает двигаться на мне, на грани оргазма, увлекая меня за собой. Она целует меня, и трение наших тел усиливается.

Она стонет рядом с моим ртом, ее тело вздрагивает на мне, ее влажность облегает мою эрекцию, с ее оргазмом приближается мой, и я сжимаю ее бедра, когда кончаю.

Внезапно я снова слышу музыку и наши стоны. Ракель обнимает меня, и я зарываюсь лицом в ее шею. Чувствую учащенное сердцебиение и не хочу двигаться. В этом моменте все идеально.

В этом всегда было одно из первых больших различий других девушек с Ракель. До нее я всегда хотел отдалиться от девушки, с которой только что занимался сексом, и когда получал что хотел, то желал уйти. Но с Ракель я всегда чувствую, что хочу остаться рядом. До сих пор помню, как сильно боялся этого чувства первые несколько раз, когда был с Ракель, такого раньше со мной не было, это пугало, и поэтому я убегал или пытался оттолкнуть ее.

Я вдыхаю ее запах и улыбаюсь ей.

Теперь я не боюсь, ведьма.

Теперь я не хочу убегать.

Я целую ее, и мы осторожно встаем, поправляя наши костюмы. Наблюдаю, как она опускает платье, и ехидно улыбаюсь.

– Полагаю, я вышел из френдзоны.

Она смотрит на меня прищурившись.

– Не начинай.

Притворяюсь невинным.

– Я ничего не начинаю. – Молчу. – Я просто говорю правду, моя девушка.

Она пытается скрыть улыбку.

– Девушка?

Я только киваю.

– Теперь я весь твой, а ты вся моя, ведьма.

– Ха! – фыркает она. – Почему ты всегда такой собственник?

Прижимаю ее к себе за талию, и она хихикает. Я поглаживаю ее щеку.

– Потому что есть те, кто положил на тебя глаз.

Она одаривает меня широкой улыбкой.

– Ревнуешь? Ты выглядишь мило, когда ревнуешь.

Впервые в жизни я испытал ревность с тобой.

Я думаю об этом, но не говорю. Ракель неловко сгибается.

– Я пойду в ванную, чтобы… ну, знаешь, помыться.

– Я жду тебя за столом.

Она кивает и уходит.

Я выхожу из «зала свечей» и направляюсь к столу. Первым меня встречает Грегори.

– Вернулся. – Он встает и шепчет мне на ухо: – Причешись, сеньор очевидность.

Быстро провожу руками по волосам и иду к Марко.

– У тебя есть сигареты?

Он кивает, доставая из кармана пачку.

– Одну?

– Да. Покурим?

Он улыбается мне.

– Конечно.

Мы проходим через «зал свечей», чтобы выйти на балкон. Как только захожу, вспоминаю, как Ракель оставила меня в этом самом месте, так много произошло с той ночи.

Мы зажигаем наши сигары, я даю ему затянуться и выдыхаю дым в холодный ночной воздух. Марко наклонился, оперевшись руками на перила, уставившись в никуда. Между нами очень странное и неудобное молчание, но мы оба знаем, что должны поговорить.

– Нет необходимости ходить вокруг да около, – говорит он непринужденно.

– Для меня это не игра, Марко, – начинаю я, снова затягиваясь. – Не в этот раз.

– Она правда тебе нравится?

– Это нечто большее.

Он смеется.

– Да ладно. Ты влюблен?

– Да.

Он гримасничает.

– Я думал, она просто странная девушка, которая преследовала тебя. Как все изменилось.

– Марко, серьезно, я не играю, – повторяю я. – Никаких игр, споров, вызовов.

Он поднимает обе руки и насмешливо говорит:

– Я это понял.

– Скажи, что хочешь сказать.

– Я должен тебе верить? – предъявляет он. – Может, ты задумался хоть раз, когда обманул меня с Самантой?

– Ты никогда не говорил мне, что она тебе правда нравится, что это не игра. Откуда мне было знать? Прочитать твои мысли?

– Ты знал, что я к ней чувствую! Мне не нужно было говорить об этом. – Он бросает сигарету на пол и тушит. – Я с детства влюблен в нее, ты это знал.