Из моего окна - Ариана Годой

Слыша имя Ареса, сеньора приподнимает бровь.

– Ты шутишь? Зачем Аресу приводить такую девушку, как она?

Клаудия отводит взгляд:

– Почему бы вам не спросить у него? Ах да, вы же не умеете общаться со своими детьми.

Донья София сжимает губы.

– Не говори таким тоном, Клаудия. Поверь, лучше тебе меня не провоцировать.

– Тогда перестаньте так смотреть на нее, вы ее даже не знаете.

Сеньора бросает на нас усталый взгляд.

– Не хочется тратить свое время на вас. Где мой муж?

Клаудия не отвечает, только указывает на дверь, сеньора уходит, оставляя нас наедине, и я чувствую, что наконец могу дышать.

Я хватаюсь за грудь.

– Какая неприятная женщина.

Клаудия улыбается мне.

– Ты даже не представляешь.

– Но, похоже, ты ее не боишься.

– Я выросла в этом доме, думаю, я научилась общаться с такими людьми.

Она права, я вспоминаю Артемиса и даже Ареса до того, как узнала его получше, а теперь эта женщина… Без сомнений, Клаудия невосприимчива к таким сильным личностям после того, как выросла среди них.

– Понимаю, я просто думала, что раз она твоя начальница, ты…

– Позволила бы ей запугать меня и плохо со мной обращаться? – она договаривает за меня. – Сеньор Хуан мой начальник, и он всегда защищает меня от этой ведьмы, особенно после… – Клаудия замолкает. – Думаю, я слишком много говорю о себе, расскажи ты.

Я вздыхаю, и мы садимся.

– Мне нечего рассказывать, я попала под чары Идальго.

– Понимаю, но ты уже заставила этого идиота признаться в своих чувствах.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что ты здесь, – отвечает она. – Дедушка Идальго очень важен для них, то, что ты здесь, говорит о многом.

– Я столько о нем слышала, что хотела бы с ним познакомиться.

– Надеюсь, ты скоро с ним познакомишься, это замечательный человек.

Мы еще немного болтаем, и я понимаю, как мне нравится Клаудия. Это веселая девушка с сильным характером. Думаю, мы могли бы подружиться. Мне хорошо рядом с ней. Есть люди, с которыми чувствуешь себя на одной волне даже после одного разговора.

Наконец Арес выходит из палаты вслед за Артемисом и Аполлоном. Мы с Клаудией встаем. Глаза Артемиса находят глаза Клаудии, он сжимает губы, разворачивается и уходит.

Аполлон улыбается нам, избегая взгляда Клаудии.

– Пойдем за кофе, дедушка спросил о тебе, Клаудия, и ты должна зайти, когда выйдут родители. – С этими словами младший Идальго ушел за Артемисом.

Арес подходит ко мне, в его голубых глазах волнение, облегчение и спокойствие. Не могу представить, как он беспокоился все это время о своем дедушке, с которым, по-видимому, теперь все в порядке.

Греческий бог берет меня за руку, и я замечаю, что он не здоровается с Клаудией.

– Пойдем, ведьма.

Я бросаю взгляд на Клаудию, которая стоит с опущенной головой, и с ее губ срывается бормотание:

– Прости.

Арес смотрит на нее.

– Это не твоя вина. – Его голос звучит искренне. – Его импульсивность никогда не будет твоей виной, Клаудия.

Она только кивает, а я ничего не понимаю.

Я прощаюсь с Клаудией и следую за Аресом. Смотрю, как его сильная рука держит мою, затем поднимаюсь к плечу и профилю его прекрасного лица. Я не верю в то, что держусь с ним за руки.

Папа, это Ракель, моя девушка.

Его девушка…

От этих слов мое сердце восторженно бьется, я и представить не могла, что стану его девушкой. Я девушка парня, за которым следила и мечтала, что когда-то буду рядом с ним, но я и подумать не могла, что моя мечта исполнится.

Арес смотрит на меня, на его милых губах появляется улыбка, и, клянусь, мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Я хочу поцеловать его.

Сжимаю свою свободную руку, чтобы сдержаться в желании прижать его к себе и впиться в его губы. Мы заходим в больничную столовую, и Арес оставляет меня за столом, спросив, чего я хочу, чтобы сделать заказ. Положив руки на колени, я оглядываюсь.

Вижу, что Артемис с Аполлоном сидят за разными столами, и хмурюсь. Что случилось?

Постепенно начинаю догадываться: перевязанная рука Артемиса, синяк Аполлона, неловкий взгляд и напряжение между Артемисом и Клаудией. Может, они поссорились из-за нее? Не может быть. Аполлону нравится Дани – или нет? И не похоже, что Артемису нравится Клаудия, или да?

Что, черт возьми, происходит?

Арес возвращается и ставит передо мной мой любимый карамель маккиато.

– Спасибо, – говорю я с улыбкой.

Он садится, вытянув длинные ноги, не могу не представлять, как выглядят его бедра под штанами и то, что находится между ними.

Ракель, ради бога, ты в больнице.

Ставя под сомнение свои моральные принципы, делаю глоток кофе, закрыв глаза: как вкусно. Когда открываю глаза, Арес смотрит на меня, приподняв бровь. Облизываю губы, чтобы не упустить ни капли этого удовольствия.

– Что?

– Ничего.

Я щурюсь.

– Что?

– Твое выражение лица напомнило мне о том, как ты выглядишь, когда я довожу тебя до оргазма.

Мои глаза распахиваются так сильно, что больно, щеки покрываются румянцем.

– Арес, мы в больнице.

– Ты спросила.

– Стыда у тебя нет.

От его ухмылки я перестаю дышать.

– Нет, но есть факт того, что я тебя хочу.

Я прочищаю горло и делаю еще глоток кофе. Арес протягивает руку над столом, ладонью вверх, предлагая ее мне.

Я без сомнения беру ее.

– Знаю, что не должен был говорить, что ты моя девушка, не хочу давить на тебя. Я знаю, что должен заслужить это.

– Все в порядке, правда.

Арес убирает руку, он тоже заказал кофе, и мне интересно, какой ему нравится больше всего.

– Что ты взял?

Он отвечает мне насмешливым тоном:

– Кофе.

– Я знаю, я имею в виду какой.

Арес наклоняется над столом, его лицо очень близко.

– Почему бы тебе не узнать самой? – он указывает на свои губы.

Мы так близко, что я вижу, какие влажные и мягкие у него губы, но я слегка отталкиваю его.

– Хорошая попытка.

– До каких пор ты будешь мучить меня, ведьма?