Наследник для шейха - Анна Гур

Шейх опускает взгляд на мою руку, которая своей белизной так контрастирует с его золотистой, поцелованной солнцем кожей.

Как так получается, что наши пальцы переплетаются, я не знаю, но от этого, казалось бы, такого невинного жеста сердце пропускает удар.

Ощущаю, как большой палец Аяза проводит с нежностью по внутренней стороне моей ладони и мурашки начинают бежать.

Наконец шейх смотрит мне в глаза и отвечает твердо:

— Фатима опоила твою сестру, Мелина, и подложила под своего племянника.

Глава 48

— Что?!

Вздрагиваю. В голове не укладывается.

— Зачем?!

— Все просто. За ней давались прииски в преданное. Отец твой не понял, что именно в его руках оказалось, а вот Малик аль Ибрагим — знал, так как его клан не из последних на близлежащих территориях. Были только проблемы в том, что твой отец был в контрах с отцом племянника Фатимы. Не поделили что-то в свое время и обиду затаили, а значит дочку за Ибрагима отец твой не отдал ни под каким предлогом…

— Я… не понимаю…

Шепчу ошалело, Шейх же просто немного приподнимает уголки по — мужски сексуальных губ в подобии улыбки.

— Скажу так разведка работает хорошо не только у шейха, род Малика аль Ибрагима тоже не последней в государстве. Но, они проигрывают верховному шейху. Ситуация с приисками могла бы все изменить в их пользу, учитывая, что до последнего времени, между нами, вражда была нешуточная.

Меня резко затягивают в какой-то другую сферу, где на арене большой политики человек становится лишь пешкой.

Судьба моей сестры неожиданно становится чем-то другим. Я понимаю, что с ней играли… воспринимая. Как фигуру на шахматной доске.

— Чтобы решить вопрос с женитьбой — Фатима подсказала племяннику, как может быть. Так как в контрах твой отец был с отцом Малика, Фатима воспользовалась отсутствием твоего отца и спросила разрешение принять у себя одного из своих многочисленных племянников, но как — то опустила момент, что это тот самый аль Ибрагим с отцом, которого у твоего отца так же не очень дружеские отношения…

— Как она могла утаить такое?!

Спрашиваю в чистейшем шоке, отца так провести мне казалось нереальным.

— Очень просто. Женщины умеют задавать вопросы в нужный момент, когда мужчинам не до них. И чтобы завершить разговор, который мешал твоему отцу вести дела, он отмахнулся, тем самым давая карт — бланш Фатиме.

В ужасе смотрю на шейха и поверить не могу, что жена моего отца настолько злая ведьма, что обошлась так с сестрой.

— Но зачем ей так поступать? Зачем, Аяз… ведь она же Мелину фактически дочкой считала?

Вновь улыбка на губах шейха.

— Ну… это ты наивная душа так думаешь. Положение Фатимы в доме твоего отца было весьма шатким. Она так и не родила наследника и положение в доме у нее было шатким. А вот жажда наживы пересилила чашу весов. Обещано ей было многое…

— Они… ради денег сестру мою…

Боль сковывает горло. Я вспоминаю глаза Каролины. Затравленность в них и ее отчаяние… Сестра все же характером другая. Мы разные, но… я видела… чувствовала, что она страдает…

— Но тут кое-что пошло не так, Мелина. В этом четком плане у Фатимы случился прокол.

— Какой?!

Выдыхаю едва слышно, пытаясь переварить информацию.

— Она не учла, что Малику твоя сестра действительно зайдет и понравится. Как говориться все предугадать не получится. И сестра твоя полюбила… Как мы потом узнали на допросе, в последний момент аль Ибрагим даже пытался отказаться, только афродизиак предусмотрительная Фатима подлила и ему. Так что грешили оба и с наслаждением.

Качаю головой в ужасе. Поверить не могу своим ушам. Жена моего отца становится просто исчадием самого зла в моих глазах.

— Зачем ей это?! Почему так жестоко?! Я не верю…

Качаю головой. Отрицая такой ужас.

— Ты слишком наивна и неопытна, Мелина. Но люди ради жажды денег и наживы способны на очень многое. Повторюсь. Фатима хотела денег и понимала, что ее положение в доме отца слишком шаткое. Вероятно она убила бы драгоценного супруга, если бы претендовала на наследство, но… как я сказал она не родила наследника, а значит ей бы в таком случае не досталось ничего… оставалось сыграть вот в такую вот игру…

— Но… почему же тогда сестру не выдали замуж за аль Ибрагима?!

Вновь вопрос, от которого у меня сердце сжимается. Тем более, если они полюбили друг друга…

— Они ждали возвращения твоего отца с дальней провинции, где он решал вопросы, пока в его доме заворачивались самые настоящие интриги, но тут уже вмешался я.

— Ты?! — выдыхаю в ужасе.

Взгляд Аяза становится тяжелым и непроглядным. Он буквально прожигает меня насквозь, когда отвечает четко.

— Я тоже решил взять твою сестру в жены из-за прииска. Указ шейха достиг твоего отца раньше, чем он вернулся домой и узнал о том, что случилось…

Каменею в ужасе. Просто замираю и смотрю в лицо мужчины, которого полюбила и… поверить не могу в такую жестокость.

Кивает, будто мысли мои читает.

— Каролина была отдана мне, но мне она жена была нужна не особо, а вот прииски — стратегическая ценность для всего государства. Решение не обсуждалось. И кое-какую информацию еще мне донесли, что делало мою нежеланную женитьбу легко разрешимой проблемой…

— Легкоразрешимой?!

Выдыхаю едва слышно и чувствую, как тело дрожать начинает. В глаза вновь слезы.

— Да.

Спокойный голос Аяза разрезает пространство и в глазах шейха я вижу решимость, непоколебимость, его решения не оспариваются.

— Разведка работает хорошо, как уже сказал и появились кое-какие сомнения относительно невесты, а так как договор между мной и твоим отцом был подписан в тот же день в электронной форме, то фактически Каролина уже принадлежала мне, но… есть лазейка, если девушка сосватанная шейху не невинна, то ее приданное остается у Макадума, а вот что делать с невестой, которая так и не стала женой — решать шейху.

Жесткие слова. Хлесткие. И у меня что-то внутри словно щелкает.

— Когда… когда ты пришел к гинекологу… ты…

Даже договорить не могу. Страх сковывает. И отчаяние затапливает.

— Именно. В тот день я должен был озвучить совсем иное решение, но…

Наклоняется ко мне и ловит меня за шею, приближает мое лицо к своему:

— Но ты перетасовала всю колоду карт и обвела меня вокруг пальца…

— то есть… тебе была